ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Корейский… — вырвалось у меня.

— Можно и корейский, — Герт взял мое лицо в ладони и заглянул в глаза, — но почему именно туда?

— Не знаю, — я смотрела на него, — никогда не была в корейском ресторане. Случайно вырвалось. Может, потому что о выставке вспомнила. А что, действительно есть такой ресторан?

— Чего только нет в нашем городе, — Герт отпустил меня. — Если хочешь, то можем, вообще-то, сходить и туда. Только я сразу предупреждаю, еда там немного специфическая. Так что не жалуйся потом.

— Не буду, — пообещала я. — Подожди, я только приведу себя в порядок.

— Но не больше пяти минут, — Герт шлепнул меня пониже спины. — Если женщина торчит перед зеркалом больше пяти минут, то становится не похожа сама на себя.

— Ну ты и сказанул! — Я не знала, смеяться мне или возмущаться. — Надеюсь, что ты меня все же узнаешь.

* * *

— Ни за что на свете не обратила бы внимания, — призналась я. — Неужели это и есть твой хваленый ресторан?

— Не переживай, — посоветовал Герт, — внутри гораздо лучше.

Мы прошли мимо непритязательной темной вывески, расписанной иероглифами.

— Тебе станет еще смешнее, — сказал мой дружок, — когда ты узнаешь, что это заведение гордо называется «Кимбоккун», что переводится, как «дворец счастья и богатства». Правда, сначала владельцы решили назвать ресторанчик «Пивон» или «Запретный сад», но уж слишком двусмысленно звучало второе, а первое… Короче, все местные алкаши стали бы завсегдатаями. А так приходят лишь те, кто об этом местечке знает. А потом приводят своих друзей. Так что здесь пусто не бывает. А насчет специфической еды… так я тебя предупреждал.

— Ладно, Герт, — я взяла его под руку, — давай войдем, что ли.

Герт оказался прав. Внутри было очень уютно. Помещение делилось на несколько залов, которые были отгорожены друг от друга ажурными расписными перегородками. В первом и самом большом зале посетители сидели на циновках за низкими столиками. Играла негромкая музыка, снующие проворные официанты-корейцы разносили подносы с едой.

— Если хочешь, останемся здесь, — сказал Герт, — но если Восток не для тебя, то в соседних залах имеются нормальные столы и стулья.

— А есть нам тоже придется палочками?

— Если попросить, то могут принести и ложку. Ты уже выбрала?

— Остаемся, — решила я. — Экзотика, значит, экзотика.

Герт махнул рукой, и тут же к нам подбежал невысокий парнишка с косой черной челкой, спадающей на глаза.

— Хотите поужинать? — осведомился он.

— Непременно, — Герт потрепал его по плечу, — устроимся вон в том уютном уголке. И скажи брату, что его приятель здесь.

— Хорошо. — Парнишка кивнул и испарился.

Герт повел меня в полутемный уголок, усадил на циновку, включил маленькую лампочку, поправил скатерть.

— А ты здесь, видимо, неплохо ориентируешься. Часто заходишь?

— Бывает. — Он устроился на циновке поудобнее. — Да расслабься ты. Сейчас еду принесут. Наверное, сам Юрка и притащит.

— А откуда ты его знаешь?

— Вот журналисты, — он усмехнулся, — не обойдутся без лишних вопросов. Ладно, подруга, тебе как на духу. Мы с Юркой Ли в одном классе учились. У них семья здоровая была, детей то ли пятеро, то ли шестеро. Помню, вечно замурзанные и голодные бегали. А потом к папаше какой-то его родственник приехал и предложил открыть национальный ресторанчик. Знаешь ведь, одно время они на рынке прочно обосновались, то луком торговали, то капустой. А потом придумали свои национальные салаты пускать в продажу. Дело оказалось довольно прибыльным. Всего один шаг и оставался до того, чтобы ресторанчик открыть. Открыли. Кстати, и не один. Этот дешевый, для простых людей, а в центре есть дорогой, там только «новые русские» обретаются. Но мне здесь как-то больше нравится. Уютнее.

— Да, — я огляделась по сторонам, — в этом ты прав. А дальше что было с твоим корейским семейством?

— Дальше все очень просто. Помещение взяли в аренду, оборудовали его как следует, стали готовить. Здесь ведь все семейство сейчас и работает. Зато доход никуда из семьи не уходит, не нужно чужому человеку платить.

— И большой доход?

Ответить мой дружок не успел, потому что появился улыбающийся худой парень с большим подносом в руках.

— Сплетничаете? — спросил он, поздоровавшись.

— Было бы о чем, — отмахнулся Герт.

— Bay, какая красивая женщина! А ты сидишь, как бревно, и даже меня не представишь. Позвольте, леди, я сделаю это сам. — Болтая без умолку, он ловко расставлял на столе разнокалиберные горшочки. — Меня зовут Юрий. — В улыбке обнажились большие красноватые десны.

— Леда. — Я спокойно смотрела на шумного корейца.

— Располагайтесь, Леда, вам у нас очень понравится. А если пожелаете, то я могу составить вам компанию.

— Без тебя обойдемся, — пробурчал Герт, — но если хочешь…

— Извини, друг, но дела… Дела, они ждут, пока я приложу к ним свои руки. Но попозже я непременно подойду.

Подхватив опустевший поднос, он быстро промелькнул между столиками и исчез. Я придвинула к себе один из горшочков.

— Пахнет вкусно, — удовлетворенно заметила я.

— Подожди немножко, — Герт усмехнулся. — Оно и видно, что ты никогда не бывала в подобных заведениях. Начинать положено с другого блюда. Давай-ка сначала попробуй вот это.

Передо мной отказалась небольшая плошка с горкой риса, покрытого густым коричневым соусом. Я с сомнением посмотрела на Герта, ничего похожего на ложку или хотя бы вилку на столе не было.

— И как это есть? — Я с сомнением повертела в руках тонкие палочки. — Учти, я не умею.

— Учись. — Он ловко пододвинул к себе такую же плошку, захватил в правую руку палочки, а в левую кусок тонкой лепешки. — Когда приноровишься, очень здорово получается. — Он ловко отправил в рот порцию риса. Я честно мучилась минут пять, но потом решительно отодвинула плошку.

— Все, больше не могу, — созналась я.

— Не стоило и напрягаться, — Герт уже расправился с рисом и подвинул к себе следующий горшочек.

— Попробуй кимчи, — посоветовал он, — или кальби. Да нет, там соус, а кимчи — это капуста. С салатом ты вполне справишься. А в горшочке тушеное мясо, специально запеченные кусочки говядины.

Я медленно ковырялась в горшочке, когда появился наш новый знакомый. Шумный приятель Герта притащил пузатый графинчик с мутноватой коричневой жидкостью и вожделенные столовые приборы.

— Я знал, что вам будет трудновато, — заявил он, улыбаясь, — но теперь все пойдет на лад. Давайте за знакомство, — и, не спрашивая нашего согласия, принялся разливать напиток в маленькие стаканы.

— Все такой же неугомонный, — вставил Герт.

Я с удивлением посмотрела на него. Если уж мой друг кого-то называет неугомонным… А скорый на движения и слова кореец между тем уже успел задать мне кучу вопросов, выяснив чуть ли не всю мою биографию с детсадовского возраста.

— За наше знакомство! — провозгласил Юрий, и я попробовала коричневый напиток. Лучше бы я сразу хлебнула расплавленного свинца, потому что жидкость была жуткой термоядерной штукой и, вероятнее всего, с примесью радиоактивных отходов. Закашлявшись, я отставила стакан и мучительно соображала, есть ли поблизости дамская комната. А заботливый кореец уже протягивал мне стакан с водой, уговаривая запить. Запить! Такое можно запить только целым океаном воды. Никак не меньше!

— Что это? — с трудом прохрипела я.

— Ха! Это же обыкновенная водка. — Хозяин расплылся в улыбке.

— Ну да, — не поверила я. — Что мне, водку пробовать не приходилось? Только тогда была именно водка, а не какая-то горючая смесь.

— Это действительно водка, Леда, — Ли продолжал безмятежно улыбаться, — сделанная из риса. Но только клиентам она казалась слабоватой, поэтому в нее стали добавлять различные специи. Теперь получается то, что надо. Наше личное изобретение.

— Понятно. — Я отхлебнула еще немного воды. — Я уж как-нибудь без водки и специй обойдусь, а то что-то не идет.

33
{"b":"21985","o":1}