ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Я склонилась над листком, обхватила голову руками и задумалась.

* * *

Похоже, что Герт никуда не собирался. Он сидел на кухне, какой-то весь мрачный и раздраженный с утра, и курил сигарету за сигаретой. Под потолком плавало сизое облако, и я попросила его хотя бы открыть форточку. Герт мрачно посмотрел на меня, но форточку открыл.

— Что с тобой? — спросила я его, но он только отмахнулся.

Я подумывала о том, чтобы пойти на работу, но в дверях комнаты появился мой дружок.

— Собираешься? — спросил он. — А когда вернешься?

— К вечеру, наверное. — Я пожала плечами.

— А раньше не можешь? — Герт взлохматил волосы. — В обед, например?

— Могу вообще-то, — я подошла к нему. — А это так важно?

— Для меня — да, — он обхватил меня за плечи и притянул к себе, — но если ты скажешь «нет», я не буду настаивать. Понимаешь, малышка, сегодня как раз похороны Лешки. На кладбище мне нужно быть, а вот потом… Понимаешь, — повторил он, — бывают такие моменты, когда совершенно не хочется видеть знакомые рожи, наоборот, тянет куда-то, где можно побыть одному.

— Ты хотел бы поехать на кладбище со мной, а потом куда-то отправиться один? — осторожно спросила я.

— Нет, — он досадливо поморщился и немного отстранился. — Ну почему иногда женщинам так трудно все объяснить? Если я буду там один, то мне придется тащиться вместе со всеми на поминки, а если я буду с тобой, то смогу уехать, скажу, например, что тебе стало нехорошо… Но потом… потом я совсем не хочу быть один. Наоборот, я хочу, чтобы ты была рядом со мной. Но чтобы больше никого вокруг. Теперь понимаешь?

— Да, — я прижалась к нему, — понимаю. Я могу никуда не ходить, могу вернуться, когда ты захочешь.

— Хорошо, — он кивнул, — так будет лучше всего. Сиди пока дома, оденься там, приготовься, а я за тобой заеду. Мне сейчас кое-куда надо смотаться.

Похоже, Герт наконец-то взял себя в руки, и теперь его неуемная энергия найдет себе применение. А мне останется только ждать. Ладно, позвоню на работу, скажу, что буду завтра с утра. Герт быстро чмокнул меня и испарился. Я отправилось было к телефону, но звук открывающейся двери остановил меня. Я подумала, что Герт что-то забыл, и громко окликнула его. Но никто не ответил. Я удивилась и двинулась в коридор. Что еще за шуточки такие?

— Герт! — позвала я. — Герт, перестань.

В ответ не раздалось ни звука, хотя в коридоре явно кто-то находился. Я слышала осторожное дыхание.

— Вот сейчас возьму что-нибудь потяжелее, — пообещала я, — и покажу, как в прятки со мной играть. Перестань дурачиться, выходи.

Мои призывы остались без ответа.

— Хватит! — заявила я громко. — Мое терпение кончилось. Или ты сейчас отвечаешь, или можешь проваливать…

И тут меня озарила неожиданная мысль. А что, если в коридоре совсем не Герт? А кто же тогда? Эту нелепую мысль я постаралась отбросить, но испуг уже схватил меня своими Цепкими когтями.

— Кто здесь? — спросила я напряженным хриплым голосом и осторожно двинулась в коридор. Свет не горел, но я заметила темную фигуру. Вскрикнув, я отступила в комнату. Если он сейчас бросится сюда, то мне придется туго. Неужели маньяк вот так легко может проникнуть в квартиру?

Но быстро распахнувшаяся дверь и торопливые шаги по лестнице вниз возвестили о том, что неожиданный визитер покинул квартиру. Я выглянула в коридор. Внизу хлопнула входная дверь. Стремительной перебежкой я достигла двери и рывком захлопнула ее. Трясущимися руками закрылась на все замки, поставила их на предохранители, а заодно накинула цепочку. Сердце бешено колотилось, в висках стучало. Я в изнеможении присела на выступ трюмо и привалилась спиной к зеркалу. Нет, это просто кошмар! Как же мне сейчас не хватает сигареты. Всего бы пару затяжек! Но я не могла себя заставить сдвинуться с места и все вытирала и вытирала платочком вспотевшие ладони.

Скрежет ключа в замочной скважине подбросил меня чуть ли не до потолка. Я вскочила с трюмо, задев по дороге шкатулку со своими прибамбасиками. Она с грохотом свалилась на пол, а я прижалась к стене недалеко от двери. Пусть попробует войти! Но, видимо, пришедший отличался завидным упорством. Перепробовав замки и поняв, что они никак не поддаются, он принялся яростно звонить. Я стояла, вдавившись в — стену и стараясь не дышать. После звонков послышался торопливый тревожный стук и голос матери.

— Лида! — звала она. — Лида, открой!

Слава богу! Это всего лишь мама. Наверное, я впервые в жизни, если не считать, конечно, детских лет, была так рада приходу своей родительницы, которая частенько без предупреждения появляется в моей квартире, чтобы прибраться и приготовить непутевой дочери обед. С огромным облегчением я принялась открывать свои запоры.

— Что случилось? — Мать ворвалась в квартиру, словно за ней гнались. — Почему все заперто? Я звонила, почему ты не открыла? Что за новости? — Но, взглянув на меня, тут же сбавила тон:

— Что произошло?

— Сейчас расскажу, — ответила я, проходя на кухню.

Наконец-то можно вздохнуть с облегчением, потому что, задумай вломиться в дом даже сотня маньяков, мамочка быстро найдет на них управу. И опомниться не успеют, как она из них сделает отбивную. Забудут, зачем приходили. Я с удовольствием плюхнулась на стул, вытянула ноги и закурила. Какое все-таки наслаждение может давать сигарета! Черт! Вот только привкус у нее какой-то странный. Даже голова закружилась немного, и замутило как-то.

— Что с тобой? — участливо повторила мать, появляясь на кухне. — Да выброси ты свою цигарку, вон какая бледная вся.

Я послушалась разумного материнского совета и затушила сигарету. Случается. Если человек перенес сильный стресс, то бывает, что есть не может после этого, курить, наверное, тоже. Хотя и говорят, что никотин и алкоголь здорово снимают стресс, но, наверное, у всех по-разному это происходит. А мать тем временем уже подсовывала мне стакан воды, грела чайник, чтобы напоить меня крепким чаем с лимоном, то есть проявляла материнскую заботу обо мне в полном объеме.

И, кажется, первый раз в жизни меня это не раздражало, напротив, я была очень рада.

— Рассказывай, — мать поставила передо мной чашку с чаем, в котором плавал ломтик лимона, — что происходит? Почему ты закрываешься средь бела дня? Или поругалась со своим суженым и не хочешь его пускать?

— Вовсе нет. — Я отодвинула чашку. — Почему у тебя сразу такие мысли?

— Потому что я жизнь прожила, — парировала маман, поправляя безукоризненную прическу, — и многое повидала. Но учти, это ему даром не пройдет.

— Конечно. — Я нервно засмеялась. — Как бы мне хотелось, чтобы ты ему задала хорошую трепку, — но после этого всхлипнула, и слезы одна за другой закапали прямо на клеенку.

Мать отреагировала побыстрее боксера в среднем весе. Она моментально вскочила с места, подбежала ко мне, прижала голову к своей груди и принялась гладить по волосам, утешая и приговаривая, как утешала меня, когда я была маленькой. От материнской кофточки исходил знакомый запах духов, и я снова почувствовала себя маленькой девочкой. Раз мама рядом, она сможет отогнать все страхи, решить все проблемы. Я быстро успокоилась и перестала хлюпать носом.

— Иди умойся, — посоветовала мать, и я отправилась в ванную. — Теперь-то ты можешь сказать, что все-таки случилось? — встретила она меня.

Да, моя мама с годами совершенно не меняется. Никогда не успокоится, пока не выяснит все досконально. Поэтому я уселась за стол, придвинула себе чашку с остывшим чаем и сделала глоток.

— Не знаю, что это такое, — сразу предупредила я мать. — Я была дома, собиралась звонить на работу, а Герт только что ушел. Минут пять прошло, не больше. Потом, слышу, дверь открывается. Я подумала сначала, что это он вернулся. Позвала несколько раз, но никто не ответил. Я пошла в коридор, и кто-то выскочил из квартиры и убежал.

— И кто же это был? — Мать напряженно смотрела на меня.

— Я же говорю, что не знаю. Мужик какой-то влез в квартиру, но потом услышал мой голос и сбежал. — Я снова отхлебнула чай, но он показался мне каким-то безвкусным, снова замутило.

54
{"b":"21985","o":1}