ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Но клиентов, которые пили вино или пиво, это только забавляло. Со смехом они увертывались от летящих предметов, подсчитывали очки. На глазах у приятелей зацепило почти всех, кто веселился в этой комнате, но сами молодые люди мало обращали внимания на царапины. Одному диск попал пониже глаза, и он, мотнув головой, упал. Его товарищи весело смеялись, но откуда-то из боковых дверей выскочили крепкие парни, подхватили упавшего и унесли с собой.

— И что теперь? — спросил Максим, который смотрел на «представление» молча, предоставив высказываться Виталию.

— Да ничего, — небрежно ответил тот, — сотрясение, наверное, отлежится, и все.

— Его сразу отправят в больницу? — поинтересовался Максим.

— Зачем? — Виталий уставился на него. — Ни в одной больнице ему не окажут такой помощи, как здесь. Ты даже не представляешь, специалисты какого класса тут работают. Да любая больница за границей взяла бы их с руками и ногами, не говоря уже о наших.

— И что же их держит здесь? Этих твоих специалистов?

— Деньги, — отрывисто бросил Виталий, — даже очень хороший врач даже в очень хорошей клинике не заработает столько, сколько они зарабатывают здесь за день, к тому же тут отличная практика, — он фыркнул, — уж они-то без работы не сидят.

— Зарплата врачам, — произнес Максим, — зарплата обслуге, плюс помещение, плюс то, что в помещении. И кто же хозяин всего этого? Даже по самым скромным подсчетам, это стоит немало.

— Да не надо скромничать, — отозвался Виталий, — а хозяин, насколько мне известно, не один. Только то, что ты перечислил, для них мелочь. Ты сюда пришел и прошел бесплатно, потому что в первый раз. Но кто ходит сюда постоянно, должен за это платить. Ты даже не представляешь, сколько это на самом деле стоит. Мой папаша просто рехнулся бы, если бы узнал, какие бабки я здесь оставляю.

— Часто, — Максиму не хотелось говорить, но он все же спросил:

— Часто здесь бываешь?

— Когда как, — признался Виталий, — раньше я, как ты, был, все опасался чего-то, а теперь постоянно здесь бываю. И не жалею об этом нисколько. А что деньги? Деньги — ерунда, если они просто лежат, без всякого применения, уж лучше потратить их на удовольствия.

— Тебе, видимо, это хорошо удается, — сказал Максим. — И какие же удовольствия ты выбираешь? Что тебе здесь больше всего подходит, чтобы обострить ощущения?

— Издеваешься, — Виталий зло сощурился, — а я к тебе всегда как к другу относился.

— Нет, — Максим покачал головой, — просто хочу понять, что ты выбрал для себя.

Виталий скрипнул зубами, помолчал, а потом нехотя сказал:

— Я еще ничего не выбрал. Хожу смотрю, меня это возбуждает. Но сам я пока ни в чем не участвовал.

— А разве так можно? — удивился Максим.

— Конечно, — Виталий небрежно махнул рукой. — Здесь только треть участников, а остальные ходят, смотрят, как я, примериваются. Но говорят, что если попробовал хоть раз, то потом остановиться не сможешь. Хочется еще и еще. Риск завораживает. Просто зрителем ты после испытания уже не будешь. Хочешь верь, хочешь нет. А я пока не смог через это переступить — и манит вроде, и отталкивает.

— Отталкивает, значит, — произнес Максим.

— Не думай, — сразу взвился Виталий, — у меня это до поры до времени, я все равно через это пройду. Иначе жизнь какая-то пресная, никакой остроты.

— Про остроту я уже слышал, — остановил его Максим, — так, мы все посмотрели, может, оставим этот «двор чудес»?

— Мы не видели и пятой части того, что здесь есть, — ухмыльнулся Виталий, — пойдем, я покажу тебе, что мне очень нравится.

Они снова шли куда-то по коридору, поднимались по лестнице, затем спускались вниз, снова шли. Максим уже начал привыкать ко всем этим чудесам, не обращал внимания на полуголых девушек и юношей в «униформе». Странный запах заставил Максима замедлить шаг.

— Что на этот раз? — спросил он.

— Идем, увидишь, — бросил Виталий, — в этой части самое интересное.

На этот раз зрителям предлагалось смотреть сверху. Внизу открывалось небольшое помещение, все пространство которого занимала кровать. На кровати лежал мужчина, которого ласкали три женщины. Они плавно двигались, в полутьме блестели натертые специальным составом их точеные фигурки, их движения были заучены. Мужчина внизу застонал. Одна из женщин изогнулась и рукой отодвинула какую-то заслонку. Максим не поверил своим глазам. Прямо на кровать выползла змея, за ней еще одна и еще. А женщина нажала какую-то кнопку, освещение изменилось, полумрак сгустился, все было залито красноватым мерцающим светом.

Под тихую музыку женщины стали танцевать. Они изгибались, покачивались, как это делают змеи, и те стали тоже повторять танец. Во время танца женщины приближались к распростертому мужчине и начинали его ласкать. Змеи, извиваясь и покачиваясь, ползали среди изгибающихся тел. Максим почувствовал, что к горлу подкатывает комок, но он заметил, с каким жадным восторгом смотрит на это Виталий.

— Пойдем, — прохрипел Максим, — я больше не могу.

— Слабак, — бросил ему друг, — а мне это очень нравится, когда решусь попробовать, то мимо этого не пройду. «Танец Лакшми» — фантастика.

— Да, фантастика, — слабо согласился Максим, — а если они его укусят? Его или их.

— Я тебе уже столько раз твердил, — Виталий досадливо поморщился, — а врачи на что? Мы с тобой не одни наблюдатели. За этим всем смотрят. Не бойся. Змеи, конечно, ядовитые, но при укусе умереть ему не дадут. Ни ему, ни этим девкам, которые профессионалки и знают свое дело. Змеи для них дело привычное.

Максим хотел что-то сказать, но передумал. А Виталий уже тащил его дальше. На следующем этаже они попали в большой зал, в котором было много народу. Все смеялись, веселились. Костюмированный бал, или все то же подражание голливудским фильмам! А как еще можно расценивать это, если зал был убран, как комната патриция в Древнем Риме, по крайней мере, так это представляется теперь. Низкие ложа, соответствующая одежда. Присутствующие весело болтали, шумели, кто-то откровенно оценивал прелести своей партнерши, но многие парочки были однополыми.

— А здесь что, — Максим не мог удержаться, — умирают от разврата? Самое время.

— Кретин, — бросил Виталий, добавив еще несколько крепких слов, — хочешь поглядеть, как близко человек может подойти к смерти? Давай пробирайся туда, чтобы не мешать присутствующим.

— Не хочется что-то, — ответил Сатужный, — подумают, что мы два гомика, мне это как-то без надобности.

— Да никому до тебя здесь и дела нет, — Виталий нервно облизнул губы, — кому ты нужен. — Мы сядем вон там, чтобы не мешать остальным. Давай шевелись, скоро уже начнется.

Максим и сам не понимал, что побуждало его слушаться Виталия, возможно, хотелось понять того до конца, что так привлекает его друга в этом клубе.

Действительно, на них никто не обращал внимания, и они смогли спокойно пробраться в нишу. А через некоторое время поднялся мужчина в красной хламиде. Театральным жестом поведя вокруг рукой, он призвал всех к тишине и стал произносить пространную речь. Ему внимали, временами раздавались аплодисменты.

«Актер, — подумал Максим, — и вырядился зачем-то, как на дурацкий карнавал. Да и другие не лучше».

Но, похоже, что только он придерживался такого мнения, все остальные с напряжением чего-то ждали. После своей речи мужчина раскланялся и стал говорить об испытании, через которое пройдут несколько человек. Все они поочередно вставали, и каждому девушки в коротких туниках вешали на шею цепочки, а на лоб повязывали узкую красную ленту.

«Своеобразный ритуал, — думал Максим, — а что дальше?»

Дальше оказалось еще проще. Мужчина разбил на глазах у всех торжественно поднесенную ему вазу, из нее посыпались блестящие предметы. Девушки собрали их и уложили на подушечку, которую опять же поднесли главному распорядителю.

— Приступайте, — проговорил он, — но если кто-то не сможет сделать это сам, то вам, несомненно, помогут.

17
{"b":"21987","o":1}