ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Девочка, которая спасла Рождество
Коллаборация. Как перейти от соперничества к сотрудничеству
Занавес упал
Паутина миров
Поварская книга известного кулинара Д. И. Бобринского
Каникулы в Раваншире, или Свадьбы не будет!
Песнь Кваркозверя
С чистого листа
Руки оторву!
A
A

– У вас есть грамота или какие другие документы?

Так. Начинаются проблемы. Слишком быстро…

– А в чем дело? Я что-то нарушил?

Прозрачные светлые глаза молодого воина, казалось, надсмехались, одновременно осматривая Сергея с головы до ног.

– Нам нужен человек, возможно, воин, назвавшийся горцем. Он останавливался на постоялом дворе.

Кто? Неужели Габ? Вряд ли. Скорее кто-то из тех трех посетителей, недаром любопытная физиономия одного из них ему так не понравилась. Что будем делать? Отрицать явно бессмысленно – они ждали именно его.

– Это я. И что?

Справа донесся множественный перестук копыт – светлоглазый скосил глаза. Сергей повернулся – к развилке по другой дороге подъезжали еще несколько человек, по виду – воинов, хоть и без доспехов. Что-то многовато для задержания горца, пусть даже и необычного.

Светлоглазый нахмурился:

– Очень хорошо. С тобой желает побеседовать барон Махаом. Будет лучше, если ты пока отдашь свой карабин.

Подъехавшие остановились. Почему-то не сзади, а чуть в стороне. Похоже, они все-таки не из группы задержания. Наверное, уловили напряжение в воздухе и остановились из-за любопытства. Ссоры всегда привлекают зрителей…

– Меня в чем-то обвиняют? Я преступил закон?

Ему совсем не улыбалось вытаскивать свой меч и пробовать свои возможности и таланты в схватке сразу с несколькими, наверняка умелыми воинами. Тем более проливать кровь. Да еще эти в стороне. Заведомо проигрышное дело, да и не так представлял он свой путь здесь.

– Все вопросы ты сможешь задать барону. И давай спокойно, чтобы нам не применять силу.

Они явно не хотели конфликта. Неужели такое уважение к нему?

– Капрал, в чем дело? Чем этот парень обидел вашего барона?

Сергей удивленно повернул голову. Вот это да! Вот в чем причина заминки! Их было человек пять или шесть, и они вызывали уважение. Не только по клинкам и по пристегнутым к седлам арбалетам, но и по спокойным обветренным лицам, по манере держаться в седле и в разговоре, крепким умелым рукам и даже по смешливому прищуру много видевших глаз было понятно – перед ними опытные, видавшие разные виды воины.

Светлоглазый недовольно поморщился:

– Ехали бы тихо своей дорогой… Это касается не вас.

– А ты сойди на милость, просвети неразумных. А то я не смогу спать спокойно.

Они подъехали ближе и окружили широким полукольцом Сергея и стражников. Двое с краю, заметил он, профессионально примерили и отметили стража у лошадей.

Вот это да. Они явно шли на конфликт. Это же настоящая помощь. Да, он действительно очень многого не знал об этом мире. Чем он умудрился вызвать их симпатию?

Сергей, бывший в Шеоле всего второй день, не понимал того, что было очевидно любому другому. Брань, похожая на веками продолжавшийся диалог между «волком и псом». Случайно подъехавшие оказались наемниками, а у ратного свободного воинства всегда были крайне напряженные отношения со стражей поместных дворян. Если таковые могли содержать стражу. Это обусловливалось великим множеством причин – в первую очередь, конечно, спесью и наглостью самих латников стражи, привыкших к подобострастию простых крестьян. И ярко выраженной независимостью «рыцарей свободного меча», которые никогда не упускали возможности поставить зарвавшихся властолюбцев на место. Удача улыбнулась Сергею, ему просто повезло.

Светлоглазый не отступал:

– Вы можете ввязаться в ссору с бароном Махаомом. Это очень глупо…

– Я всю жизнь поступаю глупо.

Говорил крепкий, загорелый, лет тридцати пяти мужчина с короткой стрижкой. У него была коротко подрезанная борода и умные, проницательные глаза. Такие всегда бывали лидерами.

Сергей перевел дыхание. Дело принимало неплохой оборот. Он не совсем понимал, почему эти люди вмешиваются, но видел – это был хороший шанс. И обратился к бородатому:

– Я ничего не сделал барону. И никому не причинил никакого вреда. Просто повезло принести частичку эмацеи от Роха. Это преступление закона?

– Да? От Роха? Барон, наверное, о-очень щепетилен. Капрал, ты никогда не бывал в Рохе?

И тут, моментально и совершенно неожиданно для Сергея, все переменилось – как будто ветер прошелестел по поляне… Светлоглазый и остальные люди барона одновременно выхватили клинки и топоры – страж у лошадей присел к дереву с арбалетом на взводе. Вмешавшиеся, показывая пример реакции, мгновенно оказались на земле с уже зажатыми в руках мечами. Двое с арбалетами за лошадьми взяли в прицел стрелка у дерева.

Над поляной повисла пауза, натянутая на самой высокой ноте. Отчетливо было слышно, как в лесу щебетали птицы.

Сергей ошалело переводил взгляд с одного на другого. Однако… Вот это скорость. Быстро они переходят к делу… Напряжение нарастало, натянутая струна вот-вот могла лопнуть… Надо принимать решение. И немедленно. Он спокойно, чтобы не произвести реакцию взрыва, вытащил карабин и направил в лицо светлоглазому. Набатным колоколом в тишине прозвучал щелчок клацнувшего затвора.

– Я успею сделать пять выстрелов. Пять, пока ты только шевельнешься. Ты и четверо твоих могут уже никогда не увидеть своего барона.

«Как в кино… – мелькнуло в голове. – Только бы он не шевельнулся».

Бородатый подмигнул:

– Ну, капрал! Хочешь проверить? Давай рискни. Советую.

«А он неплохой психолог. И не любит быть на втором плане. Когда опасно».

Светлоглазый медленно выпрямился и с ненавистью глянул на Сергея, потом на бородатого:

– Я буду рад подтянуть веревку на ваших виселицах. Скоро увидимся.

Меч с раздраженным грохотом влетел в ножны. Он повернулся и, махнув рукой своим, пошел к лошадям.

Напряжение спало. Стражники, видимо, еще не совсем доверяя противнику, с мечами в руках повскакивали на коней. Светлоглазый сверху еще раз сверкнул глазами:

– До встречи.

Союзники Сергея не любили оставаться в долгу – вслед уезжавшим летели «поучения»:

– Крепко берегите себя…

– В другой раз расскажу маме…

– Поцелуй в… своего барона…

«Совсем как у нас, – думал Сергей. – Даже шутки похожи. Миры-близнецы». Потом, глядя на поднятую пыль и утихающий перестук копыт, появилась тревога: «Не нравится мне все это. Второй день здесь – и уже конфликт с властью. Чувствует сердце, отдастся в будущем…»

– Тебе далеко?

Так кстати подоспевшие спасители уже были в седлах и дружелюбно разглядывали Сергея.

– Спасибо. Огромное спасибо, – от души сказал Сергей, трогая ногами коня и подъезжая ближе.

– Эге, брат, и это все? – Бородатый улыбнулся. – С тебя выпивка. Когда увидимся. Куда ты сейчас?

– В Шаридан.

– Как раз по пути. Расскажешь, что ты там притащил от Роха?

…У человека, который помог другому в беде, и у вырученного – всегда друг к другу симпатия. Это правило верно для любых миров, где живут люди. Так было тогда и с Хароном, не было исключением и здесь. «Не слишком ли мне везет? – думалось Сергею. – Именно в нужный момент. Как бы не исчерпать лимит…»

До Шаридана оставалось совсем недалеко, и они пустили лошадей шагом. Сосновый бор остался позади, по сторонам потянулись возделанные поля, чередовавшиеся с молодым лиственным перелеском.

«Рохер? – не слишком удивился Сват. – Ты что, воевал у Далича?»

Далич? Кто такой Далич?

«В каких горах ты бродил, горец?» – смеялись новые знакомые. Позже он узнал, что Далич – князь, независимое княжество которого было почти полностью поглощено Рохом. Несмирившийся князь вел непримиримую войну с моргами – в основном они обосновались на его земле. И на самой границе с туманом, и делая быстрые отчаянные вылазки в Рох. Со всего подгорного Шеола к нему стекались самые отчаянные, потерявшие вкус жизни наемники – у князя всегда была работа.

По дороге Сергей быстро и даже как-то естественно перезнакомился с этими, в других условиях не очень склонных к лишним знакомствам, людьми. Бородатого звали довольно звучно – Увен Тор, но все называли его Сватом. Как рассказал Камбит, один из ребят, однажды Свата обложили и крепко зажали морги. Ему приходилось бывать и сражаться у Далича. И тогда в запале азарта и злости отчаянно рубившийся воин начал кричать нечисти что-то вроде воинского «приветствия». Приветствие в переводе заключалось в том, что уже сегодня оный воин с товарищами будет «жестко иметь» всех их жен, дочерей, сестер, ежели у этой самой нечисти таковые имелись. С тех пор в среде не лишенных грубого юмора лихих вояк закрепилось прозвище. Поговаривали, что он был не простых кровей…

18
{"b":"22","o":1}