ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

«И повелели духи уничтожить пришельцев»

Кадьяк — гористый остров со множеством быстрых речек, покрытый лесами. Обитали на нем кадьякские эскимосы, которые называли себя «конягами».

Многие аборигены вначале отнеслись настороженно к пришельцам. Хотя с некоторыми из них Шелехов и его спутники подружились с первых дней пребывания на острове.

Однако в начале августа 1784 года произошло серьезное столкновение русских с кадьякцами.

В «Историческом обозрении образования Российско-Американской Компании…» Петр Тихменев дал подробное описание этого вооруженного конфликта отряда Шелехова с островитянами.

«Неприязненные намерения туземцев вскоре обнаружились следующим образом: люди, посланные на байдарах для осмотра острова и звериных убежищ… заметили множество коняг, собравшихся, в числе до четырех тысяч человек, на находившемся в некотором разстоянии от берега и неприступном с моря утесистом островке…».

Григорий Иванович осознал опасность такого «собрания» и отправил к туземцам депутацию с предложением начать мирную торговлю. Но кадьякцы ответили угрозами и потребовали, чтобы русские убрались с острова.

«Тогда Шелехов, с бывшими при нем промышленниками, сам отправился к их сборищу и снова, всевозможными убеждениями, старался уговорить коняг вступить с ним в дружеские сношения…

Эти слова его не произвели желаемого действия; несколько стрел, пущенных дикими в промышленных заставили их удалиться к гальйотам и принять меры на случай нечаянного нападения. В самом деле, чрез несколько дней, среди глубокой ночи, дикие, приблизившись незаметно к гавани, бросились на русских. Борьба длилась до рассвета с одинаковым ожесточением с обеих сторон. Чувство самосохранения заставило промышленников драться с отчаянною храбростию, и наконец неприятель, несравненно превосходивший их числом, обратился в бегство».

Один из перешедших на сторону русских туземец сообщил Шелехову, что на войну кадьякцев подбили горные духи: «И повелели они уничтожить белых пришельцев. Иначе все жители острова погибнут от неизлечимых болезней…»

В «горных духов» Григорий Иванович не верил. А вот обычных зачинщиков бунта приказал выявить.

Возобновление сотрудничества

Шелехов понимал: до желаемого мира на острове еще далеко, и туземцы снова попытаются уничтожить русских. Его опасения вскоре оправдались.

Через несколько дней после первых сражений перебежчик-островитянин сообщил Григорию Ивановичу: «Коняги ожидают значительного подкрепления от соседних племен. Так что вскоре возобновятся нападения на русских. Горные духи по-прежнему требуют уничтожения всех пришельцев…».

Григорий Иванович решил: медлить нельзя, надо первым нанести удар. Его отряд из русских и алеутов атаковал туземцев. С пистолетом и саблей в руках Шелехов сам кинулся на противника. Островитяне были разгромлены. Они бежали, оставив своих раненых победителям. Среди русских потерь не было.

Петр Тихменев отмечал: «Решимость Шелехова одним ударом сокрушить главные силы кадьякцев… поколебала самоуверенность этих островитян, утвердившуюся в прежние годы от удачных для них столкновений с прочими промысловыми компаниями, которые они постоянно заставляли удаляться от их берегов».

После этой победы злобные духи острова Кадьяк вроде бы перестали призывать к уничтожению белых пришельцев. Большинство восставших туземцев возобновили сотрудничество с русскими.

Однако боевые действия Шелехова подвергались критике и его современниками, и исследователями истории Русской Америки XX–XXI веков. Григория Ивановича обвиняли в жестокости и вероломстве по отношению к туземцам, в приукрашивании своих побед.

Просветительская деятельность

С наступлением мира на Кадьяке русские продолжили пушной промысел и исследования острова. Люди Шелехова обнаружили здесь медную руду, горный хрусталь, янтарь, жемчуг, слюду. Они составляли карты, описание Кадьяка и других американских островов.

Григорий Иванович направил экспедицию на материк. Несколько месяцев этот отряд изучал побережье Аляски, вел поиски полезных ископаемых, наносил на карту участки неизвестной земли. Встречалась экспедиция и с индейцами континентальной Америки. Благодаря им русские путешественники собрали немало информации о быте, нравах, традициях аборигенов, о природе, климате и географических объектах этого уголка Нового Света.

В конце 1785 года Шелехов писал: «…И по усердному нашему желанию американских предел помощью Божию уже дошли и через годичное время здесь и в Кенаях (имеется в виду Кенайский полуостров) немало народов нашли…

И торг сей стороны с обитателями завели, места с их угодьями, частью осмотря, описали на карту и план положили…»

Наличие строевого леса на Кадьяке позволило русским изготавливать шлюпки, а также возвести укрепленные селения на острове Афогнак (вблизи Кадьяка) и на берегу Кенайского залива. К их строительству были привлечены сотни аборигенов.

Шелехов потратил немало сил и времени на обучение туземцев грамоте, ремеслам, земледелию, разведению коз и свиней. Этих животных русские привезли с собой на остров.

Уже после возвращения из Америки Григорий Иванович вспоминал о кадьякских эскимосах: «Должен отдать народу сему справедливость, в остроте ума, ибо дети их весьма скоро понимали свои уроки и некоторые до отъезду моего столько выучились по-российски говорить, что без нужды можно было их разуметь».

При отбытии на родину Шелехов наказывал Евстрату Деларову, которого впоследствии назначил правителем острова Кадьяк: «…ребят американцев учить мореплаванию, арифметике… чтобы со временем были из них мореходы и добрые матрозы; также мастерством разным учить их надобно, особливо плотничеству… держи их при себе, содержи пищею… кто учитца хорошо, тем гостинца пришлю на судне».

А в письме от 10 декабря 1789 года Григорий Иванович вспоминал о своем пребывании в Новом Свете: «Заведенная ж мною там школа в успехах плоды свои довольна оказывает: от многих обучившихся грамоте американцов получил уже нынче я письма. Ныне ж помышляю о постройке церкви».

Возвращение на родину

В 1786 году Шелехов покинул Америку. Провожали его не только русские поселенцы. Попрощаться с ним прибыли сотни туземцев с разных уголков острова.

Обратный океанический путь на родину для Шелехова и его близких прошел относительно спокойно. Зато сухопутный — от Алдана до Иркутска — оказался весьма трудным и опасным. Часто приходилось преодолевать огромные расстояния пешком, несмотря на мороз, ночевать под открытым небом в сугробах, по многу дней питаться лишь сухарями.

Конечно, Григория Ивановича больше всего беспокоило, выдержат ли этот переход его жена Наталья Алексеевна и малолетние дети Михаил и Авдотья.

В апреле 1787 года путешественники наконец достигли столицы Сибири. Шелехов ознакомил иркутского генерал-губернатора Ивана Варфоломеевича Якоби (по другим документам — Якобий) с результатами экспедиции к берегам Америки, представил вновь составленную карту тех земель, где побывал, и описание заложенных им поселений.

Генерал-губернатор высоко оценил деятельность Шелехова в Новом Свете. Спустя некоторое время, на основании отчета Григория Ивановича, Якоби в письме докладывал императрице Екатерине II о «способах к утверждению владычества России на берегах Америки, об образовании управления туземными народами и улучшении их жизни».

Он советовал государыне вместо ясака собирать с американцев добровольную подать.

Русская Америка - i_020.jpg

В своем докладе иркутский генерал-губернатор обстоятельно писал о заслугах Григория Ивановича: «…должно сказать, что из всего сделанного Шелеховым видно гораздо более радения о пользах отечества, чем о собственных выгодах. Склонение им враждебных и диких народов к сознанию блага своего в мирных сношениях с людьми, пришедшими к их берегам, по справедливости, достойно удивления.

19
{"b":"221748","o":1}