ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

В Калифорнии все для человека нужное есть и быть может в чрезвычайном изобилии, кроме дорогих металлов; но и те со временем, вероятно, откроются», — писал Головнин.

Красота природы этого уголка Америки не укрыла от опытного путешественника бедности местных жителей и того, как испанские колонизаторы угнетают калифорнийских индейцев.

Русская Америка - i_066.jpg

Головнин, как и другие русские, посещавшие Форт Росс, призывал соотечественников-колонистов всячески укреплять добрые взаимоотношения с аборигенами. Это не всегда удавалось. Племена калифорнийских индейцев сами нередко враждовали друг с другом и порой втягивали в свои конфликты «бледнолицых». Случалось, что испанцы подговаривали аборигенов совершать провокации против русских.

Рядом с Фортом Росс обитало племя кашайа. Несколько миль на восток располагались селения индейцев — южные помо. Южнее форта жили береговые индейцы племени мивок.

Русские колонисты налаживали с ними торговлю и нередко устраивали официальные встречи, переговоры представителей Российско-американской компании с вождями племен.

В сентябре 1818 года в Форт Росс прибыл шлюп «Камчатка» под командованием капитана Василия Головнина. Прославленный путешественник и исследователь встречался с калифорнийскими индейцами. О своих наблюдениях и выводах он писал из Форта Росс в Санкт-Петербург морскому министру: «Дружеское расположение сего народа, до сего времени продолжающееся к русским, ясно свидетельствует, что они не насильно завладели сею землею.

Русские промышленники по одному и по двое ходят стрелять в леса диких коз, часто ночуют у индейцев и возвращаются, не получив от них ни вреда, ни обиды. Напротив того, испанцы в малом числе и без оружия показаться меж ними не смеют, иначе все будут биты. Индейцы сии охотно отдают своих дочерей в замужество за русских и алеутов, поселившихся у них; и в крепости Росс теперь их много. Через сие составились не только дружество, но и родственные связи».

В записках Головнина о Русской Америке были не только положительные оценки. Он критиковал и Александра Баранова, и его помощников, и руководство Российско-американской компании за состояние дел в колонии. Нелестно Василий Михайлович отзывался о действиях англичан, американцев и испанцев на Тихом океане, на островах и западном побережье Америки.

Он писал о вреде, который наносят иностранные контрабандисты Российско-американской компании в Новом Свете: «Неужели урон, который Компания терпит от сих контрабандистов, и зло, какое они колониям и служителям ее наносят… господам директорам неизвестны?

Кажется, можно быть уверену, что если бы главное правление Компании представило о сем зле куда следует и просило бы о защите Высочайше дарованное Компании (Российско-Американской) привилегии и пособия к обороне ее имущества, то прозорливое и попечительное правительство не отказало бы в просьбе онаго».

Русская Америка - i_067.jpg

Головнин также отмечал, что правлению русских колоний в Америке недостает «…трех вещей: определенных должностей, различия чинов и единообразной одежды или мундира, и что иностранцы, посещающие колонии и не находя в них что-нибудь похожее на области и укрепления места, российскому скипетру принадлежащие, т. е. ничего подобному регулярному гарнизону, могут скорее заключить, что эти места ничто иное, как временные оборонительные укрепления, сделанные промышленниками для защиты себя против диких, следовательно и никакого к ним уважения иметь не могут… польза самой Компании требует, чтобы люди, занимающие различные должности в ее службе, имели не только разное жалованье, но и другие преимущества, соразмерные их занятиям, и сверх того была бы им открыта дорога к наградам от правительства по мере заслуг, кои они, посредством Компании, могут оказать отечеству».

Многие замечания Головнина были учтены правлением Российско-американской компании. Конечно, не все удалось исправить, но его предложения и советы во многом помогли Русской Америке.

Во время своего кругосветного плавания в 1817–1819 годах Головнин побывал на Камчатке, на Алеутских и Командорских островах, посетил Калифорнию, Гавайские, Мариинские острова и большинство поселений Русской Америки.

После возвращения в Санкт-Петербург Василий Михайлович был назначен вначале помощником директора Морского корпуса, а затем — генерал-интендантом флота. На этом высоком посту Головнин сумел значительно преобразовать и укрепить русский флот, подготовить для него достойных офицеров и специалистов разных профессий. Им было написано много книг и статей, в том числе и о Русской Америке.

Недоброжелатели русской южной колонии

Возникновение в Северной Калифорнии русского укрепления заставило испанцев принимать более решительные меры против конкурентов. Осенью 1812 года на разведку в Форт Росс они отправили отряд под командованием лейтенанта Морага. Он и его солдаты были тепло приняты в крепости-поселении.

В донесении Ивана Кускова сообщалось, что испанцев «настращали… американские корабельщики, уверяя, что россиян цель есть выгнать испанцев из Калифорнии».

В 1815 году губернатор Верхней Калифорнии испанец Висенте де Сола потребовал ликвидации Форта Росс. А спустя некоторое время в Санкт-Петербурге испанский посол заявил протест по поводу пребывания русских в Калифорнии.

Однако недовольство Испании не переросло в конфликт на берегах Тихого океана. Как полагал академик Н. Н. Болховитинов, в этом помогла сделка с российскими кораблями, в продаже которых был заинтересован Мадрид.

Руководство Российско-американской компании на протест испанского посла ответила обстоятельным письмом. В нем доказывалось право на пребывание в Северной Калифорнии русских, на добычу морского зверя и на существование Форта Росс.

Недоброжелатели этого укрепленного селения находились не только среди испанцев. В Санкт-Петербурге некоторые высокопоставленные чиновники также высказывали мнение, что необходимо оставить Форт Росс.

Первые десять лет колония в Северной Калифорнии не принесла Российско-американской компании выгоды. Однако, по мнению Петра Тихменева, существование Форта Росс помогало судам, направленным из Ново-Архангельска в Калифорнию, доставлять товары и вывозить оттуда продовольствие.

В начале 1820 года правитель Русской Америки капитан 1-го ранга Леонтий Андреевич Гагемейстер писал в Санкт-Петербург министру иностранных дел графу Нессельроде: «Хотя употребленный на заведение сей оседлости (Форт Росс) немаловажный капитал не возвратился компании пользами от него ожидаемыми, по кратости времени, и потому, что у компании нет еще таких людей, кои-бы там поселились прочно с семействами, и обзавелись домами и землею, и имея их в неотъемлемой собственности, плоды трудов своих передавали бы компании, но при всем том испанское правительство Новой Калифорнии настоятельно требует уничтожения той оседлости и удаления русских людей почитая землю под оною занятую, и даже все берега Нового Албиона принадлежащими испанской короне по первооткрытии Америки Колумбом и может быть, до сих пор, употребило бы уже насильственные меры, ежели бы в состоянии было оные произвесть».

«Деревцо крепло и возрастало»

Хоть и возникали в Калифорнии территориальные споры, все же через пару лет после возникновения Форта Росс между испанскими и русскими колонистами сложились добрые неформальные отношения. Испанцы охотно приобретали металлические изделия, одежду, инструменты, изготовленные в русских колониях Нового Света. Жители Форта Росс, в свою очередь, нуждались в продовольствии, которое поставляли испанцы, а на Аляску они отправляли дубовый лес в виде брусьев и досок.

Агенты Мадрида сообщали, что первые в Калифорнии судостроительные верфи, ветряные мельницы, фруктовые сады и виноградники появились благодаря колонистам из России.

66
{"b":"221748","o":1}