ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Она отразилась в военной программе английского министра Пальмерстона. Он призывал расчленить Россию, отторгнуть от нее Бессарабию, Кавказ, Крым, Польшу, Прибалтику, Финляндию. В этой программе не остались без внимания и Дальний Восток, и американские территории России.

Русская Америка - i_070.jpg

В 1854 году англо-французская эскадра под командой адмирала Прайса попыталась захватить Петропавловск-Камчатский. Командование эскадры намеревалось после быстрой победы на Камчатке направиться в пределы Русской Америки. Неизвестно, готовилось ли уничтожение русских колоний или их подчинение английским компаниям.

Однако несколько сот русских моряков, казаков, солдат и офицеров под командованием адмирала Василия Завойко разбило неприятельский десант.

В обороне Петропавловска-Камчатского принимал участие будущий главный правитель Русской Америки князь Дмитрий Петрович Максутов. Двадцатидвухлетний офицер русского флота в июне 1854 года был назначен командиром батареи.

В документе того времени отмечалось, что Максутов, «командуя батареею № 2, из И орудий при 127 нижних чинах, подавал пример неустрашимости, в течение 8 часов, в бою 20 Августа 1854 г., при отражении нападения на Петропавловский порт Англо-Французской эскадры, состоявшей из 3 фрегатов с 156 пушками и парохода, вооруженного бомбическими орудиями, причем меткими выстрелами нанес неприятельским судам значительные повреждения».

Флот противника поспешно убрался от берегов полуострова. После поражения у Петропавловска-на-Камчатке англо-французская эскадра прекратила боевые действия в северных водах Тихого океана, но продолжала курсировать в этом пространстве в поисках русских судов. Все же в годы Крымской войны англо-французские корабли не принесли никакого урона селениям Русской Америки.

Споры о предстоящей «сделке века»

После окончания Крымской войны вопрос о продаже Аляски Соединенным Штатам Америки не отпал. Наоборот, об этом еще настойчивее заговорили в политических кругах Санкт-Петербурга и Вашингтона.

Влиятельным сторонником сделки был младший брат императора Александра II великий князь Константин. «…B случае войны с морскою державою мы не в состоянии защитить наши колонии», — считал он.

В письме министру иностранных дел Александру Горчакову великий князь изложил свою точку зрения: «Северо-Американские штаты, следуя естественному порядку вещей, должны стремиться к обладанию всею Северною Америкою и поэтому рано или поздно встретятся там с нами, и не подлежит сомнению, что овладеют нашими колониями даже без больших усилий, а мы никогда не будем в состоянии возвратить их».

Великий князь Константин предложил продать США заокеанские русские колонии.

По подсчетам американских специалистов, таким образом, во владение Соединенным Штатам переходило 580 107 квадратных географических миль. Из них: острова Берингова моря — 3963 квадратных географических мили; Алеутские острова — 6391; Кадьякский архипелаг и острова Шумагина — 5767; Чугатские и другие острова — 1032; Архипелаг Александра с островом Ситха — 14 143; материковая часть — 548 902 квадратные географические мили.

В докладе императору Александру II высокопоставленные сторонники продажи русских колоний за океаном выдвигали три основных довода: необходимость сконцентрировать военные и экономические силы на Дальнем Востоке и особенно в Амурском крае; укрепление союза с США в противовес Англии; неудовлетворительное состояние дел Российско-американской компании, существование которой необходимо финансировать государством.

Русская Америка - i_071.jpg

Слухи о продаже русских территорий за океаном волновали не только политиков, но общественность и прессу. Газеты Старого и Нового Света отмечали, что Россия видит в лице США союзника в борьбе за отмену Парижского договора по итогам Крымской войны. «Нью-Йорк геральд» в начале 1867 года писала, что предложенная продажа Русской Америки указывает «…на вероятность политического, торгового и военного союза, оборонительного и наступательного, между Россиею и Соединенными Штатами против Англии и Франции, при предстоящем в будущем прилаживании равновесия власти в обоих полушариях».

Примерно в те же дни газета «Голос», издаваемая патриотически настроенным публицистом Андреем Краевским, писала: «Сегодня слухи — продают николаевскую железную дорогу, завтра — русские американские колонии; кто поручится, что послезавтра не начнут те же самые слухи продавать Крым, Закавказье, Остзейские губернии?

За охотниками-де до покупки дело не станет».

Когда спустя несколько недель был подписан договор о знаменательной сделке, та же газета «Голос» с горечью сообщала: «Сегодня, вчера и третьего дня мы передаем и передавали получаемые из Нью-Йорка и Лондона телеграммы о продаже владений России в Северной Америке…

Мы и теперь, как и тогда, не можем отнестись к подобному невероятному слуху иначе, как к самой злой шутке над легковерием общества».

Далее газета «Голос» писала: «Неужели трудами Шелехова, Баранова, Хлебникова и других самоотверженных для России людей должны воспользоваться иностранцы и собрать в свою пользу плоды их?»

Как и в России, в США не было единодушия по поводу знаменитой сделки. Газета «Нью-Йорк трибун» писала о покупке Аляски: «Этот договор государственный секретарь стыдливо и боязливо публикует в своем обращении и просит сенат подтвердить, а народ одобрить. Мы уверены, что сенат скажет — нет, мы знаем, что народ скажет — нет».

Сразу после Крымской войны вновь назначенный министр иностранных дел Александр Михайлович Горчаков провозгласил: «Россия сосредотачивается». Этот девиз стал для него незыблемым политическим принципом. Горчаков призывал отказываться от внешнеполитических амбиций в пользу преодоления внутренних проблем России.

Не все современники понимали его, впрочем, как и многие нынешние «политикуны». Линии мудрого Александра Михайловича, истинного патриота, держались и некоторые приближенные императора Александра II. Эти сановники напоминали, что колонии за океаном — не государственная собственность, и, по существу, они принадлежат Российско-американской компании, которая задолжала Министерству финансов 725 тысяч рублей. А такой солидный долг она вряд ли сумеет погасить в обозримом будущем.

Цена вопроса

Подписанию документа о продаже заокеанских колоний предшествовали встречи русского посланника в Вашингтоне барона Эдуарда Стекля и госсекретаря США Уильяма Сьюарда в марте 1867 года.

Русская Америка - i_072.jpg

О ходе этих переговоров Эдуард Стекдь писал министру иностранных дел Александру Горчакову: «Приехав в Вашингтон, я поднял вопрос о колониях со Сьюардом. Я сказал ему о трудностях, которые вторжение американцев могло бы создать между двумя правительствами, о предложениях, которые делались в прошлом о продаже наших колоний, и добавил, что в настоящее время императорское правительство расположено вступить в переговоры, если нам будет сделано такое предложение. Сьюард мне ответил, что этот вопрос следует обсудить и что он переговорил бы о нем с президентом (США). Наша беседа была строго конфиденциальной».

В том же письме Горчакову Стекль информировал о своей следующей встрече с госсекретарем, посвященной продаже колоний: «…Я сказал Сьюарду, что предполагаю прозондировать мнение некоторых сенаторов и членов палаты по этому вопросу, но он обязал меня ничего не делать.

„Эти переговоры, — сказал он мне, — должны вестись в строжайшей тайне. Давайте сначала посмотрим, сможем ли мы договориться. После этого настанет время проконсультироваться с конгрессом“.

В качестве цены он назвал 5.000.000 долларов, но, поняв, что это не произвело на меня никакого впечатления, добавил: „Мы могли бы дойти до 5.500.000 долл., но не более“. Я ответил, что обсудим этот вопрос, когда несколько продвинемся вперед. Я буду стремиться получить 6.500.000 или, по крайней мере, 6.000.000».

73
{"b":"221748","o":1}