ЛитМир - Электронная Библиотека

Но тут надо всем возобладала его страсть к выдаче руководящих указаний.

— Вы должны проехать обратно по этой дороге примерно полмили, там увидите первый поворот налево, к сожалению, дорога там находится в плачевном состоянии и давно требует ремонта, я писал многочисленные письма по этому поводу… кто вы, слуги народа или хозяева народа, вот как я спрашивал их, и в конце концов, кто же платит вам зарплату?.. затем второй поворот направо, только он не совсем направо, дорога сначала пойдет налево, но в итоге она все равно уведет вас в правую сторону, там имеется указатель «Поррит-лейн», но, разумеется, там нет никакой Поррит-лейн, и если вы взглянете на дорожную карту, то увидите, что это просто восточный конец Форрест-хилл-лейн, уже на выезде из деревни, и вот, проехав мимо «Буйволиной Скрипки» — это закусочная — и оставив позади церковь (я указывал составителям туристической карты, что у нас церковь со шпилем, а не с башенкой, и даже писал в тадфилдский «Адвертайзер», предлагая им организовать местную кампанию для корректировки нашей карты, и я всячески надеюсь, что когда они поймут, с кем имеют дело, то все сделают на раз-два), окажетесь на перекрестке, а миновав его, сразу увидите второй перекресток, где вы можете либо свернуть налево, либо проехать прямо, оба пути приведут вас на авиабазу (хотя левое ответвление будет миль на десять короче), и мимо базы вы уж точно не проедете.

Голод недоумевающе взирал на него.

— Я, э-э, не уверен, что понял до… — начал он.

— Я ПОНЯЛ. ПОЕХАЛИ.

Шатци слабо взвизгнул и шарахнулся за спину Р. П. Тайлера, где и спрятался, не переставая дрожать всем телом.

Иностранцы вновь оседлали свои байки. Один из них, весь в белом (по всей видимости, хиппи, подумал Р. П. Тайлер), бросил на зеленую обочину пустой пакет из-под чипсов.

— Извините меня, — повысил голос Тайлер. — Это ваш пакет из-под чипсов?

— О, почему же только мой?! — ответил парень. — Он общий.

Р. П. Тайлер расправил плечи и вытянулся в полный рост. [166]

— Молодой человек, — вопросил он, — как вам понравится, если я приду в ваш дом и начну мусорить?

Загрязнение мечтательно улыбнулся.

— Ужасно, ужасно понравится, — прошептал он. — О, это было бы замечательно…

Под его мотоциклом на влажной дороге поблескивала радужная маслянистая лужица.

Взревели моторы.

— Я что-то не поняла, — сказала Война. — Какой разворот нам надо сделать у церкви?

— ПРОСТО СЛЕДУЙ ЗА МНОЙ, — сказал высокий тип на передней машине, и все четверо укатили.

Р. П. Тайлер смотрел им вслед, пока его внимание не отвлекло какое-то пощелкивание. Он обернулся. Четыре велосипедиста промчались мимо него, преследуемые резво бегущей собачонкой.

— Эй, вы! Ну-ка остановитесь! — закричал Р. П. Тайлер.

Квартет затормозил и взглянул на него.

— Я узнал тебя, Адам Янг, тебя и твою маленькую… пфф… шайку. Позвольте поинтересоваться, почему это вы, дети, разгуливаете по улицам в столь позднее время? Знают ли ваши родители, где вы шляетесь?

Предводитель велосипедистов обернулся.

— Я не понимаю, что вы имеете в виду, говоря о позднем времени, — сказал он. — Мне кажется, да, как мне лично кажется, пока солнце на небе, еще совсем не поздно.

— В любом случае вам уже пора спать, — сообщил им Р. П. Тайлер. — И не показывайте мне язык, юная леди, — заметил он Пеппер, — или мне придется написать письмо вашей матушке, проинформировав ее о плачевном и недостойном поведении дочери.

— Ладно, извините нас, — обиженно произнес Адам. — Пеппер всего лишь облизнула губы и взглянула на вас. Я и не знал, что есть какие-то ограничения на взгляды.

В траве происходила какая-то возня. Барбос явно посягал на неприкосновенность Шатци, исключительно благовоспитанного комнатного французского пуделя, каких заводят только семьи, неспособные включить в свой семейный бюджет детей.

— Адам Янг, вы хозяин этой шавки, — приказным тоном заявил Р. П. Тайлер. — Так будьте любезны, уберите вашу дворняжку… от моей Шатци.

Тайлер не доверял Барбосу. Три дня назад, когда он впервые встретился с этой собакой, она зарычала на него и сверкнула горящими глазами. Что побудило его начать сочинять письмо, где обращалось внимание общественности на то, что этот Барбос, несомненно бешеный, определенно является угрозой для общества и его следует усыпить ради Общего Блага. Он сочинял это письмо, пока жена не напомнила ему, что горящие глаза до сих пор не являлись признаком бешенства, разве что в фильмах, которых ни один из Тайлеров не смотрел и смотреть не будет, но о них и так все, что нужно, известно.

Адам был потрясен.

— Барбос вовсе не шавка. Барбос замечательная собака. Он умный. Барбос, отойди от противного старого пуделя мистера Тайлера.

Барбос не обратил на команду внимания. Ему хотелось еще немного порезвиться в собачьем мире.

— Барбос, — угрожающе сказал Адам. И собака послушно поплелась обратно к велосипеду хозяина.

— По-моему, вы не ответили на мой вопрос. Куда это вы направляетесь?

— На авиабазу, — сказал Брайан.

— Если только вы не возражаете, — сказал Адам тоном, в котором, как он надеялся, прозвучал поистине уничтожающий сарказм. — Я имею в виду, что мы не поедем туда до тех пор, пока вы не дадите нам своего полного одобрения.

— Ты дерзкий проказник, — сказал Р. П. Тайлер. — Когда я увижу твоего отца, Адам Янг, я уведомлю его в совершенно определенных выражениях, что…

Но Квартет уже вовсю крутил педали по дороге, ведущей в сторону авиабазы Нижнего Тадфилда. Они ехали своим путем, который был короче, проще и живописнее, чем маршрут, предложенный мистером Тайлером.

Р. П. Тайлер мысленно сочинил утомительно длинное письмо о пороках современной молодежи. Оно охватывало недостатки качества образования, отсутствие уважения к старшим и наиболее достойным подражания гражданам, извечно сутулые осанки, сменившие правильную спортивную выправку, антиобщественное поведение подростков, а также необходимость возврата к обязательной военной службе, березовым розгам, порке ремнем и выдаче регистрационных свидетельств на собак.

Закончив сей опус, он испытал настоящее удовлетворение. Смутно подозревая, что письмо написано слишком талантливо для тадфилдского «Адвертайзера», Р. П. Тайлер решил послать его в «Таймс».

Тыр-дын-тыр-дын-тыр-дын.

— Извините, голубчик, — сказал разгоряченный женский голос. — Мне думается, мы заблудились.

За рулем старенького мотороллера сидела женщина средних лет. В нее крепко вцепился щуплый мужчина с зажмуренными глазами, облаченный в плащ и зеленый светящийся мотоциклетный шлем. Между ними было впихнуто нечто, напоминающее антикварное оружие с воронкообразным дулом.

— Да? И куда же вы направляетесь?

— В Нижний Тадфилд. Я не знаю точного адреса, но нам нужно найти одного человека, — сказала женщина и вдруг добавила совершенно другим голосом: — Его зовут Адам Янг.

Р. П. Тайлер изумился.

— Вам нужен этот мальчишка? — спросил он. — Что он еще натворил… нет, нет, не говорите. Я не желаю знать.

— Мальчишка? — удивилась женщина. — Вы не говорили мне, что это ребенок. И сколько же ему лет? — спросила она и сама ответила: — Одиннадцать.Лучше бы вы упомянули об этом раньше. Это же совершенно меняет дело.

Р. П. Тайлер в полнейшем изумлении смотрел на нее. Потом он сообразил, в чем дело. Эта женщина была чревовещательницей. А то, что он принял за мужчину в зеленом мотоциклетном шлеме, было куклой. Интересно, как же он вообще мог принять ее за человека. Ему показалось, что вся эта история как-то дурно пахнет.

— Я видел Адама Янга всего пять минут назад, — сообщил он женщине. — Он со своими дружками отправился на американскую авиабазу.

— О боже, — слегка побледнев, сказала женщина. — Мне никогда не нравились эти янки. Знаете, на самом деле они очень даже симпатичные люди.Возможно, но разве можно доверять людям, которые все время хватают мяч руками, играя в футбол.

вернуться

166

Пять футов и шесть дюймов.

68
{"b":"221750","o":1}