ЛитМир - Электронная Библиотека

— Но! — привлек мое внимание кешиар. — Твоя свадьба с Айрисом не отменяется, а всего лишь откладывается! — земо многозначительно поиграл бровями.

— Послушай, Карсимус, я не понимаю: ты меня облагодетельствовать хочешь или его наказать? — я почесала кончик носа.

— Почему это наказать? — опешил оборотень.

Аайю хмыкнул. Чернявый навострил уши. Кзекаль подарил уважительный взгляд. Надо будет присмотреться к нему повнимательнее. Потом. Вечером. Поговорить с ним. Попытаться…

— Ну… Замок сгорит, даром что каменный. Казну украдут. По Долине ураган пронесется. Извержение вулкана начнется…

— В Долине Оранжевого Заката нет вулканов… — голос кешиара прозвучал не слишком убедительно.

— Найдем, — заверила я его, окончательно деморализуя противника. — А когда в Долине жить станет невозможно, то мы, будучи верными вассалами, переберемся к тебе. А дальше… замок сгорит, казну…

— Спасибо, достаточно, — перебил Кару. — Я подумаю, что можно сделать. Тут все не так просто. Я ему обещал уже, — оборотень сник.

— Подумай. Хорошенько подумай, — я демонстративно зевнула. — А то вулканы они такие… Где захотят, там и появляются, — предостерегла я напоследок кешиара.

По окончании разговора Кзекаль проводил меня в комнату. Не успели мы туда зайти, как в туалете послышался грохот, звон стекла и многоэтажные неприличные конструкции. Гвардеец отреагировал мгновенно: он с места допрыгнул до двери в туалет, рывком распахнул ее и бросил туда знакомый серебристый клубок нитей.

Эх, не успела я предупредить его насчет Профессора! А надо было бы…

Из туалета раздался возмущенный возглас. Следом магическая волна снесла с петель дверь и часть стены. И люстру в комнате. Вместе с куском потолка. Смела ошарашенного гвардейца, впечатала его в шкаф и присыпала сверху отвалившейся побелкой. Жаль, при происшествии Карсимус не присутствовал. Он бы в миг понял, что про блуждающие вулканы я говорила серьезно.

Я чихнула. Протерла от пыли глаза, помогла вылезти из бельевого шкафа гвардейцу. Он в свою очередь, снял с крюка на стене в туалете моего непутевого братца. Тряхнул его и швырнул в угол. Впрочем, не сильно, скорее нравоучительно. Профессор извернулся, приземлился на четыре конечности, вскочил, развернулся к нам уже в полной боевой готовности. Вздохнув, я встала между братом и Кзекалем. Нехорошо начинать знакомство с мордобития.

— Элка, отойди. Я этому мордовороту покажу, как маленькими бросаться! — парень сдвинул шляпу на затылок.

Гвардеец поступил проще. Видать у него тоже кулаки чесались надрать попу магически одаренному юнцу. Оборотень обнял меня, оторвал от пола и вынес из туалета в комнату. Там и поставил на ноги.

— А подержите меня еще немного, — пролепетала я, обволакивая Кзекаля полным надежды взглядом. Господи, какой мужчина! От одного его прикосновения сердце в ритме Раммштайн зашлось.

Зрачки земо дернулись. Он открыл рот, издал низкий горловой звук и пулей выскочил в коридор. Наверное к Кару нас закладыва… то есть докладывать побежал.

— Ушел! — одновременно пробормотали мы с братом, переглянулись и расхохотались.

Глава 11

До вечера мы валяли дурака. В прямом и переносном смысле. Кешиар доступ-то в библиотеку дал, но не показал ее местонахождение, а наш единственный провожатый испарился в неизвестном направлении после совершенно невинного предложения с моей стороны. Мы пробовали отловить слуг в коридоре и спросить у них дорогу, но те, заразы легконогие, сматывались, едва нас увидев. Разочаровавшись, мы прекратили преследование строптивой добычи и устроили засаду в комнате.

Согласно всем правилам ловли блох. Сложная конструкция их шнурков от занавесок удерживала над дверью ведро со всеми книгами, которые нашлись в комнате. По плану земо, получив ударную дозу знаний, спотыкался о натянутую поперек косяка струну из скрученного куска, собственно, занавески, что обеспечивала прямое попадание жертвы на расстеленное на полу покрывало. Оно, по команде Профессора, должно было плотным саваном спеленать угодившего в ловушку оборотня.

Закончив с приготовлениями, мы прыгали на кровати, пока ее не сломали. Играли в ковбоев и индейцев, пока наши скакуны-стулья не пали смертью храбрых. Исследовали таинственную пещеру в поисках сокровищ — комнату над нами, куда пролезли через дыру в потолке. Запускали кораблики. Сперва в раковине, потом на полу в туалете, под конец на полу в комнате и чуть было не в коридоре, но вовремя о ловушке вспомнили. Пришлось локальным озером с подводными течениями обойтись. Брат обратный щит поставил и потоки воды закольцевал…

И все наши игры не вызывали в моей душе отторжения. Подумаешь, взрослый человек… Кто определяет границы возраста и рамки дозволенного в этом возрасте? Возможно, не братец у меня физический недомерок, а я моральный переросток? Возможно, быть вечным ребенком не так уж и плохо и даже… полезно, а? Хотя бы раз в неделю по строгому расписанию…

— Тихо! — Профессор насторожился.

Проводил глазами погибший в пучине карликовых волн кораблик. На цыпочках подкрался к двери и тут же отпрянул от нее в сторону, затаившись у стены. Я спрятаться не успевала, поэтому прикинулась дикорастущим деревом посреди комнаты.

Дверь отворилась. Ведро с книгами рухнуло на голову. Карсимус, получив светом познания по затылку, закатил глаза, запнулся о веревку и рухнул на покрывало. Щелчок пальцами успешно довершил начатое.

— Попался! — радостный Профессор прыгнул на куль.

Угу, а мне кажется, это мы сейчас на месте преступления попадемся… Появившийся на пороге верный Кзекаль стал олицетворением моей мысли. Я подскочила к гвардейцу, схватила его за руку и потащила к окну.

— Покушение! — крикнула я в ухо растерянному оборотню. Показала на окно и добавила: — Быстрее за ним, а то ведь уйдет, гад такой! — мягко подтолкнула мужчину в спину.

Он прыгнул. Не раздумывая. Вот что значит военная дрессировка: инстинкт самосохранения напрочь отшибается годами тренировок. Кару по праву может гордиться им. Звание героя присвоить или наградить. Учитывая этаж, с которого сиганул гвардеец, скорее всего посмертно.

— Итить-перематерить-костерить на чем свет стоит. Эльгу по ваши души-и-и-и-и! — донеслось с улицы.

— Заговорил! — умилилась я и принялась распутывать кешиара. Кто-то же должен спасти меня и брата от гнева гвардейца.

— Элоиза, — почти что пропел… Да-да, именно пропел Кару. Почему-то жутко довольный. — По-хорошему отшлепать тебя надо и в карцере запереть, но я не буду этого делать!

Земо сумел удивить меня. Подумав, а не повредился ли он головой случайно, я перестала разворачивать его и замерла в нерешительности. Руки тянулись запеленать его обратно. И для верности остатками занавески перевязать. Вдруг он буйный?

— Да не бойся! — с чувством произнес земо. — Ты спор мне помогла выиграть! Кзекаль же мне только что руку своей сестры проиграл! У нас же как: надо согласие старшего в семье получить, чтобы жениться, а он не соглашался. А сестра у него принципиальная: любишь — женись сказала. Мы и поспорили, что он и слова не успеет сказать, как благословит наш брак. С тех пор он и молчал, дубина упертая! Спасибо тебе, Элоиза. Я даже разгром комнаты тебе прощу…

— Неужели такая красивая? Лучше меня? — во мне заговорило извечное женское соперничество.

Кару скосил на меня глаза, вздохнул и осторожно ответил:

— Безопаснее…

Я оставила оборотня на попечение Профессора, который был не против поиграть в лекаря, а сама отправилась к окну проверить состояние летчика-испытателя. Я высунулась из окна, помахала рукой ему и еще двоим земо, помогавшим Кзекалю подняться. Поинтересовалась погодой, направлением ветра, здоровьем… Не болит ли чего, не стреляет ли где.

Меня за проявленную заботу поблагодарили и пообещали… зайти более подробно поговорить. О профилактике заболеваний. Рассказать о прелестях массажа челюстно-лицевых мышц кулаками. Проверке упругости ребер ногами… Хорошо, что гвардеец немедленно зайти не мог. Он в принципе пока ходить не мог. Это ж надо было так неудачно упасть, чтобы одну ногу сломать, а другую вывихнуть…

44
{"b":"221772","o":1}