ЛитМир - Электронная Библиотека

— Сколько? — промычала Дорджина. — Я вышла замуж за старика! Он же помрет через пятьдесят лет, а меня вдовой оставит…

— Это не главное, — я по-дружески стиснула ее в объятиях. — Никуда он от тебя не денется. Поверь мне, — я вернула ладонь на ее рот. Шум за дверью может привлечь их внимание и нас попрут с задворок вечеринки.

— А ты знаешь, откуда дети берутся? — продолжил кешиар.

— Конечно! Есть минимум четыре способа их сделать, — доверительно сообщил Профессор. Вы разве их не знаете?! — удивился он.

Роли поменялись. Нельзя было давать брату возможность перехватить инициативу. У него слишком много мусора в голове, и он обожает делиться им с любым, кто добровольно развешивает уши, особенно уши большие по объему. Лично мне ясно — объяснения Профессору не помогут, а когда слова не в силах изменить ситуацию, то остается только одно — действовать!

Я встряхнула Дорджину, помогла ей подняться и потащила в ее с братом комнату. Заперла ее там, велела никому не открывать. Спустилась вниз в общий зал, где кушают постояльцы, подошла к стойке и поманила к себе бармена. Румяный лысый толстячок, толкнул по стойке прозрачный напиток гостю, вытер руки фартуком и, перегнувшись через столешницу, поинтересовался:

— Чего леди угодно?

— Шлюху, пожалуйста. Ку-ку, — я пощелкала пальцами перед носом обомлевшего бармена. — Милейший, так могу я ее увидеть?

— А что вы собираетесь с ней делать, позвольте узнать? — спросил красный как рак бармен

— Использовать по прямому назначению, — я ухмыльнулась.

Мужчина смерил меня недоверчивым взглядом, пожал плечами, покачал головой, юркнул в неприметную дверцу у стойки и вернулся через несколько громов, ведя за руку яркую девушку в пышной юбке и корсете, открывающем не менее пышный бюст девушки. При виде меня она слегка удивилась, но ничего не сказала. Сразу видно профессионалка.

Я удовлетворенно кивнула, выложила на стол золотую монетку и повела девушку за собой.

Мы поднялись на третий этаж. Дорджина не сбежала. Она сидела на кровати и кусала губы. При виде шлюхи побледнела и уставилась на меня с немым вопросом в глазах. При виде второй особы женского пола незнакомка попятилась, но я успела захлопнуть дверь, задвинуть засов и загородить своим телом выход.

— Ты когда-нибудь перед клиентами танцевала? — тоном следователя прокуратуры осведомилась я. Девушка кивнула. — Отлично! У тебя есть час, чтобы научить ее, — я махнула рукой на магичку, — хотя бы азам. Приступайте!

Оставив девчонок, я вернулась к бармену, выпросила у него две швабры, велела отнести в комнату правителя еще три бутылки вина и графин с вишневым соком, но сок обязательно сильно разбавленный вином. Вернулась в комнату, вручила швабры, приняла благодарности и отправилась проведать парней.

У них в комнате шло бурное обсуждение преимуществ мягкого матраса перед жестким. Да, я много пропустила, пока с Дорджиной разбиралась. Они хоть самое главное Профессору объяснили или одна надежда на инстинкты и природу-матушку? Лишь бы она не подвела.

Отчаявшись вникнуть в ход обсуждения, я забрала стакан, сходила отнесла его бармену, попросила его собрать на поднос фрукты, воду и сладкую выпечку. Получив желаемое, поднялась к Дорджине, приняла экзамен, сочла его удовлетворительным, заставила девчонок поменяться одеждой и отпустила нашу помощницу. Оторвала верхнюю юбку на обновке магички, нижнюю в четырех местах распорола до середины бедра, срезала две верхние застежки на корсете, зажгла четыре свечки, поставила их в пожаробезопасных местах. Пожалуй, все!

Велев девушке спрятаться и начать выступление, едва Профессор войдет в комнату, пробежалась по коридору до комнаты парней, молясь, чтобы брат был в более менее адекватном состоянии, и потребовала выдать его мне. Земо со вздохом облегчения выпихнули его из комнаты. Аайю тоже распрощался с приятелями, помог мне довести брата до места и втолкнуть в комнату.

— Да поможет им Эльга, — я выдохнула и прижалась к боку блондина.

— В чем? — бросил на меня подозрительный взгляд земо.

— Во всем сразу, — перестраховалась я.

Сделал дело, гуляй смело! Оборотень подумал о том же самом и предложил залезть на крышу таверны — звездами полюбоваться. Я согласилась. Наградила мужчину легким поцелуем в щеку и взяла за руку. Мы чуть-чуть поблуждали по коридорам в поисках лестницы. В полной тишине, с дурацкими улыбками на лицах. Потолкались, стараясь друг другу отпихнуть к противоположной стене. Прятались в темных углах от постояльцев.

На лестницу на чердак мы наткнулись случайно. Аайю взобрался по ней, взломал люк и махнул мне, давая зеленый свет. Я подоткнула юбку и смело полезла вверх. Примерно на середине меня настиг сдвоенный крик:

— Да!

И сильнейший разряд ветвистой магической молнии, облизавшей коридор.

— Что это было? — выглянул из люка Аайю. Он подал мне руку и помог влезть на чердак.

— Догадайся с трех раз, — угрюмо ответила я, дергая головой и пытаясь пригладить стоящие дыбом волосы. — Думаю, Профессора и Дорджину можно поздравить! — блондин понимающе улыбнулся.

Мы задержались в деревне на два дня. Очень сложно вытащить из номера двух магов, которые недавно поженились и получили все необходимые для продолжения рода знания. Карсимус попытался, получил разряд молнией через замочную скважину и отстал, замолкнув на целый день, ибо язык он основательно откусил — более половины регенерировать пришлось. Периодически из комнаты высовывался Профессор и требовал еды и воды. К концу второго дня я серьезно обеспокоилась здоровьем Дорджины. Я все понимаю, но усердствовать с умом надо!

Мы устали от безделья. Половина взвода гвардейцев, которых кешиар тащил для обеспечения безопасности, целыми днями сочиняла балладу о великом переселении, создавая под окнами невыносимый шум для постояльцев и творческую обстановку для них самих. Остальные под строгим руководством Кзекаля тренировались, вплетая в мелодию временно реквизированных у крестьян музыкальных инструментов звон мечей и рычание. Первенец Дорджины и Профессора страдал вслух. Брошенное чудовище звало маму и даже иногда папу.

Мне стало жалко ребеночка. Я кормила его, вытирала слезы, сопли, водила в туалет и учила дитятко новым словам: кушать, пи-пи, гулять, летать. Надо сказать, тварюшка получилась ласковая, хоть и нежить. Урчала, если ему затылок почесать, улыбалась от щекотки и смешно щурила глаза после еды, похлопывая себя по сытому животу. Ел ребеночек много, но исключительно полезную для здоровья пищу. Да не живых оборотней глотал! На овощи и фрукты он плотно подсел. Особенно на яблоки. При виде краснобокого плода дитятко всю телегу слюной заливал. Кстати, пришлось дать ему имя. Нельзя же называть его "эй" и так далее. Пупсик неплохо звучит. Да и сути почти соответствует.

Ночью третьего дня ко мне в комнату аккуратно постучались. Аайю сонно зарычал, но упокоился после почесывания за ушком, свернулся калачиком на середине кровати и дальше засопел. Я открыла дверь и впустила в комнату завернутую в простыню магичку. Поминутно извиняясь, девушка попросила одолжить ей одежду, а то ее всю братишка изорвал в клочья. Я выдала ей комплект одежды, выставила за дверь и вернулась к кровати. Блин! И как мне спать ложиться? Вокруг кота что ли укладываться?! Но проблема решилась сама собой: едва я прилегла на краешек кровати, как блондин распрямился, подмял меня и со вздохом растянулся на мне. О, великолепно! Мечтала быть раздавленной оборотне. Точно его на диету посажу.

Утром мы поздравили довольного Профессора, собрались, погрузились на телеги и отправились в дорогу. По расчетам Кзекаля до конца путешествия осталось три дня. Вспомнив о состоянии замка, я попросилась прокатиться на лошади вместе с Айрисом. Шеф не отказал мне. С широченной, словно река Амазонка, улыбкой он посадил меня впереди себя и отъехал от пышущего гневом Аайю. Ну и что? Не собираюсь потакать капризам белобрысого. Эдак мне из дома в парандже и пристегнутой наручниками к его поясу выходить придется. Он должен научиться мне доверять.

84
{"b":"221772","o":1}