ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Влюбиться за 13 часов
Нить Ариадны
Рестарт: Как прожить много жизней
Дизайн привычных вещей
Патологоанатом. Истории из морга
Как узнать всё, что нужно, задавая правильные вопросы
Министерство наивысшего счастья
Таинственная история Билли Миллигана
Я слежу за тобой
Содержание  
A
A

Надо сказать, что Российское государство традиционно закрывает глаза как на проблемы благосостояния народа и на состояние его этнического самосознания. В связи с этим неизбежно появляются языческие группы, требующие радикальных действий. При этом они находят, что игнорирование проблем русского народа носит в государстве характер сознательной политики.

При этом на словах язычников готов поддержать каждый пятый россиянин, если ему спокойно разъяснить цели и смысл язычества. Потенциально язычники имеют серьезную социальную поддержку. Но на сегодня она остается только умозрительной. Языческое движение существует только на энтузиазме его участников. Это и объясняет — почему кажется, что язычников так мало.

Среди десяти тысяч русских язычников около пятьсот оказываются лидерами, и фактически претендуют на должности волхвов или жрецов. Обычно они сами объявляют себя таковыми. Из них несколько десятков написали литературные труды. При этом никто из них не был напечатан большим тиражом. Исключение составляет известный Бус Кресень, он же Александр Асов. Он известен как «переводчик» «Велесовой книги», которую якобы нашел Юрий Миролюбов в начале двадцатых годов. Общий тираж его изданий порядка 100000 экземпляров.

Миролюбов, (как и Рерих, Велимир Хлебников, и другие) относится к ушедшему поколению язычников. Он оказался предтечей всплеска нашего сегодняшнего интереса к язычеству, который начался с середины восьмидесятых годов прошлого века. Тогда, после 1984 года, случилось что-то мистическое. Начался какой-то «взрыв» в области сознательного возвращения к дохристианской вере. Этот взрыв был чисто эмоционального характера — возникла необъяснимая потребность у тех, кто занимался духовным поиском.

На десять лет раньше проявилась только неоязыческая концепция Емельянова. Суть ее в том, что тысячу лет назад князь Владимир принял христианство потому, что сам происходил от хазарских евреев. Стало быть, христианство есть «Троянский конь» иудаизма в русской духовности. И его, как враждебное явление, надо изжить, а сделать это должно язычеству. Значит, всякий истинно русский человек должен вернуться к языческой вере и бить ею церковь и весь мировой сионизм!

Эта концепция получила развитие в трудах Доброслава. Ее поддерживает в основном бритая молодежь в черных куртках, часто именующих себя не русским словом — скинхеды. Условно расположим таких экстремистов на правом фланге того, что у нас понимают под язычеством.

Существенной чертой правых является то, что язычество в основном нужно им как инструмент для разрушения. Самые циничные из правых и хотят видеть язычество только как дубину, и не более того! Наиболее наглядно это просматривается в книге В. Истархова «Удар русских богов», имеющий второй по величине тираж, после книг Буса Кресеня.

Если мы обратимся к этнографии, то быстро убедимся, что традиционное русское язычество не имеет в себе никаких репрессивных идей, и не имеет пирамидальной конструкции для использования его властью. А правые тяготеют именно к власти на клановой основе. Поэтому они делают попытки подменить в язычестве многобожие однобожием. Фактически эта идея содержится в книге И. Синявина «Стезя правды», где утверждается идея Русского Бога, впитавшего в себя все самое конструктивное из Ветхого завета. Правые язычники в основном понимают, что Русский Бог — это Род. В детальные рассуждения, подобно Синявину, они не входят.

Доброслав так же не признает множества Богов, почитая одного только Ярилу — Солнце, и сохраняя языческие начала в почитании наполненной духами Природы. К правым относится панславянское объединение Союз Славянских Общин. В девяностых годах, ССО объявил Доброслава волхвом, в знак высокого уважения к его деятельности. Однако сам Доброслав не признал деятельности ССО именно за то, что в ССО имеет место многобожие, и на их капищах стоят идолы. Вероятно, Доброслав счел, что это несовместимо с правой идеей пирамидальности языческой власти, культивирующейся в ССО Вадимом Казаковым. Иначе говоря, ССО оказалось для Доброслава недостаточно правым. Казаков написал и неоднократно переиздавал свою книгу по славянскому язычеству, составленную из описательного и фактического материала. Эта книга не содержит как таковой религиозной идеи. И никаких сознательных религиозных исканий в ССО вообще не обнаруживается. На этом фоне, другой лидер ССО Славер формализует языческие идеи с учетом идей близких к Корану. В подходе Славера один шаг до заявления: «Нет бога, кроме Сварога, и Даждьбо пророк его».

Создается впечатление, что правое язычество не ставит задачи духовного развития. Правые не склонны к религиозному поиску и не имеют обыкновение создавать наработки в области язычества, а являются лишь его эксплуататорами. Они регламентируют себя борцами за чистоту расы или за чистоту славянства, пренебрегая при этом культурными и духовными проблемами своего народа. Правые не приемлют языческий экстаз и культовое безумие, полагая их не свойственным славянам проявлениями «переднеазиатской религиозности». Исключением, пожалуй, является мистическая деятельность известных язычников: Сергея Шошникова и Дмитрия Баранова.

Правые поклоняются Яриле, Перуну, и редко Святовиту, пачкают свастиками древние священные камни, носят полувоенную форму[4]. Среди них развиваются военные культы, в которых существенное место занимают силовые состязания. Среди них появлялись и появляются организации вроде «Церковь Нави», где уделялось очень много внимания расовым вопросам. Так же среди правых известен не записанный в книгах разрушительный культ Чернобога как божества мести предателям русского народа. Однако крайние справа смыкаются с сатанистами, которые живут только себялюбием и отрицанием христианства.

По нашему мнению, правое язычество имеет дефицит нравственности. Этот дефицит просматривается в принимаемым большинством правых положении, что на уровне верховного Бога Рода нет различия между добром и злом, что это различие если и существует реально, то возникает только на уровне человеческих, а не божественных отношений. И это означает, что высшая правда и высшая справедливость могут не считаться с нормами человеческого бытия. Такая позиция, указывает, что в правом язычестве в основном собраны субпассионарии. Они готовы заявлять о своей радикальности, но они же часто начинают взаимные перепалки, не занимая принципиальной нравственной позиции, и не имея при этом желания приложить свои силы к реальной политической борьбе, которая, регламентируется правым язычеством.[5].

5. Истинные пассионарии язычества собраны в «центре» движения. Они осознают и формулируют языческие истины, а не только эксплуатируют их. Идеология центра оказывается примерно такая: язычество есть национальная русская вера и ее задача поддерживать правильную жизнь русского человека на своей земле и противостоять инородным культурным и религиозным влияниям. При этом главное — это жить самому по традиции и объяснять ее другим. В обществе, живущем в согласии с богами, Мировое Зло, с которым готовятся бороться правые, просто не сможет удержаться. Русская вера должна жить многообразной и полноценной жизнью. Она не может быть сужена, например, до инструмента насилия.

Языческая вера созидательна. Она создает и жизнь народа и саму себя. Люди центрального направления поклоняемся как светлым, так и темным богам: Даждьбогу, Велесу, Перуну, Мокоши, Ладе. А так же местным богам и духам. В основе мифологии лежит представление о старейшем боге Роде, который сотворил мир и породил младших богов, которые управляют миром по своей воле, исполняя лишь нравственный закон Рода. Нравственные представления восходят в высшему Богу — Роду, и имеют не только значение на уровне людей, но являются высшей ценностью, произведенной богами.

Языческий центризм не призывает к захвату власти, обязательной экспансии или развертыванию вооруженной борьбы с кем-то. Центр предлагает жить по обычаем и вере предков, и пропагандировать их. В мирное время этого достаточно, чтобы все само в жизни наладилось, а враги — отступили. Данная книга: «Волхвы против глобализма» строится исходя именно из этой идеи. Поэтому является выражением идеологии центра.

вернуться

4

Необходимо отметить, что свастика — это древнеславянский символ, органически принадлежавший традиционной русской культуре еще в первой половине двадцатого века. Экспедиция «Коляды Вятичей» выяснила, что домотканой одежде он воспроизводится и в настоящее врем в верховьях р. Мезень. А вот для германцев — это лишь эзотерический символ, введенный оккультистами в германскую культуру в начале двадцатого века. Именно в силу этого различия, для русских, свастика не является символом фашизма как для немцев. И все законодательные запрещения свастики российскими властями — являются невежеством и агрессией против языческих начал культуры нашего народа. Здесь требуется большая разъяснительная работа, а не запрещения. Именно через запреты вечных знаков, вокруг них и создается вечная нездоровая атмосфера, на чем спекулируют как демократы, так и правые язычники. При всем этом, когда в Коломенском, в Голосовом овраге, на Девьем камне, связанным с традицией матриархата, вдруг, в 1998 году, появилась большая свастика — это выглядело совершенно не к месту. Автор.

вернуться

5

Точно такой же контингент «патриотов» есть и в христианстве. Именно такого рода христиане — «борцы» гадят на наших капищах, пишут мерзости про язычников в интернете, и в целом являются образом разнузданной наглости.

43
{"b":"221800","o":1}