ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Однако широкого распространения пластинки «миродиск» не получили и вскоре исчезли совсем. Причина — нарушение принципа универсальности. Ведь для их прослушивания требовался специальный проигрыватель (и еще один — для обычных пластинок). Это отпугивало широкого покупателя.

В поисках способа дальнейшего увеличения длительности звучания граммофонной пластинки экспериментаторы не оставили без внимания и хорошо известную «глубинную» запись. В самом деле, если извилины звуковой канавки на поверхности грампластинки ставят предел их сближению, то нельзя ли вообще отказаться от поперечной записи? Пусть края канавки будут ровными, «параллельными» друг другу, а звук может быть закодирован переменой глубины самой канавки, как это было принято на пластинках «Пате». Следует сказать, что специалисты фирмы «Пате» не заметили такого важного преимущества глубинной записи и не воспользовались тем, что звуковые канавки в этом случае можно располагать сколь угодно близко и они не будут мешать друг другу[6]. Однако диск с глубинной записью был более чувствителен к механическим повреждениям.

Сейчас мало кому известно, что долгоиграющая пластинка уже применялась в 30-х годах. Здесь имеются в виду 40-сантиметровые диски, на которых записывалось звуковое сопровождение кинофильмов. При стандартной скорости вращения такой пластинки, равной 331/3 оборотов минуту, для нормального полнометражного фильма требовалось всего несколько дисков. Наиболее известной и надежной системой звукового сопровождения кино с помощью граммофонных пластинок была система «Витафон».

Следует заметить, что долгоиграющие диски звукового киносопровождения не отличались высоким качеством звучания. Более того, они значительно уступали массовым, обычным пластинкам и использовались только в специальных целях.

Первые действительно долгоиграющие пластинки (в современном понимании) появились лишь в конце 40-х годов в США благодаря работам инженера-акустика доктора П. Гольдмарка. Собственно говоря, его идеи не были оригинальными: все то же снижение скорости вращения диска с обычных 78 до 331/3 оборотов в минуту и максимальное сближение звуковых канавок фонограммы. Но, в отличие от своих предшественников, он окончательно решил все проблемы долгоиграющей пластинки, включая подбор материала, создание специального проигрывателя и облегченного звукоснимателя. По работам Гольдмарка фирма «Колумбия Рекорде» изготовила оборудование для записи и массового производства долгоиграющих пластинок, а также проигрыватель нового типа с соответствующим числом оборотов и легким звукоснимателем. При этом для усиления звука использовался любой серийный радиоприемник. Не был забыт и принцип универсальности: на таком проигрывателе можно было слушать и обычные пластинки на 78 оборотов в минуту.

Время звучания одной долгоиграющей пластинки достигает 50 минут, а диапазон воспроизводимых звуковых частот — 20 тысяч герц. При этом раздражающее шипение почти полностью исчезло. Фирмы по производству грампластинок во всем мире срочно начали модернизацию своих предприятий, а выпуск дисков на 78 оборотов в минуту стал сокращаться и со временем прекратился совсем.

Не успела долгоиграющая пластинка вытеснить свою устаревшую предшественницу, как на повестке дня уже стоял вопрос стереофонического воспроизведения звука.

Первая демонстрация всех преимуществ стереофонического звучания была успешно осуществлена в США еще в 1933 году доктором Г. Флетчером[7], организовавшем специальную радиопередачу из зала Филадельфийской музыкальной академии, где в это время давалось представление с участием местного симфонического оркестра под управлением Леопольда Стоковского. На сцене были установлены три микрофона. Звук, улавливаемый каждым из них, передавался по независимым линиям в Вашингтон, где в Конституционном зале стояли три мощных динамика (в том же порядке, что и микрофоны в Филадельфии). Когда из динамиков полились звуки, слушатели были буквально потрясены полной иллюзией присутствия на реальном концерте. Казалось, что на сцене выступают живые, но невидимые артисты в сопровождении присутствующих здесь же музыкантов. Более того, слушатели в Вашингтоне отчетливо улавливали даже малейшие перемещения солистов на сцене в Филадельфии. Звук лился в зал, казалось, не из динамиков, а из разных точек пространства, в зависимости от расположения музыкантов на сцене Филадельфийской музыкальной академии.

Аналогичные опыты с передачей стереофонического звучания проводились в СССР профессором И. Гороном в Октябрьском зале Дома Советов в Москве. На сцене были размещены динамики и, несмотря на отсутствие музыкантов, игравших в соседнем зале, создавалась полная иллюзия реально присутствовавшего оркестра. Неплохих результатов достигли также Б. Коноплев и М. Высоцкий, которые в 1936–1937 гг. на киностудии «Союздетфильм» проводили успешные опыты со стереофоническим озвучиванием кинофильмов. Благодаря тому, что звук был записан на двух различных лентах от двух самостоятельных микрофонов, в зрительном зале создавался отчетливый стереоэффект.

Но как осуществить стереозапись на граммофонной пластинке? Вначале, не мудрствуя лукаво, записали звук на двух отдельных, рядом расположенных канавках. Естественно, что для записи такой пластинки потребовалось использовать два рекордера (на каждый из которых подавался звук от отдельного микрофона), а для воспроизведения — два звукоснимателя (адаптера), два усилителя и два динамика. С помощью такой необычной аппаратуры впервые был получен полноценный стереоэффект, воспроизведенный с грампластинки. Однако для массового производства такие диски не годились. Во-первых, использование двух параллельных звуковых канавок вдвое снижало продолжительность звучания, а во-вторых, требовалась слишком сложная аппаратура воспроизведения, которая не годилась для проигрывания обычных пластинок.

Тогда и вспомнили идею, высказанную еще в 30-х годах английским физиком А. Бламлейном, который предлагал для достижения стереоэффекта выполнять запись звука одновременно двумя способами: от одного канала поперечной записью, от другого — глубинной, и все это поместить в одной и той же звуковой канавке. В то время никто не взялся за техническое воплощение такой оригинальной идеи, да в этом и не было необходимости. Пришедшие не так давно на смену прежним акустическим дискам новые пластинки с электромеханической записью звука вполне удовлетворяли покупателя и казались верхом технического совершенства. Потребовалось более 20 лет для того, чтобы эта сложнейшая техническая задача была решена. Первые стереофонические пластинки появились в продаже в 1958 году. Внешне они ничем не отличались от простых долгоиграющих пластинок, но благодаря стереоэффекту запись звучала совершенно по-иному. Эффект достигался синхронной записью звука от двух каналов в одной и той же звуковой канавке.

Одно время казалось, что следующим этапом развития граммофонной пластинки будет так называемое «квадрофоническое звучание», усовершенствованная стереофония. Поговаривали даже, что произойдет революция в звукозаписи. Между тем квадрофония ничего не добавляет к уже хорошо известному стереоэффекту, лишь, может быть, несколько усиливает «эффект присутствия». Известный звукорежиссер фирмы ЭМИ Бишоп очень метко заметил, что «если бы природа хотела, чтобы мы слышали квадрофонически, она снабдила бы нас двумя парами ушей». Таким образом, квадрофоническое звучание не только не является революционным переворотом в звукозаписи, но и представляет собою весьма спорное новшество. Кстати, такие пластинки, выпущенные некоторыми западными фирмами, не встретили заметного энтузиазма у потребителей.

Но если уж речь зашла о технических революциях в грамзаписи, то их пока было три. Первая — это переход от вертикальной системы записи звука на поперечную, то есть от фонографического валика к граммофонной пластинке. В отличие от валика, пластинку можно было тиражировать в сотнях тысяч экземпляров. Вторая революция — изобретение электромеханической системы записи звука, что позволило резко улучшить качество фонограммы. И, наконец, третья — изобретение долгоиграющей пластинки. Теперь уже мы получили возможность услышать крупные музыкальные произведения целиком, без раздражающей необходимости все время переворачивать пластинку и менять иголку.

вернуться

6

В качестве примера успешного использования всех преимуществ глубинной записи могут служить пластинки "Музограм" и "Марафон", выпускавшиеся в США.

вернуться

7

Г. Флетчер — директор акустического отдела компании "Belle Telephone".

10
{"b":"221802","o":1}