ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Припев:

Стелла, слышишь польское танго звучит.
Стелла, это польского танго мотив…

(Из письма А. П. Гессен. Ленинград. 03.02. 1980 г.)

Это чрезвычайно важное свидетельство! Из письма А. П. Гессен мы впервые узнаем, что танго, известное у нас до войны как "Стелла", сами поляки называли "Польское танго". Вот почему поиски нот или пластинки с мелодией "Стеллы" были безуспешными: мы не знали правильного названия произведения. Этот простой вывод находит свое подтверждение еще в одном письме:

"Точно не помню, когда я услышал эту песню ("Огонек". — А. Ж.). Тогда же я установил, что поется она на мотив песни "Польское танго". Слова: "Голубыми туманами наша юность прошла…". Впервые я услышал "Польское танго", в Ростове-на-Дону в 1935 году. Песня называлась именно "Польское танго", а не "Стелла". "Стелла", очевидно, потому, что припев начинается "Стелла, слышишь моря далекий прибой…"" (Из письма Т. Г. Грицаенко. Станица Троицкая Краснодарского края. 04.10.1980 г.).

Итак, выяснилось, что "Стелла" и "Польское танго" имеют одну и ту же мелодию. Это коренным образом облегчает задачу поиска мелодического прообраза песни "Огонек". Если ни нот, ни пластинок с записью "Стеллы" не нашлось, то пластинка с записью "Польского танго" в исполнении оркестра Якова Скоморовского в моей коллекции имелась.

Прежде всего о самой пластинке. Пробный диск-гигант, записанный и изготовленный еще в 1932 году Культпромобъединением, я приобрел очень давно и, признаться, не обратил на него должного внимания. На одной стороне диска под номером 02281 было записано "Польское танго", на другой — 02282 — фокстрот "Майтана" (впоследствии эта вещь называлась "Блюз", музыка Я. Скоморовского).

Теперь о главном, о мелодии. Когда я узнал, что наша довоенная "Стелла" на самом деле называлась "Польское танго", я сразу же извлек свою пластинку и с волнением поставил ее на диск проигрывателя. Из динамика полилась хорошо мне известная мелодия знаменитого танго из репертуара польской певицы Славы Пшебыльской "Юж нигды" ("Уж никогда"). Автор этой мелодии в нашей стране тоже был очень хорошо известен. Это композитор Ежи Петерсбурский ("Синий платочек", "О, Донна Клара", "Утомленное солнце" и др.). Значит, прообразом мелодии нашей песни "Огонек" явилась его мелодия. Немедленно пробую петь слова "Огонька" на мотив "Польского танго". Получается! Правда, есть явные отличия, но не очень существенные. Первые фразы польского текста звучат так:

Patrzg na twoja fotografig,
Ktora dzis zwrociies mi.
I wypowiedziec nie potrafig
Mgki tych ostatnich dni…

Слова стихотворения M. Исаковского почти точно ложатся на этот польский текст:

На позиции девушка
Провожала бойца.
Темной ночью простилася
На ступеньках крыльца…

А вот дальше, чтобы спеть следующий куплет "Огонька" на мотив польского танго, пришлось поступить именно так, как писал в своем письме т. Руденко из Кривого Рога: где-то немного тянуть, где-то недотягивать, изменить темп. Удивительно точное свидетельство фронтовика!

Доказательство того, что мелодию "Польского танго" Ежи Петерсбурского ("Стелла") пришлось подгонять под текст стихотворения М. Исаковского, можно найти также и в воспоминаниях участника Великой Отечественной войны Кирилла Максимовича Макарова, который до войны работал в Икорецком доме отдыха и часто исполнял на баяне для отдыхающих очень популярное в то время танго "Стелла":

"В районе Крюково мы строили мост через реку Днепр к Кременчугу. Ко мне подошел начпрод, лейтенант интендантской службы: "Товарищ Макаров, я знаю, вы играете на баяне. Не могли бы вы подобрать музыку к очень хорошим словам стихотворения "Огонек"? Это стихотворение было напечатано в газете 2-го Украинского фронта. Я прочел его и понял, что по размеру и ритмике оно подходит к танго "Стелла". Мне пришлось только видоизменить два такта во второй части танго и отбросить припев. Таким образом, появилась на свет всеми любимая песня "Огонек"[26].

Тот, кто хорошо знает мелодию Ежи Петерсбурского, сразу поймет, что имел в виду Кирилл Максимович, когда писал, что ему пришлось видоизменить два такта во второй части танго. Как мы уже убедились, слова "На позиции девушка провожала бойца…" без осложнений укладываются на мелодию "Польского танго", но следующие строки — "И пока за туманами видеть мог паренек, на окошке на девичьем все горел огонек…" требуют изменения польской мелодии. А припев и вовсе не нужен для "Огонька".

Свидетельство К. М. Макарова тем более ценно, что он музыкант. Между прочим, легко предположить, почему для стихотворения "Огонек" была взята именно "Стелла". Слова "Огонька" — "И пока за туманами видеть мог паренек" — невольно могут вызвать в памяти слова "Стеллы" — "Голубыми туманами наша юность прошла". Но это так, к слову. Главное же заключается в том, что первоначально стихотворение "Огонек" распевалось на подогнанный мотив "Польского танго" (оно же "Стелла" и "Юж нигды"). Эта мелодия, получившая широчайшее распространение и на фронтах и в тылу, начала свою самостоятельную жизнь, постоянно шлифуясь и совершенствуясь усилиями бесчисленных исполнителей вплоть до ее полного и органичного слияния с текстом популярного стихотворения. И если первоначально, быть может, и существовали какие-то местные разновидности этой преображенной мелодии, то с выходом в 1947 году пластинки с записью "Огонька" в исполнении Владимира Нечаева все они быстро и навсегда были вытеснены именно этим вариантом, который, благодаря многотысячным тиражам грампластинок и радиотрансляциям, стал тем единственным и неповторимым, который сейчас знают и любят все.

"Подмосковные вечера"

Весь мир знает лучшие советские патриотические и лирические песни, такие как "По долинам и по взгорьям", "Катюша", "Гимн демократической молодежи", "Если бы парни всей земли" и многие, многие другие. В число самых известных и наиболее популярных из них вот уже тридцать лет входит лирическая песня В. П. Соловьева-Седого на слова М. Л. Матусовского "Подмосковные вечера".

Летом 1955 года в Москве проходила очередная летняя Спартакиада народов СССР. Яркое спортивное зрелище снималось на кинопленку многочисленными кинооператорами. После завершения праздника отснятый материал решили объединить в фильме "В дни Спартакиады".

Так как согласно сценарию в фильме должна была прозвучать песня, то для ее создания пригласили В. П. Соловьева-Седого и М. Л. Матусовского. Многолетнее сотрудничество этих талантливых советских песенников — композитора и поэта — было плодотворным и дало нам около сорока замечательных песен. Поэтому, встретившись одним дождливым вечером в Комарове под Ленинградом, они сразу же приступили к работе, как делали это уже не раз.

В фильме были кадры, запечатлевшие спортсменов в Подмосковье во время отдыха перед предстоящими соревнованиями. Именно для этого эпизода и решено было написать песню лирического характера, воспевающую красоты Подмосковья.

вернуться

26

Бирюков Ю. Все горел "Огонек". — Сов. Россия. 1983. 29 июля.

59
{"b":"221802","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Время – убийца
Предложение, от которого не отказываются…
Попаданка пятого уровня, или Моя Волшебная Академия
Клинки императора
Поцелуй тьмы
Я – Спартак! Возмездие неизбежно
Хороший плохой босс. Наиболее распространенные ошибки и заблуждения топ-менеджеров
Последний вздох памяти
Севастопольский вальс