ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Роковой сон Спящей красавицы
Трансформатор. Как создать свой бизнес и начать зарабатывать
Вся правда о гормонах и не только
Тихая сельская жизнь
Час трутня
Urban Jungle. Как создать уютный интерьер с помощью растений
Любовь. Секреты разморозки
Моя девушка уехала в Барселону, и все, что от нее осталось, – этот дурацкий рассказ (сборник)
Мертвый ноль
A
A

— Ни за что, чувак! — закричал Ноа, но как будто он не это имел в виду. Его слова большей частью были смехом. — Ни за что…

Гэнси пнул рулон с изображением достаточно сильно, чтобы тот криво покачнулся у края и сдвинулся за круг света. Встав, парень прошел к окнам на восточной стене фабрики. Облокотившись локтем на раму, он прижался лбом к стеклу, глядя на раскинувшуюся большую и черную Генриетту внизу.

Однажды ему снилось, что он нашел Глендовера. Это был не сам момент обнаружения, а день после. Он не забыл ощущение мечты. Это была не радость, а, вместо нее, отсутствие боли. Он не мог забыть эту легкость. Свободу.

— Я не хочу сделать все скверным, — наконец, сказал Адам.

— А все скверно?

— Нет. Наверное, нет. Но каким-то образом всегда становится так.

Гэнси наблюдал тонкий свет фар автомобилей, когда они покидали Генриетту, напоминая ему о его миниатюрной версии города. Ранний, незаконный фейерверк запускали на видном месте.

— Ну, она на самом деле не похожа на девчонок. То есть, конечно, она девушка. Но не такая, с которыми я встречался. Это Блу. Ты можешь просто ее спросить. Мы видим ее каждый день. Хочешь, я поговорю с ней?

Это было то, что он, безусловно, чувствуя сто процентную уверенность в желудке, был не заинтересован выполнять.

— Я реально плох в разговорах, Гэнси, — убедительно сказал Адам. — А ты действительно в этом хорош. Может… может быть, если бы это просто произошло естественно?

Плечи Гэнси опустились, его дыхание затуманило стекло и исчезло.

— Конечно.

— Спасибо. — Адам замолчал. — Я просто хочу, чтобы хоть что-то было просто.

«Как и я, Адам, как и я».

Дверь в спальню Ронана распахнулась. Повиснув на дверной раме Ронан высунулся, чтобы посмотреть за Гэнси. Когда он так делал, то был похож одновременно на опасного Ронана, которым он являлся, и на веселого Ронана, которым он был, когда его впервые встретил Гэнси.

— Ноа здесь?

— Подожди, — сказал Гэнси Адаму. А затем Ронану: — Почему бы он здесь был?

— Нет причин. Просто нет причин. — Ронан со стуком захлопнул дверь.

Гэнси обратился к Адаму:

— Извини. У тебя все еще есть костюм для вечеринки?

Ответ Адама потонул в звуке открывающейся двери второго этажа. В ней появился Ноа. Уязвленным тоном он сказал:

— Он выбросил меня в окно!

Голос Ронана пропел из-за закрытой двери:

— Ты уже мертв!

— Что там происходит? — поинтересовался Адам.

Гэнси смотрел на Ноа. Тот не выглядел потрепанным.

— Понятия не имею. Ты должен приехать.

— Не сегодня, — ответил Адам.

«Я теряю его, — подумал Гэнси. — Я теряю его в Энергетическом пузыре». Он считал, что, оставаясь дальше от леса, он удерживал старого Адама — откладывал последствия того, что случилось ночью, когда все пошло неправильно. Но, может быть, это просто не имеет значения. Энергетический пузырь забрал бы его в любом случае.

Гэнси произнес:

— Ну, просто убедись, что у тебя есть красный галстук.

Глава 11

В эту ночь Ронану снились деревья. Это был массивный старый лес, дубы и белые клены, пробивающиеся через холодную горную почву. Листья неслись по ветру. Ронан чувствовал размер горы под ногами. Ее возраст. Далеко внизу билось сердце, обернутое всем миром, оно билось медленнее, сильнее и более непоколебимо, чем собственное сердце Ронана.

Он бывал здесь раньше, множество раз. Он вырос с этим повторяющимся лесным сном. Корни леса переплелись с его венами.

Воздух двигался вокруг него в лесу, и он слышал свое имя.

«Ронан Линч Ронан Линч Ронан Линч»

Здесь не было никого, кроме Ронана, деревьев и вещей, о которых грезили деревья.

Он танцевал на лезвии ножа между бодрствованием и сном. Когда он грезил так, как сейчас, он был королем. Мир был его, чтобы согнуться. Его, чтобы гореть.

«Ронан Личн, Грейворен, tu es Грейворен».

Голос лился отовсюду и неоткуда. От слова «Грейворен» его кожу покалывало.

— Девочка? — произнес он.

И там была она, осторожно выглядывала из-за дерева. Когда Ронан впервые грезил о ней, у нее были длинные медовые волосы, но спустя несколько лет они изменились до короткой эльфоподобной стрижки, в основном спрятанной под белой шапочкой. Он взрослел, она — нет. По каким-то причинам она напоминала Ронану старую черно-белую фотографию рабочих в Нью-Йорк Сити. У нее был такой же несчастный и обреченный вид. Ее присутствие делало для него легче процесс извлечения предметов из сна.

Он потянулся рукой к ней, но она вышла немедленно. Она в страхе оглядывалась вокруг. Ронан не мог ее обвинить. В его голове были ужасные вещи.

— Давай.

Он еще не знал, что хотел взять из этого сна, но знал, что был настолько живой тут, что это будет легко. Но Девочка-Сиротка осталась вне досягаемости, его пальцы вцепились в кору.

— Ronan, manus vestras! — сказала она. «Ронан, твои руки!»

Его кожа дрожала и покрывалась мурашками, и он понял, что мурашки были от ос, тех самых, которые много лет назад убили Гэнси. На этот раз их было не много, всего несколько сотен. Иногда ему снились машины, полные ос, дома, кишащие ими, миры, заполненные осами. Иногда эти осы во сне убивали и Ронана тоже.

Но не сегодня. Не тогда, когда он был самой ядовитой штукой посреди этих деревьев. Не тогда, когда его сон являлся глиной в его руках.

Он думал: «Это не осы».

И они осами не были. Когда он поднял руки, его пальцы были покрыты божьими коровками, такими же яркими, как капли крови. Они кружили в воздухе с резким летним ароматом. Каждое крылышко было гудящим голосом, говорящим на простом языке.

Трусливая Девочка-Сиротка показалась только после того, как они улетели. Она и Ронан двигались из одной части леса в другую. Она напевала припев популярной песни снова и снова, а деревья над головой бормотали:

— Ронан Линч, loquere pro nobis.

«Говори за нас».

Внезапно он уткнулся в полосатую скалу, столь же высокую, как и он. Колючий кустарник и ягоды росли у ее основания. Это было знакомо, будто скала была слишком твердой, чтобы быть сном, и Ронан почувствовал пульсацию неуверенности. Были ли он сейчас во сне или в воспоминании? Такое реально происходило?

— Ты спишь, — напомнила ему девочка по-английски. Он уцепился за ее слова, снова король. Встав лицом к лицу со скалой, он знал, что должен сделать, что уже делал. Он знал, что будет больно.

Девочка отвернулась, когда Ронан схватил колючий кустарник и ягоды. Каждый шип кустарника кололся, как жало осы, угрожая разбудить его. Он рвал куст, пока его пальцы не стали темными от сока и крови, темными, как чернила на его спине. Он медленно прочел слова на скале:

«Arbores loqui latine». Деревья говорят на латыни.

— Ты делал это раньше, — сказала девочка.

Время было кругом, колеей, поношенной лентой, с которой Ронан не уставал играть.

Голоса ему шептали:

— Gratias tibi ago. — «Спасибо».

Девочка добавила:

— Не забудь про очки!

Ронан проследил за ее взглядом. Между цветами, поломанными лозами и опавшими листьями блестел белый предмет. Когда он его очистил, на него смотрели солнечные очки Кавински. Он пробежался большим пальцем по гладкой поверхности пластика, затуманив тонированные линзы дыханием. Он проделывал это, пока не смог почувствовать даже выгравированный круг на тонком шурупе ушной душки. От сна к воспоминаниям и к реальности.

Он поднял глаза на девочку. Та выглядела напуганной. Она всегда в эти дни выглядела напуганной. Мир — пугающее место.

Она сказала:

— Забери меня с собой.

Он проснулся.

Этой ночь Серому Человеку снилось, что его закололи.

Сначала он чувствовал каждую отдельную рану. Особенно ту первую. Он был неполоман и целен, а затем эта целостность была украдена тем вором, ножом. Так что проникновение было худшим. На полдюйма выше его левой ключицы, его придавило к земле и наполовину лишило дыхания.

16
{"b":"221814","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Мой учитель Лис
Не дареный подарок. Кася
Дневник жены юмориста
Сказки для сильной женщины
Аромат невинности. Дыхание жизни
Дневник слабака. Предпраздничная лихорадка
Белый квадрат (сборник)
Праздник нечаянной любви