ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Серый Человек присел на колени и приставил дуло пистолета Деклану к животу, который тяжело поднимался и опускался при дыхании. Продвинув оружие до правой почки парня, он заговорил:

— Если я выстрелю сюда, у тебя останется двадцать минут до смерти, и ты умрешь независимо от того, что сделают врачи. Где Грейворен?

Деклан ничего не сказал. Серый Человек дал ему некоторое время подумать над ответом. Из-за ранения головы мысли двигались медленнее.

Когда Деклан так и остался молчаливым, мужчина опустил пистолет к бедру парня. Он нажал посильнее так, что парень застонал.

— Если сюда, ты умрешь через пять минут. Конечно, мне не обязательно для этого стрелять. Укол твоим зонтом сюда сделал бы то же самое. Ты умрешь через пять минут, а захочешь смерти через три.

Деклан закрыл глаза. Или скорее один из них. Левый глаз уже заплыл и по большей части был закрыт.

— Я не знаю, — наконец, произнес он. Его голос звучал оцепенело. — Я не знаю, что это такое.

— Ложь для ваших политиков, — сказал Серый Человек без ярости. Он просто хотел, чтобы Деклан знал, что ему известно о его жизни, его подготовке. Чтобы тот знал, какую работу он проделал. — Я знаю, где прямо сейчас твои братья. Знаю, где живет твоя мать. Знаю имя твоей подружки. Ясно?

— Я не знаю, где он, — мешкал Деклан. — Правда. Я не знаю, где он. Я только знаю его.

— В этом и есть план. — Серый Человек встал. — Ты разыщешь эту штуку для меня и, когда разыщешь, отдашь мне. И потом я уйду.

— Как я найду тебя, чтобы отдать его?

— Кажется, ты не понял. Я — твоя тень. Я — слюна, которую ты глотаешь. Я — кашель, душащий тебя ночами.

Деклан спросил:

— Ты убил моего отца?

— Найл Линч. — Серый Человек попробовал слова на вкус. По его мнению, Найл Линч был довольно паршивым отцом: дал себя убить, а затем позволил своим сыновьям жить в месте, где они удерживали свои двери безопасности открытыми. Он чувствовал, что мир полон плохих отцов. — Он тоже задавал мне этот вопрос.

Деклан Линч делал рваные выдохи: сначала половину и потом еще половину. Теперь Серый Человек заметил его страх.

— Ладно, — сказал Деклан. — Я найду его. Потом ты оставишь нас в покое. Все вы.

Серый Человек положил пистолет в ящик и закрыл его. Сверил свои часы. У него оставалось двадцать минут, чтобы взять напрокат автомобиль. Он мог бы пересесть на автомобиль среднего размера. Он ненавидел компактные машины так же, как и общественный транспорт.

— Да.

— Ладно, — повторил Деклан.

Серый Человек вышел из комнаты, частично закрыв за собой дверь. Совсем не близко к правильному; он снес одну из дверных петель, когда входил. Он был уверен, что кое-где был фонд, который покрыл бы убытки.

Он остановился, глядя в щель.

Сегодня предстояло еще многое изучить у Деклана Линча.

Несколько минут ничего не происходило. Деклан лежал, скрючившись в крови. Затем пальцами правой руки он стал рыскать по полу в поисках упавшего телефона. Но все же он не набрал сразу 9-1-1. С мучительной медлительностью (плечо наверняка было вывихнуто) он нажимал другие кнопки. И тут же зазвонил телефон на соседней кровати. Серый Человек уже знал, что эта кровать принадлежала самому младшему брату Деклана, Мэттью. На рингтоне стояла песня «Iglu & Hartly», которая Серому Человеку была известна, но он не мог с ней смириться. Серый Человек уже знал, где был Мэттью Линч: плавал на лодке по реке с какими-то местными парнями. Как и его старший брат, он никогда не ограничивался одиночеством.

Телефон младшего брата Деклана звонил дольше, чем нужно было, сам он закрыл глаза. Наконец, он нажал «отбой» и набрал другой номер. И это все еще был не 9-1-1. Кто бы это ни был, он не отвечал. И кто бы это ни был, он заставил и без того искаженное лицо Деклана стать еще более напряженным. Серый Человек слышал слабый звук гудков, а затем короткий сигнал голосовой почты, который он не смог уловить.

Деклан Линч закрыл глаза и выдохнул:

— Ронан, где тебя черти носят?

Глава 3

— Проблема в обнаружении, — сказал Гэнси в телефон, громко, чтобы перекричать двигатель. — Если Глендовера можно было бы действительно обнаружить, шагая вдоль энергетической линии, то не вижу причин, почему его не нашли за прошедшие несколько сотен лет?

Они возвращались в Генриетту на Свинье, Камаро Гэнси неистового красно-оранжевого цвета. Гэнси был за рулем, потому что, когда дело касалось Камаро, Гэнси всегда был за рулем. И разговор был о Глендовера, потому что, когда ты был с Гэнси, разговор почти всегда был о Глендовере.

На заднем сидении Адам запрокинул голову назад таким образом, будто уделял равное внимание телефонной беседе и собственной усталости. В центре Блу наклонилась вперед, чтобы лучше слышать, типа отряхивала семена травы со своих вязаных леггинсов. Ноа был у нее с другой стороны, хотя нельзя было быть точно уверенным, что он оставался материальным, когда они все дальше уезжали от энергетической линии. Было тесно, даже еще теснее в такой жаре, с напрягающимся кондиционером, дующим через каждую щель в заполненном щелями механизме. Кондиционер Камаро имел только два режима работы: включен и сломан.

В телефон Гэнси произнес:

— В том то и дело.

Ронан облокотился на потрескавшийся черный винил двери со стороны пассажирского сидения и жевал кожаные браслеты на запястье. На вкус они были, как бензин, аромат, который Ронан находил и легким, и сексуальным одновременно.

Для него дело было лишь иногда в Глендовере. Гэнси нужно было найти Глендовера, потому что он хотел доказать невозможное. Ронан уже знал, что невозможное существует. Его отец был невозможным. Он был невозможным. Только иногда он размышлял о том, что бы произошло, если бы они действительно отыскали его. Он думал, что это могло бы сильно походить на смерть. Когда Ронан был младше и больше верил в чудеса, он размышлял о моменте смерти с восторженным очарованием. Его мать говорила, что, когда ты смотришь в глаза Бога у жемчужных ворот, все вопросы, которые у тебя когда-либо были, находят ответы.

У Ронана была куча вопросов.

Пробуждение Глендовера может быть таким же. Меньше ангелов и, возможно, больше Уэльского акцента. Чуть меньше осуждения.

— Нет, я все понимаю, — Гэнси использовал профессорский голос, тот, который источал уверенность, мог командовать полчищем крыс и поднимать маленьких детей, «Вставайте и следуйте за мной!» Короче, на Ронана он действовал. — Но если мы предположим, что Глендовер был помещен между 1412 и 1420, и если предположим, его могила осталась нетронутой под почвой, скопившейся естественным образом, чтобы спрятать его. Старкман предполагает, что средневековые слои благодаря осадкам могут достигать от пяти до семнадцати футов… Да, знаю, что я не на пойме реки. Но Старкман исходил из предположения, что… ага, конечно. Что думаете о ППР?

Блу взглянула на Адама. Он не поднимал головы, когда перевел тихим голосом:

— Подповерхностный радиолокатор.

Человеком на другом конце провода был Роджер Мэлори, потрясающе старый британский профессор, с которым Гэнси работал в Уэльсе. Как и Гэнси, он на протяжении многих лет изучал энергетические линии. В отличие от Гэнси, он не использовал их в качестве средства поиска древнего короля. Напротив, он, казалось, изучал их, чтобы развлечь себя на выходных, когда не было никаких выступлений, требующих его участия. Ронан не встречался с ним лично, и его это не заботило. Старики заставляли Ронана чувствовать тревогу.

— Градиометрия постоянного потока? — предположил Гэнси. — Мы уже несколько раз запускали самолетик. Я просто не думаю, что нам удастся больше увидеть до зимы, пока листья не опадут.

Ронан обеспокоенно поерзал. Успешная демонстрация полета самолетика заставила его ощутить себя гиперживым. Он чувствовал, будто земля под ногами горит. Он прижал свою руку прямо к отверстию кондиционера, чтобы не перегреться.

— Ты водишь, как старушка.

4
{"b":"221814","o":1}