ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Когда мы остановились на светофоре, меня привлек один маленький незначительный жест: постукивание пальцев Елизара по кожаному рулю. Невольно засмотревшись, я протянула левую ладонь и провела полукруг, аккуратно коснувшись пальцев Барона. Я почувствовала легкое покалывание, а когда одернула руку, с ужасом поняла, что мою реакцию заметил Елизар. Но ничего не сказав, он тронулся с места, как только красный переключился на зеленый.

«Что я делаю?» – пронеслось в моей голове.

«Как что делаешь? Балдеешь от этого красавчика!» – мой внутренний голос всегда вовремя давал о себе знать.

«И ничего я не балдею!»

«Балдеешь!»

«Нет!»

«Да!»

– Замолчи! – О, Боже! Я сказала это вслух.

– Да я как бы, и так ничего не говорил, – усмехнулся Елизар, странно поглядев на меня.

Я бы еще и пальцем у виска покрутила. Ну что за дебилка я, а?!

– Что, нервничаешь перед ужином? Не беспокойся, я никому не скажу о том ужасе, который ты приготовишь.

Откуда он знает, что я собралась готовить ему ужас? Хотя, наверное, это так и есть.

– Зачем тогда просил приготовить?

– Я не просил, – повернулся он ко мне, заглушив мотор, когда мы подъехали к подъезду многоэтажного дома, где жил Елизар. – Я поставил тебя перед фактом.

– Тебе говорили, что ты наглый? – Я вспыхнула от его слов и близости одновременно.

– И бессовестный. – Его улыбка была такой же, как и он сам.

– Ты невыносим!

– Я не прошу тебя выносить меня. Всего лишь – приготовить ужин, – отстегнув ремень безопасности, он вышел из машины и, обойдя ее, открыл мне дверь.

– Какой галантный! – фыркнув, я забрала пакет с продуктами с заднего сидения и пошла по направлению к подъезду.

– Несмотря на то, что наглый и бессовестный.

Квартира Барона была оформлена в современном стиле светлых тонов. Я шла по коридору и оглядывалась по сторонам, пока тишину не нарушил Елизар.

– Можешь пройти в гостиную и там переодеться.

– Не поняла? – Я и забыла о сообщении Барона, в котором говорилось о моем наряде.

– Скоро поймешь. Иди в гостиную.

Первый, второй, третий, четвертый, пятый шаг – и я на месте. Наверное, я полминуты сверлила то, что должна была надеть.

Нет, он что издевается?!

– Совместим былые века с нынешним? – Интимный шепот Барона возле уха, вызвал во мне волну негодования, раздражения и… возбуждения! Я точно с ума схожу!

– Я не надену это, – резко развернувшись, врезалась в его широкую грудь, упершись в нее руками. Его ладони легли на талию по бокам, и он медленно начал подталкивать меня в сторону дивана, не понимая, как магнетически действовала его коварная улыбка и прикосновения.

– Наденешь, но, если хочешь… – он нагнулся ко мне, почти невесомо касаясь слегка колючей щекой – моей. – Можешь не надевать… – Я уже готова была спокойно выдохнуть, как с трудом проглотила ком в горле, едва он озвучил следующее предложение: – Будешь готовить голой.

– Не дождешься! – оттолкнув его от себя, я снова посмотрела на красного цвета ливрею и современные белые чулки.

– Поспеши, Малина. Не заставляй мужчину долго ждать – это дурной тон. – Прежде чем покинуть гостиную, Елизар бросил напоследок: – А терпение у меня исключительное. Если я чего-то хочу, то обязательно дождусь.

На что это он намекает?

Хоть я и вышла из себя, но сказать честно, примерить вещи, что носили раньше, было одним из моих желаний. Правда, я не думала, что оно осуществится сегодня. Барон, видимо, решил вырядить меня слугой Его Величества. Может, это его тайная фантазия и он получает от этого оргазм?

Полностью облачившись в «вечерний» наряд, я оглядела себя в зеркало и поняла, что не так уж и плохо выгляжу, скорее – наоборот. Неужели Елизар надеялся меня смутить этим мужским атрибутом одежды? Сам пусть смущается! Хотя, ему это не грозит, конечно. Еще раз, взглянув на себя в зеркало, я вышла из комнаты, направившись на кухню, но задержалась у двери в комнату Барона. Не удержавшись, я все-таки в нее вошла. Здесь практически ничего не было, кроме огромной кровати, покрытой красным шелком, большого белого шкафа и плазмы на белой подставке возле стены. Окна были от пола до потолка с белыми и красными портьерами. За окнами простиралась уютная лоджия, на которую решила не выходить, а посмотреть через стекло. В этой комнате, как и во всей квартире, чувствовался вкус. То, что Барон живет один, можно было не догадаться, судя по порядку, который не особо свойственен мужчинам. Или я просто сужу по Антону? Хотя, Аня, бывает, жалуется на Мишу, когда тот разбрасывает свои носки, где попало. Чтобы Барон, который, по всей видимости, сейчас принимает душ, меня не застал в его комнате, я поспешила ретироваться, как взгляд зацепился за вещи, небрежно лежащие на кровати: белая рубашка с короткими рукавами и черные брюки. И тут мне пришла идея спрятать его вещи. Поэтому, недолго думая, я утащила их в кухню, а пока решала куда их деть, услышала, как открылась дверь в ванной. Значит, скоро Барон узнает о «пропаже». Ничего, пусть поищет.

Тем временем, я занялась готовкой, решив приготовить блюдо, которое он будет помнить очень долго. Пока я замесила тесто, включила плиту, на пороге появился Елизар. Поворачиваться к нему я не спешила, наверняка он не в очень хорошем расположении духа, что я взяла его одежду без спроса.

– Ты, случайно, не мои рубашку с брюками на ужин решила приготовить? – услышала я голос Елизара, в котором играли иронические нотки.

– Что ты, нет, конечно! – можно было бы добавить «понятия не имею, о чем ты говоришь», но прозвучало бы неправдоподобно.

– Не то они каким-то чудесным образом исчезли из моей комнаты, – вкрадчивым тоном сказал он и, мне показалось, что Барон сократил расстояние между нами и тихонько подошел, пока я стояла к нему спиной, раскатывая тесто, которое, то и дело прилипало к скалке. – Впрочем, я и без них себя комфортно чувствую.

На этих словах я обернулась и чуть не прикусила язык. Елизар Баронов, собственной персоной в… чем мать родила! Вот это зрелище! За таким разворотом плеч, никто тебя не увидит – ощущаешь себя, как за каменной стеной… К такой груди хочется прижаться всем телом, почувствовать весь его жар… прикоснуться ладонями к крепкому торсу и заскользить, затем по спине и вниз… Кстати, о низе – туда я старалась не смотреть, хотя, мимолетно, все же, позволила себе эту маленькую слабость и тут же пожалела, потому что желание, что так спешно и ярко возникло, явно превышало мою скромность.

Я поспешно отвернулась и закусила губу, выдавив из себя:

– Тебе лучше выйти из кухни, не то, не дай Бог, еще масло брызнет и обожжет твой… эм…

– Ты так за «него» переживаешь? – Он приблизился ко мне вплотную, расставив руки по обе стороны от меня, из-за чего мне пришлось немного наклониться вперед. Барон макнул указательный палец в тесто и медленно провел по нему кончиком языка. – М-м-м… какая гадость, Малина, – тоном искусителя добавил он, когда я, наверное, казалось, перестала дышать, очарованная процессом. – А вот чулки тебе очень идут, – чуть тише добавил он и вышел из кухни.

Взглянув на свои руки, я заметила, как дрожат пальцы. До сих пор ощущала легкий озноб.

Мало того, что я никогда в жизни блины не готовила, более того, я даже не осведомилась, как это делается, у меня еще и из рук все валилось. А все Барон виноват! Кто просил его заходить в кухню голым?

Вот теперь я жалела, что так и не открыла кулинарную книгу, присланную мне Елизаром. Именно сейчас захотелось приготовить все-таки что-то стоящее, особенно, после его фразы про гадость. Боже мой, с этим мужчиной, мои мысли меняются со скоростью света! В итоге, блины мои подгорели, а варенье из малины, которое мне показалось недостаточно сладким, я пересластила. На тарелках это все выглядело менее ужасно, особенно, когда я сверху полила сметаной. И вообще, готовка не для меня! Пусть ищет себе жену, которая ему будет готовить! Не понравится – хотя, изначально так и планировалось, – пусть готовит сам.

9
{"b":"221834","o":1}