ЛитМир - Электронная Библиотека

в. здесь жил зимовником старшина Рудь, который «ходил отсюда на старо-крымский шлях со своими хлопцами—малюкаии, нападалъ

J) Ист. о коз. запор., стр. 81—82. J) 3au. О*. Общ., VII, 182—188.

там на турок, татар и ногайцев, возвращавшихся из Малороссии с ясыремъ—со взятыми в плен христианами,—отбивал злосчастный ясыр и освобожденных христиан приводил паевой зимовник; здесь покоил, питал, и довольствовал их; с невеликим ватажком своих хлопцевъ—малюков Рудь не раз ходил для той же цели даже на знаменитый Муравский шлях и всегда возвращался на свой зимовник со множеством освобожденных пленников. В сентябре 1739 г. на зимовнике войскового старшины Рудя освобожденного ясыру было 426 д. обоего нола>... Кош подарил Рудю пространство, занятое его зимовником, н тот здесь основал н,ф- лую слободу Николаевку, «населил ее народом семейным и оседлым, сам пригласив в свою слободу из под Конотопа черниговской Губ. СВОИХ рОДНЫХ И ЗНаКОМЫХ, И ДОЗВОЛИЛ СвОиМ ХЛОП' цамвызвать также к себе своих кровных и близкихъ»; в 1752

г. здесь числилось уже 315 д. мужска и 196 д. женска пола, а * чв 1754 г. устроена церковь '). Вот при каких условиях происходило заселение новороссийского края запорожцами: еще и в поли. ΧΛΊΙΙ в. им приходилось вести упорную борьбу с татарами и одновременно с этим заботиться об устройстве поселков. Как видно пз настоящего примера, значительный контингент для новых слобод доставляла Гетманщина, где оставались родственники и свойственники тех лиц, которые раньше ушли в Запорожье; поводом же к выселению оттуда жителей являлись распоряжения, ограничивавшие право вольного перехода г ).

Запорожские поселки (селения, зимовники и т. н.) были разбросаны, как мы видели, на громадном пространстве земель нынешних двух южных наших губерний—екатериносл. и Херсон.), ^пело этих поселков все более и более возрастало, а параллельно с этим увеличивалось и число жителей. К сожалению, привести точные статистические данные о количестве селений и о числе жителей в них довольно трудно. До разрушения Сечи, по словам Н. Л. Коржа, было 17 селений, возникших по большей части из зимовников 8). Гюльденштедт только в Поднепровье называет 30 селений женатых Козаков (12 на правом и 18 на левом берегу) 4).

*) Феодосия, Мат. для ист.—ст. он. екат. en., I, 522—523, 397. г )Феодосия, Мат. для ист. —ст. опие. еиат. еп., I, 191, 221. а) Устное повествование, стр. 84—94.

4) Reisen durcli Russland, II, стр. 110 — 111.

Но на самом деле их было гораздо более. А. А. Скальковский, на основании подлинных документов сечевого архива, насчитывает их в 4-х паланках 64 и говорит, что в них было 3415 хат, или 12250 д. женатых Козаков и иоспольстваобоего пола и). По оффициальной ведомости, составленной Текелием в момент уничтожения запорожской Сечи, в ней было (кроме Сечи в тесном смысле этого слова) 45 деревень и 1601 зимовник; всех жителей было 59637 д. обоего иола, большую часть их составляло поспольство, т. е. женатые поселяне (именно 35891 чел.); впрочем, и большая часть Козаков жила не в Сечи, а в деревнях и зимовниках, где занималась скотоводством, земледелием и другими мирными промыслами; часть Козаков, как известно, имела семьи 2 ).Нужно полагать, что цифры этой оффициальной ведомости значительно меньше действительных; нам будет совершенно непонятно, как это в более раннее время (о котором сообщает сведения А. А. Скальковский) было больше селений, чем в 1775 году (к которому относится оффициальная ведомость). Да и как мог Те- келий точно сосчитать, нанр., число запорожских зимовников, разбросанных на громадном пространстве в разных уединенных местах? Не удивительно поэтому, что его показания расходятся с показаниями кн. Мышецкого, который насчитывает всего около 4000 зимовников а); есть известия, что запорожцы основывали иногда зимовники за границею своих владений на чужой земле; таковы, например, были хутора, устроенные ими в турецких пределах в виду Очаковской крепости *); такие населенные пункты не могли, конечно, войти в оффициальную ведомость, если мы приведем себе на намять также нерасположение запорожцев ко всяким оффициальным статистическим запросам, которое должно было еще более усилиться в момент уничтожения Сечи, то б. м. окончательно убедимся в том, что на самом деле в Запорожье было не 59637

д., а гораздо больше; ио всей вероятности, ближе всего к истине будет цифра, приводимая А. А. Скальковским —100,000 обоего пола Козаков и поспольства. Во всяком случае для нас интереснее всего тот факт, что большинство населения запорожской Сечи в 1

1 )Исюрия новой Сечи, I, 33—37.

*) Сборник антрои. и этногр. ст., изд. Дашковым, I, ирил. 1-е.

’) Ист. о коз. запор., стр. 8 I —82.

) А. А. Андриевского. Мат. для ист. юяшор. края. Од. 1886, стр. 117.

год её уничтожения составляли женатые козаки и посполитые, преданные почти исключительно мирным культурным занятиям; правда, среди них были и такия лица, (скотари, табунщики, чабаны), которые вели полукочевой образ жизни—защищались от непогоды в так называемых котах с очагом для разведения огня (ка- быцей) или котигах, т. е. палатках на 2-х или 4-х колесных арбах, совершенно напоминающих ногайские * *)—но в общем о населении Запорожья следует сказать, что оно в последние годы своего исторического существования решительно стало переходить на мирное положение и показывало склонность к культурным занятиям. Впоследствии мы сделаем более или менее обстоятельный очерк запорожской культуры; теперь же только заметим, что первыми зачатками своей материальной культуры Новороссийский край обязан Запорожью. Таким образом Запорожье, с одной стороны являясь оплотом русского мира от мусульманского, не мало потрудилось для отстаиваниярусской культуры, а с другой внесло свою лепту и в общую творческую деятельность русского народа, направленную к созиданиюкультуры. Чрезвычайно верно и метко определил роль Запорожья в истории колонизации Новороссийского края г. Надхин; мы позволим себе привести здесь его образное сравнение: <в степях Новороссийских, говорит он, есть целые кучугуры ■сыпучих песков; на них долго не могло укрепиться ни одно растение: всякую былинку, куст, деревцо из рыхлой почвы вырывал ветер; но вот начал здесь рости шелюг (род красной ивы)—и он цепкими своими корнями укрепился на этом грунте и укрепил его до того, что вслед за ним начали рости и другие деревца и кустарники. Запорожье было для южной России таким шелю- гом: оно первое тут успело укорениться на непрочной почве, первое укрепило ее под собою для жизненных посевов и таким образом первое дало возможность для постоянного на ней заселения и гражданского развития» 2).

1) Описания их см. у Н. Л. Коржа.

*) Память о Запорожье, ер. 68—69.

ГЛАВА 3-я.

Русская государственная и народная колонизация в XVIII и 1-й четверти XIX века.

Постройка укрепиениых линий и крепостей.—Постройка городов: Херсона, Екатеринослава, Николаева, Одессы,—Основание селений: малорусские и великорусские казенные слободы; помещичьи села и деревни.

Еще в эпоху самостоятельного существования Запорожья, в новороссийских степях, в ближайшем соседстве с козаками, водворились сербы; к ним вскоре присоединились другие иностранные поселенцы. Правительство строит здесь ряд новых городов, куда целыми массами стекается отовсюду население. Одновременно с этпм возникает множество новых сел, деревень, хуторов, обязанных своим происхождением владельческой и народной колонизации. Одним словом колонизация края идет теперь с лихорадочной поспешностью. Потемкин и др. деятели этого времени желают как бы наверстать то время, когда прилив населения в эти места извне был очень слаб и единственными «насельниками этого края» были запорожцы. Но отдавая должное новым колонистам, мы не должны забывать услуг той бесстрашной Дружины русичей, которая в течение более 2 1/* столетий вела упорную борьбу за Обладание степями с татарами. Она подготовила почву для быстрого заселения области во 2-й половине XVIII в., в особенности со времени покорения Крыма в 1783 году.

8
{"b":"221835","o":1}