ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Я дельфин
Не жизнь, а сказка
Харизма. Как выстроить раппорт, нравиться людям и производить незабываемое впечатление
Строим доверие по методикам спецслужб
В объятиях лунного света
Фаворит. Полководец
Возрождение
Я продаюсь. Ты меня купил
Эгоист

Арин поднял голову, внимательно посмотрел в затянутые дымкой боли серые глаза:

Не удержишь, — сказал он.

Скай медленно потянул руку вверх, преодолевая его сопротивление, дотянулся до изуродованной шрамом шеи:

Тебе стоит только глотку прижать, и ты опять просто питомец.

Нет, — коротко ответил Арин. — Нет. А тебе конец, сука.

Конец твоему психу, — с трудом проговорил Скай. — Которого ты прячешь где-то, как любимую зверушку. Это тебя надо убивать, а не меня. Такие, как ты жить не должны. Вылез из своей конуры и занимаешься тем же самым — пользуешься человеком, который ничего не осознает, который свихнулся от боли незаживающей раны. Чем ты лучше своего хозяина?

Арин вызывающе вскинул голову:

Я не… — он осекся, вспомнив что-то. — Я не поэтому.

Да ладно тебе. Что ты для него сделал, а? Что ты ему дал? Секс? А он ему нужен?

Ему нужно, чтобы его трахали? Ты спрашивал? И если даже спрашивал, уверен в том, что он сам понял, что именно тебе ответил?

Скай понял, что Арин отвлекся, и осторожно приподнял руку повыше, уже ощутимо придавливая его шею.

Арин медленно коснулся пальцами его предплечья, но не сделал попытки освободиться.

Ты сделал неправильно.

Арин молчал, опуская голову, задыхаясь.

Ты сделал неправильно, — повторил Скай, отводя его руки, усиливая нажим. — Что с тобой нужно делать, если ты поступаешь неправильно?

Наказывать, — бесцветным голосом проговорил Арин.

Хорошо, — облегченно выдохнул Скай, — Драться ты умеешь, а вот нервы у тебя ни к черту. Ладно. К сожалению, я не в курсе, как тебя там наказывали, но для чистоты эксперимента поступим так. Давай-ка разберись со своей виной сам. Ты виноват, понял? Ты сильно виноват.

Арин вопросительно взглянул в глаза Ская, осторожно тронул пальцами его руку.

Скай понял его, опустил ладонь вниз, расстегнул застежку ремня на его штанах, с шелестом выдернул широкую кожаную ленту, накинул ее на шею Арина, затянул крепче:

Свободен.

Арин шагнул к стене, легко выдернул из нее узкие лезвия клинков и, прежде чем Скай успел что-то сделать, легко и умело полоснул стилетами по обнаженной коже запястий — поперек.

Явно не самоубийство, ему просто нужна кровь. Зачем?

Можно так, чтобы Тейсо было больно, а Хозяину интересно? — спросил Арин, разглядывая стекающую на пол густую кровь.

Можно. Выбери для себя наказание сам. А мне расскажи, за что ты себя наказываешь.

Спасибо.

Побелевшими, негнущимися пальцами Арин расстегнул молнию штанов, выбрался из одежды, лег спиной на кровать, опустил руки вниз.

Скай присел рядом, положил ладонь на его лоб, закрытый растрепавшимися прядями ярких волос, посмотрел сначала, как ложатся мягкие теплые струйки из разрезанных запястий на светлую кожу бедер, стекая между расставленных ног, потом в блестящие, отрешенные глаза.

Рассказывай.

Тейсо ошибся. Тейсо думал, что любит Тори. Но Тейсо им тоже только пользовался.

Скай отметил про себя имя, вздрогнул, увидев, как Арин дотянулся до пустой бутылки, тяжелой, толстостенной, но не стал прерывать, боясь, что тот собьется с мыслей:

Где ты его нашел?

Его привели к Хозяину, но он был ничей. И Тейсо захотел его себе. Тейсо думал, что станет нужным Тори. Тейсо ошибся, — голос Арина прервался, Скай опустил глаза и прикусил губу, увидев, как направляемое окровавленными руками горлышко бутылки проникает внутрь, растягивая сжавшееся судорожно колечко мышц.

Дальше.

Арин закрыл глаза, перевел дыхание:

Потом Тори разрезали, и Хозяин начал его любить. Потому что его было интересно наказывать. У него была рана.

Скай вспомнил истинное предназначение этой раны и про себя пожелал скорейшей смерти тому идиоту, которому вздумалось совать туда свой член:

А ты что делал?

Арин не ответил, явно не понимая вопроса, выгнулся, застонал. На лице его и груди выступили легкие светлые капельки пота. Скай мельком взглянул на почти целиком вошедшую в него бутылку, увидел кровавые стрелки лопнувшей кожи, сжался внутренне, но, вспомнив о своем обещании, не стал его останавливать, опустил голову на лохматый затылок Арина, сказал тихо:

Что сделал Тейсо?

Тейсо понравилось, что Хозяин тоже любит Тори. Но Тори не дали остаться с Хозяином. Его забрали.

Скай сжал зубы, ощущая все телом дикое напряжение каждой мышцы его тела, слушая рваное, судорожное дыхание. Он уже боялся посмотреть вниз, потому что рукой ощущал под влажной кожей впалого живота очертания твердого предмета.

Быстрее бы все кончилось, остается узнать, где сейчас этот Тори… И все. А дальше, хочешь-не хочешь, но, получив деньги, я вкатаю тебе этот кеторазамин, я обещаю…

Что Тейсо сделал дальше?

Тейсо стало больно… — с трудом проговорил Арин. — Больнее, чем сейчас. Он захотел найти Тори. И нашел.

Нашел?

Да. Тори стал богом Братства Воды. Но все равно питомцем. И Тейсо стал вести себя, как Хозяин. Тейсо думал, что любит Тори. Но Тейсо ошибся. Он его просто держал для себя. Тейсо виноват. Хорошо, что Тейсо позволили себя за это наказать.

Арин вдруг открыл глаза и улыбнулся — спокойно и дружелюбно.

Скай увидел в его руке тусклый свет стального стилета, вскочил, готовый защищаться, то сразу понял, что защищать надо было не себя.

Арин с силой опустил стилет, пробив живот, согнулся, вдавливая клинок глубже, и Скай услышал жуткий хруст стекла, увидел вспарывающие его изнутри краеугольные осколки, разрывающие кожу. Кровь потекла не сразу, сначала набухли черными каплями острые грани разбившихся стекол, с розовыми лохмотьями лопнувших тканей, и лишь потом заскользили яркие алые ручейки.

Твою мать… — только и смог сказать Скай. — Твою мать.

* * *

Макс мрачно смотрел на сидящего напротив Мэда. Как ни крути, этот наемник ему не нравился, несмотря на то, что был единственным способом вернуть Арина. Макс знал о его славе в теневом мире, знал о том, что не зря он носит имя сумасшедшего убийцы — на его счету было немало смертей. Мэд убивал не только по заказу — от него не уходила живой ни одна проститутка, ни один попавшийся под руку торговец наркотиками или малолетний вор. Объяснение такому поведению было найдено — Мэд ненавидел "растратчиков жизни", имея свои представления о том, как люди должны жить в эпоху датчиков и считал, что имеет полное право очищать от "растратчиков" город. Под эту категорию у него попал и Скай — человек, который по его мнению, спер деньги для того, чтобы наслаждаться обществом смазливого парнишки-питомца.

Макс прекрасно помнил историю о том, что от денег Ская "освободил" Арин, скинув их с балкона и понимал, что для такого принципиального поисковика, как Мэд эта история автоматически послужила бы "откатом" от взятого заказа.

Именно поэтому Макс и не смог дать ответ сразу. Живущее в нем своеобразное чувство справедливости не давало покоя.

Он раз за разом вспоминал свои встречи со Скаем и оценивал его со всех сторон, опираясь на свой немалый опыт общения с людьми. Но только к вечеру ему, наконец-то удалось понять, кем на самом деле является Скай.

Картина вырисовывалась паршивая. Ясно было, что человек он необычный, и, что самое хреновое — не хороший и не плохой. Серость, что ли. Нет, скорее, сталь.

Один из тех клинков, что остро отточены с одной стороны и прохладно-плавные с другой. Задавить в себе эмоции, жалость, да вообще все человеческое для таких раз плюнуть. Как они умудряются это делать, никому неизвестно, ведь и чувствуют они острее, чем остальные. Но факт остается фактом — никогда Скай не переступит через себя, для этого он слишком правилен, слишком многое знает об этом мире и самом себе. А значит это только одно — Арин в серьезной опасности.

Так что, виноват он или нет, неважно. Придя к такому выводу, Макс набрал номер с оставленной ему карточки и сказал несколько отрывистых слов.

Мэд появился почти сразу же, словно этого и ждал, и теперь сидел напротив, разглядывая серую мешанину смога за окном.

33
{"b":"221837","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
В каждом сердце – дверь
Дневная книга (сборник)
Один день Ивана Денисовича (сборник)
Луч света в тёмной комнате
Сказать жизни «Да!»: психолог в концлагере
Принцесса моих кошмаров
Я вас люблю – терпите!
Эверлесс. Узники времени и крови
Магия утра. Как первый час дня определяет ваш успех