ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Лесовик. В гостях у спящих
Я большая панда
Любовь: нет, но хотелось бы
Тайная опора. Привязанность в жизни ребенка
Палач
Шпаргалка для некроманта
Метро 2033: Нас больше нет
Тайная жизнь мозга. Как наш мозг думает, чувствует и принимает решения
Восемь секунд удачи
Содержание  
A
A

Северо-западнее Орла советские части отбивали контратаки противника. В ожесточенных боях Н-ское соединение истребило свыше 1000 гитлеровцев, уничтожило 16 немецких танков, 22 орудия и 8 транспортеров. Продвигаясь вперед, наши бойцы захватили 6 складов боеприпасов.

Южнее и юго-западнее Орла наши войска продвинулись вперед и заняли свыше 30 населенных пунктов. В боях за эти населенные пункты уничтожено 800 немецких солдат и офицеров. Захвачено у противника 12 танков, 19 орудий и склад с горючим.

Наша авиация бомбила и штурмовала отступающие немецкие войска. Противнику нанесены тяжелые потери в живой силе и технике. Дороги, подвергнутые ударам нашей авиации, загромождены горящими и разбитыми автомашинами, орудиями и другой военной техникой противника.

В воздушных боях наши летчики сбили 72 немецких самолета.

* * *

Наши войска после упорных боев овладели городом Белгород. В бою за город уничтожено свыше 3000 солдат и офицеров противника. Захвачены склады боеприпасов и другие трофеи. На другом участке Н-ское танковое соединение перерезало важную коммуникацию противника. Контратаки, предпринятые гитлеровцами, были отражены с большими для них потерями. По неполным данным, уничтожено 40 немецких танков и 5 самоходных орудий. Захвачены трофеи, в числе которых 17 танков и 4 самоходных орудия. Наши части захватили также всю материальную часть двух полков противника.

В воздушных боях в течение дня сбито 66 немецких самолетов.

«Правда», 6.08.1943 г.

В нашем Орле

Орел, 5 августа. (По телеграфу от нашего спец. корр.)

Ночью высоко над горизонтом взметнулось багровое зарево — это горел Орел, старый русский город, испоганенный немцами. Всю ночь по ту сторону Оки слышались взрывы — это немцы, сжимаемые со всех сторон, отступая под ударами Красной Армии, мстили древнему городу, сжигали его дома, улицу за улицей.

В третьем часу ночи, тревожной, озаряемой вспышками ракет, артогнем и выстрелами автоматчиков, в часы, когда решалась судьба Орла, измученные жители этого многострадального города вдруг услышали голос Красной Армии, голос Родины. Дивизия, наступавшая на Орел, выдвинула к реке, на самую линию огня мощную радиостанцию; еще кипел на улицах Орла яростный бой, еще горели дома, еще ожесточенно огрызался враг, но голос наступающей армии звучал гордо, уверенно и смело:

— Орел был и будет нашим, советским городом! Мы с вами, товарищи и братья. Мы идем к вам!

На рассвете вместе с передовыми частями мы вошли в Орел. Бой перекатился за холмы, окружающие город, за реку со взорванными мостами. Саперы деловито щупали миноискателями дороги, дома, сады. Орел, окутанный клубами дыма и языками пламени, горел. Что они сделали с ним? Сердце сжимается от горя и гнева, когда, шагая по взорванным железнодорожным путям, входишь в город, исстрадавшийся под немецким владычеством.

Московская улица — старая, веселая, людная улица. О ней можно сказать — это бывшая улица. Ее лучшие дома взорваны, искалечены. А Кооперативная улица, а Тургеневская, а Комсомольская? Это искалеченный город. Таким сделали его немцы, которые хозяйничали в нем почти два года. На домах его осталось черное клеймо варваров — немецкая буква «W». Этим клеймом немцы метили лучшие здания города — Дворец культуры, Дворец труда, больницы, детские ясли, библиотеки. Они проделывали эту операцию с немецкой, подлой методичностью. Одни немцы обходили дома и ставили черное клеймо, а другие — факельщики — поджигали и взрывали. На одной из улиц — Грузовой — мы видели трупы немецких факельщиков. Они поставили свое подлое клеймо на нескольких домах, но поджечь уже не успели: наши автоматчики убили их на месте преступления.

С рассвета город живет возбужденной жизнью: из подвалов, из оврагов, из лесов вышли на свет божий орловские жители — дети, молодежь, старики. Какие у всех изможденные от голода и отчаяния лица! И в то же время как сияют их глаза, сколько радости в их порывистых движениях, в их жестах приветствия. Наши пришли! Город еще горит, дым и чад стоят над домами, вздымаясь к голубому небу. И в то же время город охвачен радостью и счастьем. Он встречает цветами своих освободителей. Запыленные бойцы в пропотевших гимнастерках шагают, прижимая к груди цветы. Зеленью и цветами увиты пушки, танки, пулеметы. Наши пришли! Это чувствуется во всем. Бойцы 129-й дивизии вместе с другими дивизиями ворвались первыми в город Орел и освободили его. С этого дня — 5 августа 1943 года — эта дивизия по приказу Верховного Главнокомандующего товарища Сталина именуется 129-й Орловской стрелковой дивизией. Славное, почетное имя, завоеванное в жестоких битвах! Бойцы 129-й на плечах отступающего противника ворвались в Орел. Движутся дальше, на запад, и с первого часа их прихода в город на стенах уцелевших домов, на обгорелых телеграфных столбах появились листовки:

«Орел — наш!

Наше подразделение после короткого и решительного штурма вошло в Орел!

Приказ Военного совета выполнен. Поздравляемвас, товарищи, с новой победой!

Орел освобожден от немецких оккупантов. Воин Красной Армии! Ты своими подвигами прославил непобедимое русское оружие.

Враг не выдерживает силу нашего удара! Не давай немцу передышки. Громи его всей мощью огня! Бей фашистскую сволочь! Отомсти за кровь и слезы наших жен и детей, отцов и матерей, за смерть советских людей.

Вперед на разгром врага! Вперед на Запад!»

Это первая наша родная, советская листовка, которую жители Орла читают свободно и радостно.

В сентябре 1941 года немцы вошли в Орел. Год и десять месяцев они унижали человеческое достоинство советских людей, издевались над их лучшими чувствами. Теперь Орел снова стал нашим. Но люди, которые около двух лет жили под ненавистным фашистским игом, не могут и, вероятно, никогда не забудут черных дней немецкой оккупации. Они горячо встречают наступающую Красную Армию, любовно смотрят на каждого воина, офицера. Когда по Комсомольской улице прошел отряд автоматчиков, из толпы проворно выбежал старик с обнаженной головой. Он зашагал рядом с бойцами, неся в руках сбереженный им портрет Ленина, он шептал только одно слово: «Сыночки!..»

В прошедшую ночь наши автоматчики выдержали ожесточенный бой с засевшими в каменных домах немцами. Немцы цеплялись за каждую улицу. Огонь немецких батарей должен был преградить путь нашей пехоте. Немцы взорвали мосты в городе, они минировали подступы к ним, но все их усилия были сломлены напором и волей наших наступающих частей. Около двух суток шел бой за Орел. Превратить Орел в неприступную цитадель немцам не удалось — стремительным ударом наши вышвырнули немцев из Орла.

Орел наш! Воины Красной Армии, проходя по улицам горящего города и глядя на взволнованные лица жителей, невольно чувствуют все величие своей освободительной миссии. На берегу Оки мы были свидетелями следующей сцены: генерал утром перебирался с адъютантом по взорванному мосту. Это был первый советский генерал, которого увидели жители освобожденного Орла. Ему, как и другим офицерам и бойцам, поднесли букет цветов. Его попросили подождать минуту-другую. Из ближайшего дома вышла пожилая женщина и протянула генералу свой подарок — старинную саблю с серебряной насечкой. Генерал саблю принял, за подарок поблагодарил и поехал дальше, на линию огня.

Утром, когда в городе еще не было военных регулировщиков, их заменяла на Московской улице у взорванного моста Анна Павловна Казанская, жена погибшего командира Красной Армии. Стоя на подножке грузовой машины, она указывала водителям обходный путь по разминированным улицам. За Орлом среди полей проходит Нугорский большак. Этот большак оставил в памяти жителей кошмарное воспоминание. 21 июня и вторично в июле немцы погнали по большаку сотни молодых орловских юношей и девушек. Свыше тысячи 17-летних девушек они согнали на Брянский вокзал, втолкнули в пульмановские угольные вагоны и под душераздирающие крики матерей увезли в Германию.

29
{"b":"221856","o":1}