ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Кто-нибудь из них лично видел Фицджералда? — спросил Ллойд.

— Нет, сэр. Двое агентов, которые обыскивали «Джамбо-Трон» сразу же после происшествия, нашли только кучу одежды, сваленную в углу, следы крови да одного из моих людей, прикованного наручниками к поручню. Прослушав пленку, я приказал им никому не докладывать об этом происшествии ни устно, ни письменно.

— Как насчет человека, который был прикован к поручню?

— Он поскользнулся и упал с выступа. Он получил бюллетень на месяц.

— Вы упомянули пятого человека.

— Да, сэр, это студент, который был с нами на осветительной вышке.

— Почему вы уверены, что он будет молчать?

— Он подал заявление о поступлении в секретную службу, — сказал Брэйтуэйт. — Мне кажется, он надеется поступить в мое подразделение, когда закончит учебу.

— А пуля? — спросил президент, улыбнувшись.

— Когда все ушли со стадиона, я там перевернул все вверх дном, — сказал Брэйтуэйт, подавая президенту кусочек металла.

Лоуренс встал из-за стола и подошел к окну. Над Капитолием опускались сумерки. Он посмотрел на лужайку, обдумывая, что собирается сказать.

— Важно, чтобы вы поняли одну вещь, Билл, — сказал он наконец. — Хотя на кассете безусловно — мой голос, я никогда никому не предлагал убить Жеримского или кого бы то ни было другого.

— Я безоговорочно принимаю это, господин президент, иначе меня бы здесь не было. Но я должен быть так же откровенен с вами. Если бы кто-нибудь в секретной службе знал, что в «Джамбо-Троне» находится именно Фицджералд, он, возможно, помог бы ему бежать.

— Почему этот человек внушает такую преданность?

— В вашем мире, я подозреваю, таким человеком был Авраам Линкольн, — сказал Брэйтуэйт. — В моем мире это Коннор Фицджералд.

— Я был бы рад с ним познакомиться.

— Это будет нелегко, сэр. Даже если он все еще жив, он, кажется, исчез с лица земли. Я бы не хотел, чтобы моя карьера зависела от того, найду ли я его.

— Господин президент, — напомнил Ллойд, — вы уже на семь минут опаздываете на ужин в российское посольство.

Лоуренс улыбнулся и пожал руку Брэйтуэйту.

— Еще один хороший человек, о котором я не могу сообщить американскому народу, — сказал он с грустной улыбкой. — Я полагаю, вы вечером опять дежурите?

— Да, сэр, я на дежурстве все четыре дня визита Жеримского.

— Возможно, я увижу вас позднее, Билл. Если у вас появятся новые сведения о Фицджералде, сразу же сообщите мне.

— Конечно, сэр, — кивнул Брэйтуэйт, поворачиваясь, чтобы уйти.

Через несколько минут Лоуренс и Ллойд вышли к южному портику, где их ждали девять лимузинов с включенными двигателями. Сев на заднее сиденье шестой машины вместе с Ллойдом, президент повернулся к нему и спросил:

— Где, по-вашему, он скрывается, Энди?

— Понятия не имею, сэр. Но если бы я это знал, я бы, наверное, попросился в команду Брэйтуэйта и помог ему бежать.

— Почему мы не можем найти такого человека и назначить его директором ЦРУ?

— Мы могли бы это сделать, если бы Джексон был жив.

Лоуренс посмотрел в окно. Что-то мучило его с тех пор, как он уехал со стадиона. Но когда он подъехал к воротам российского посольства, он так и не мог вспомнить, что это было.

— Почему он выглядит таким недовольным? — спросил Лоуренс, увидев, что Жеримский нетерпеливо расхаживает взад и вперед перед зданием посольства.

Ллойд посмотрел на часы.

— Вы опоздали на семнадцать минут, сэр.

— Подумаешь! — хмыкнул Лоуренс. — После того, что случилось! Ему вообще чертовски повезло, что он остался жив.

— Вряд ли вы можете извинить этим свое опоздание, сэр.

Кортеж подкатил прямо к российскому президенту. Лоуренс вышел из машины и сказал:

— Привет, Виктор! Извините, что я на несколько минут опоздал.

Жеримский даже не постарался скрыть свое недовольство. Холодно пожав руку Лоуренсу, он повел его в посольство и вверх по лестнице в «Зеленую гостиную», не сказав ни слова. Затем он сухо извинился и отошел, оставив Лоуренса на попечение египетского посла.

Лоуренс оглядывал зал, пока посол пытался заинтересовать его выставкой египетских древностей, открывшейся недавно в помещении Смитсоновского института.[57]

— Да, я пытаюсь найти брешь в своем расписании, чтобы сходить на эту выставку, — сказал президент. — Все говорят мне, что она совершенно великолепна.

Египетский посол весь расцвел. Но тут Лоуренс вдруг увидел человека, которого искал. Ему пришлось пообщаться с тремя послами, двумя женами и политическим корреспондентом «Правды», пока он добрался до Гарри Ноурса, не вызвав излишних подозрений.

— Добрый вечер, господин президент, — сказал министр юстиции. — Вы, должно быть, довольны исходом сегодняшнего матча?

— Да, Гарри, — ответил Лоуренс. — Я же говорил, что «Упаковщики» всегда и везде могут побить «Краснокожих». — Он понизил голос. — Я хочу видеть вас у себя ровно в полночь. Мне нужен ваш совет по юридическому вопросу.

— Конечно, сэр, — тихо сказал министр юстиции.

— Рита! — президент повернулся к жене Кука. — Я был так рад пообщаться с вами сегодня днем.

Миссис Кук улыбнулась. В это время прозвучал гонг, и дворецкий объявил, что ужин вот-вот подадут. Гул смолк, и гости двинулись в бальный зал.

Лоуренса посадили между женой посла госпожой Петровской и Юрием Ольгивичем, который только что был назначен главой российской торговой делегации. Президент быстро обнаружил, что Ольгивич совсем не говорит по-английски: это, видимо, был еще один тонкий намек Жеримского на его отношение к расширению торговли между Россией и Соединенными Штатами.

— Вы, должно быть, очень довольны результатом сегодняшнего матча, — сказала госпожа Петровская, когда подали борщ.

— Конечно, — сказал Лоуренс. — Но боюсь, что большинство зрителей не были согласны со мной.

Госпожа Петровская засмеялась.

— Вы хорошо понимали игру? — спросил Лоуренс, беря в руку ложку.

— Не очень, — ответила она. — Но мне повезло: меня посадили рядом с мистером Уошером, который с готовностью отвечал на все мои вопросы.

Президент опустил ложку, еще не начав есть. Он посмотрел через стол на Энди Ллойда и подпер кулаком подбородок: это был знак, что он хочет немедленно поговорить с ним.

Ллойд пробормотал несколько слов своей соседке, сложил салфетку, положил ее на стол и подошел к президенту.

— Мне нужно сейчас же поговорить с Брэйтуэйтом, — прошептал Лоуренс. — Я думаю, что знаю, как найти Фицджералда.

Ллойд выскользнул из зала, не сказав ни слова. У президента убрали борщ.

Лоуренс пытался сосредоточиться на том, что говорит ему жена посла, но не мог перестать думать о Фицджералде. Она сказала ему, как ей будет недоставать Соединенных Штатов, когда муж выйдет на пенсию.

— И когда это будет? — спросил Лоуренс, нимало не интересуясь ее ответом.

— Примерно через полтора года, — ответила госпожа Петровская, когда перед президентом поставили блюдо холодной говядины. Он продолжал разговор, когда один официант подал ему овощи, а другой через несколько секунд — картошку. Он поднял нож и вилку, когда в зал вошел Энди Ллойд и подошел к президенту.

— Брэйтуэйт ждет вас на заднем сиденье кадиллака.

— Надеюсь, ничего не случилось? — спросила жена посла.

— Ничего важного, Ольга, — заверил ее Лоуренс. — Они просто не могут найти мою речь. Но не волнуйтесь, я точно знаю, где она находится. — Он встал и вышел; Жеримский следил за каждым его шагом.

Лоуренс спустился по лестнице, вышел в парадную дверь посольства, сбежал по ступенькам и сел на заднее сиденье шестой машины.

— Билл, если Фицджералд все еще на стадионе, есть один человек, который может знать, где он. Найдите мистера Уошера по кличке «Мопс»: я уверен, он вам поможет найти Фицджералда.

Лоуренс открыл дверцу и вышел из машины.

— Ладно, Энди, — сказал он. — Пошли назад, чтобы они не узнали, что мы замышляем.

вернуться

57

Смитсоновский институт — научное учреждение в Вашингтоне, открытое в 1846 году на средства, оставленные правительству США по завещанию английским химиком и минералогом Джеймсом Смитсоном (1765–1829). Институт включает ряд музеев (Национальная художественная галерея, музей авиации и космонавтики, исторический музей и др.), а также устраивает выставки.

66
{"b":"221862","o":1}