ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Движение ихэтуаней не было по своей сути прогрессивным — его идеи вообще отвергали прогресс на европейский манер. Но это движение было справедливым и оправданным в своей главной идее: Китай должен принадлежать китайцам, и его потенциал — развитой ли, неразвитой — должен использоваться на благо народа Китая, а не европейцев. И с этой идеей, говоря по чести, не согласиться нельзя.

Поэтому антибоксерская интервенция — это исключительно позорная страница в истории западной цивилизации и России. Однако для Запада эта интервенция была единственной возможностью сохранить тотальное доминирование в Китае, экономически для Запада крайне выгодное — ведь обосновался к тому времени иностранный капитал в Китае со вкусом.

Хотя...

Хотя неудобства и конфликты не исключались. Так, первая германская компания появилась там в 1842 году, но в 1919 году, после поражения Германии в Первой мировой войне, другим собственникам были переданы 273 германские фирмы.

К 20-м годам XX века по данным Китайского национального банка позиции иностранного капитала были таковы:

СтранаКапитал в млн $Число зарегистрированных фирм
Франция?181
Германия100319
США200574
Япония10008926
Великобритания1750682

Думаю, уважаемый читатель, что особой нужды комментировать эту таблицу нет. Разве что можно прибавить, что Англия и Франция в Китае влияние постепенно утрачивали, а остальные члены компании, представленной в таблице, свое влияние укрепляли.

Немцы и американцы действовали маркой и долларом, а японцы подкрепляли иену штыком. При этом янки не только напористо внедрялись в Китай, но, проявляя дальновидность, очень внимательно и умно к Китаю приглядывались.

Вот пример из времен не очень близких, но и не очень давних... В начале 30-х годов XX века в Китай приехал со своего рода инспекцией финансовый магнат из Бостона Рассел Грин Фессенден.

Ему было поручено разработать для Белого дома генеральные направления политики США в Китае на ближайшее десятилетие. Сообщивший это немецкий публицист Юлиус Мадер даже в 80-е годы XX века подчеркивал: «Меморандум Фессендена и по сегодняшний день опубликован приблизительно только наполовину, остальное осталось за плотными дверьми кабинетов сенаторов и менеджеров в качестве вспомогательной информации».

XX век нес Китаю не просто какие-то «сезонные» изменения в политической погоде, но явно обещал полную перемену политического климата. Маньчжурская династия выдыхалась, Китай начинали разъедать язвы сепаратизма. Да и социальные язвы растравлялись все сильнее.

И еще до нашего Октября 1917-го — 10 октября 1911 года в Китае началась революция. В 1912 году образовался Гоминьдан Сунь Ят-сена — деятельная партия не только национальной буржуазии, но и вообще всех китайских националистов, в том числе левого толка.

К сожалению, мы, европейцы, заражены неким европоцентризмом. Все, что происходило не в Европе или в Америке, — это, в нашем представлении, немного «не той системы», это не так «первосортно» по значению для судеб мира, по накалу страстей, по увлекательности, наконец...

Возможно, впрочем, я возвожу напраслину на других, переваливая со своей головы больной да на здоровые головы читателей?

Что ж, если так — виноват. Но что касается меня, то надо было «въехать» в историю «желтого» Востока, работая над этой книгой, да еще и самому побывать в Китае, чтобы понять — ничем накал и закрученность восточных исторических страстей не уступают европейским.

«Котел» истории давно кипел (да и кипит) в Китае, Японии и Корее бурно и непрерывно... И кипит он тем более бурно, что политические «дровишки» в огонь под этим «котлом» то и дело подбрасывали и подбрасывают отнюдь не только сами азиаты.

Я все это к тому, что в десятые годы XX века, в преддверии Первой мировой войны в Европе, Дальний Восток вообще и Китай в частности были тоже накануне важнейших событий далеко не регионального значения. И в Китае, и на всем Дальнем Востоке шли такие процессы, которые в перспективе меняли лицо мира ничуть не менее значимо, чем процессы, шедшие на пространствах по обе стороны от Ла-Манша до Волги и до Потомака...

Маньчжурская цинская династия, по сути, себя исчерпала... Регентша Цы Си (стерва, пардон, еще та), придворная клика и чиновничество (или — «циновничество»?) империи, находящейся в стадии завершающего маразма, ситуацию уже не контролировали.

Впрочем, сами-то они так не считали...

За семь лет до начала нового века Китаю пришлось пройти испытание войной с Японией, и он этого испытания не выдержал.

Китаю, правда, «помогли» тогда как-то выпутаться из ситуации Россия, Германия и Франция, однако поражение в китайско-японской войне 1894 — 1895 годов было стратегическим предвестием конца монархии. На рубеже веков Китай сотрясало то Ихэтуаньское восстание, которое задавили лишь объединенными усилиями коронованной и «демократической» сволочи со всего мира.

Впрочем, опыт взаимодействия верховной власти Китая и Запада для подавления широких народных движений был накоплен уже до этого. Уже для подавления движения тайпинов, пик которого пришелся на годы после последней «опиумной» войны, режим Цы Си привлекал «всегда побеждающую армию» под началом англичанина Гордона.

Сегодня даже в России некоторые историки пытаются представить Цы Си умным, дальновидным и тонким политиком. И в их изображении Цы Си напоминает некий китайский аналог русской правительницы Софьи — амбициозной сестры будущего Петра Великого. И некое сходство тут, пожалуй, усматривается — в полной неспособности режима Цы Си (как и режима Софьи) предотвратить деградацию собственной страны. А Китай — держава потенциально великая — деградировал.

Уродливость общественных процессов в нем и проявилась в . буйствах ихэтуаней. Но еще до этого восстания в Китае произошло несколько событий — некоторые из них имели далеко идущие последствия...

Так, за четыре года до восстания, в 1895 году, министр финансов России Витте (опять и опять — он!) устроил для Китая заем под русской гарантией на парижском денежном рынке (читай — при участии еврейских банкиров Франции) и создал Русско-китайский банк.

В 1896 году по уже упомянутому договору с Россией, инициатором которого был все тот же Витте, Китай соглашается на проведение по его территории в Северной Маньчжурии одного из участков русской Сибирской железной дороги — знаменитой впоследствии КВЖД (расшифровка этой аббревиатуры читателю уже известна).

В ноябре 1897 года в провинции Шаньдун были убиты два католических миссионера — как раз в той зоне, где католические духовные миссии находились под покровительством Германии... Берлин давно искал повод для действий определенного рода, и повод теперь был... Германская эскадра вошла в бухту Цзяочжоу и высадила десант. В начале марта 1898 года Германия заключила с Китаем договор об аренде района Цзяочжоу сроком на 99 лет. Так создавалась опора рейха в Китае — военно-морская база Циндао.

Вскоре, 27 марта 1898 года, уже Россия по конвенции с Китаем получила на 25 лет в аренду порт Люшунь (Порт-Артур) и порт Далянь (Дальний). И этот факт мы выделим особо, потому что о нем нам предстоит немало поговорить в дальнейшем.

В соответствии со статьей 4 конвенции на арендуемой территории «все военное командование сухопутными и морскими силами, а равно и высшее гражданское управление будет всецело предоставлено русским властям...»

Порт-Артур объявлялся исключительно военным портом с правом использования только русскими и китайскими судами.

14
{"b":"221882","o":1}