ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Посмотрите на любого из тех, кто сегодня являет собой власть — ну, хотя бы на тех же Путина и Медведева.

Разве взгляд их глаз — это взгляд человека?

Это — взгляд нелюди…

Хищный зверь не виноват в том, что он хищник и время от времени лишает жизни других носителей жизни. Однако с нелюдъю всё обстоит иначе. Объективные обстоятельства не вынуждают нелюдъ стремиться к руководящим постам и занимать их, вести телевизионные дискуссии, создавать духовно ущербные «художественные» произведения и т. п., иными словами — играть в человеческом обществе те или иные заметные роли.

Поэтому, хотя людям-нёлюдям принципиально недоступны нравственные понятия (так же как хищнику не свойственно вегетарианство), будет общественно ошибочным и недопустимым освободить нелюдей от социальной ответственности.

Нелюдям нельзя позволять стремиться к иному общественному положению, кроме рядового и незаметного.

За тысячелетия развития человечество выработало чёткие критерии нравственной и прочей оценки социального поведения тех или иных членов общества. И когда оценка по этим критериям выявляет в формальном homo sapiens — нелюдъ, это должно иметь определённые организационные и правовые последствия для нелюди.

В СССР, если человек проворовался, он мог после отбытия наказания стать хоть великим учёным или великим композитором, но вот занимать должности, связанные с материальной или финансовой ответственностью, он не имел права по закону!

Нечто подобное в нормальном обществе должно быть предусмотрено и против людей-нелюдей. Они могут совершенствоваться — хотя способны ли они совершенствоваться? — в садоводстве, в работе станочниками, доярками, дворниками и т. д., но должны быть лишены права влиять на жизнь общества даже в сфере культуры, но прежде всего — в сфере управления теми или иными сторонами жизни общества.

Если управленец работает не во имя процветания народных масс, он должен быть лишён права управлять людьми раз и навсегда!

Последняя мысль, между прочим, не так уж неожиданна. В газете «Советская Россия» в 2011 году было опубликовано открытое письмо бывшего члена редколлегии «Комсомольской правды» в советские времена, редактора отдела литературы и искусства Юрия Гейко своему бывшему другу, зятю Ельцина Валентину Юмашеву, «бывшему капитану «Алого паруса» «Комсомольской правды».

Это письмо — любопытный документ нашего Мутного времени, и я ещё буду на него ссылаться. Так вот Юрий Гейко пишет:

«Валя, у меня нет претензий к Путину. А уж тем более к Медведеву. Потому что они — добросовестные продолжатели дела, начатого вами: Ельциным, тобой, твоей командой.

А ИМЕННО — НАБИВАНИЕ КАРМАНОВ, РАЗГРАБЛЕНИЕ РОССИИ И ПРЕВРАЩЕНИЕ ЕЁ В ГИГАНТСКИЙ ГОНДУРАС.

Если они такой цели не ставят, а просто таким представляют себе капитализм и рыночные отношения, то они — профнепригодны (выделение жирным курсивом моё. — С.К.)».

Рассуждения Юрия Гейко в политическом отношении наивны и полны интеллигентских иллюзий о возможности иного, не зверского образца, капитализма. Однако насчёт профессиональной непригодности нынешних «кремлевских страдальцев» им всё сказано верно.

Профессионально же непригодные к тому или иному виду профессиональной деятельности не имеют права ею заниматься.

Никому не придёт ведь в голову поставить великого, но слепого Гомера на капитанский мостик океанского лайнера. Так допустимо ли иметь неспособных к управлению, профессионально непригодных лиц во главе великой страны?

Тем более что те же Путин с Медведевым далеко не Гомеры, да и задачи на их постах посерьёзнее, чем у капитана любого судна.

Единственно общественно оправданным действием нынешних обитателей Кремля и всех, с ними системно связанных, был бы их немедленный уход со своих постов, их добровольная отставка с последующим назначением свободных выборов.

Между прочим, с мыслями Юрия Гейко перекликается и такое, например, рассуждение:

«Если бы была задана психологическая задача: как сделать так, чтобы люди нашего времени. совершали самые ужасные злодейства, не чувствуя себя виноватыми, то возможно только одно решение: надо, чтобы было то самое, что есть, надо, чтобы эти люди были губернаторами. офицерами, полицейскими, то есть чтобы, во-первых, были уверены, что есть такое дело, называемое государственной службой, при котором можно обращаться с людьми, как с вещами, без человеческого, братского отношения к ним, а во-вторых, чтобы люди этой самой государственной службой были связаны так, чтобы ответственность за последствия их поступков с людьми не падала ни на кого отдельно.

С вещами можно обращаться без любви: можно рубить деревья, делать кирпичи, ковать железо без любви; но с людьми нельзя обращаться без любви. Правда, что человек не может заставить себя любить… но из этого не следует, что можно обращаться с людьми без любви, особенно если чего-нибудь требуешь от них. Не чувствуешь любви к людям — сиди смирно. занимайся собой, вещами, чем хочешь, но только не людьми.»

Это прямо обращено к нынешним обитателям Кремля, хотя сказано более ста лет назад Львом Толстым в его романе «Воскресение». Напомню, что название романа означает не день недели, а процесс духовного воскресения главного героя — князя Дмитрия Нехлюдова.

Не исключено, правда, что я возвожу на Путина, Медведева и компанию напраслину. Очень может быть, что они как раз предельно профессиональны, но — в деле уничтожения, а не развития России. Однако с позиций интересов России это всё равно — как созидатели нынешние кремлёвские сидельцы профессионально непригодны.

А при этом они, как и все остальные представители нынешнего «россиянского» «бомонда», — безнравственны.

Они так же не в состоянии руководствоваться интересами народа, доверившегося им, как не в состоянии оглянуться назад крокодил. Они не способны на человеческие реакции так же, как не способен на них пресловутый Терминатор Арнольда Шварценеггера, и даже менее его.

С бесстрастием робота-убийцы они уничтожают всё могучее, доброе и человечное в жизни земли, на которой были рождены, но которая так и не стала для них Родиной. С бесстыжестью профессионального шулера они поддерживают всё и вся, что разрушает, истощает и унижает Отечество. Они всегда были по ту, тёмную, зловещую сторону жизни общества.

Они никогда не служили народу и, значит, не могут изменить ему.

Они — антиобщественные нарушители всех основных норм человеческого общежития. И поэтому некая социальная защита общества от них необходима.

Я имею в виду, конечно, не казни, не тюрьмы и тому подобное. Но вот запрет на профессию управленца для тех, кто не оправдывает доверия народа и злоупотребляет им в личных или клановых интересах, давно общественно назрел.

На тему нелюди и нынешнего лилипутского Кремля профессионально непригодных некрофилов мы ещё поговорим — позднее.

А сейчас — об этих самых некрофилах.

Глава 3. Возлюбившие смерть

«РОССИЯНСКОЕ» либеральное общество состоит из поголовных социальных некрофилов.

В узко медицинском смысле некрофилией (греч. «любовь к мёртвому») называют специфические сексуальные или психические извращения. Однако в XX веке этот термин получил и более широкое толкование. В частности, он был использован известным немецко-американским социологом и психологом-неофрейдистом Эрихом Фроммом в его книге «Анатомия человеческой деструктивности».

Фромм дал определение некрофилии не в медицинском, а в характерологическом смысле:

«Это — страстное влечение ко всему мёртвому, больному, гнилостному, разлагающемуся; одновременно это страстное желание превратить всё живое в неживое, страсть к разрушению ради разрушения; а также исключительный интерес ко всему чисто механическому (небиологическому). Плюс к тому это страсть к насильственному разрыву естественных биологических связей.»

Вряд ли сам Фромм понял, что он дал блестящее характерологическое определение современной мировой «элиты», сплошь состоящей из нелюдей. Тем не менее наблюдения Фромма настолько интересны, а его выводы настолько убийственны для капиталистической «элиты», что не могу удержаться от приведения ряда цитат из книги Фромма:

19
{"b":"221886","o":1}