ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Органический фарисей и лицемер, Никита Михалков «размышляет»:

«На шевронах русских офицеров было вышито: «За Веру, Царя и Отечество». Это триединство и было тем, за что русский солдат и русский офицер могли отдать жизнь. Что сегодня можно написать на шевронах русских офицеров?»

Одна эта михалковская фраза зачёркивает все советские, то есть наиболее славные страницы воинской истории Отечества!

Выпускники советских суворовских училищ, выходя затем из стен советских военных офицерских училищ, не

имели на рукавах шевронов, зато имели в сердце гордость за Родину, а в руках — надёжное современное, лучшее в мире оружие, чтобы её защищать.

Нынешние «россиянские» кадеты и офицеры носят на рукавах шевроны, но скоро, кроме этих шевронов и попахивающих мертвечиной «знамён» с двуглавым орлом, не будут иметь ничего — нив душе, ни в Вооружённых Силах — из того, что составляет оборонную мощь страны.

Михалков-старший дал стране человечный образ дяди Стёпы — воина, защитника Родины и хранителя покоя советских людей.

Михалков-младший спокойно взирает на то, как его кремлёвские приятели готовы отдать страну под полицейскую пяту нового Держиморды.

«Дорогой Никита Сергеевич» лицемерно «сетует»:

«А двойные стандарты, социальное неравенство, имущественное расслоение и коррупция, среди которых мы живём? И при всём этом «глубокомысленные» рассуждения: может или не может, должен или не должен следователь отпускать подозреваемого в убийстве?.. Я не нытик и не диссидент. Именно тот, кто любит свою страну, обязан видеть её болевые точки и говорить о них вслух».

Да, обязан!

Вот и Марк Твен нас в этом убеждает — я чуть ниже напомню читателю мнение великого писателя на сей счёт.

Но главными болевыми точками страны являются не коррупция и даже не двойные стандарты, не социальное неравенство и имущественное расслоение!

Главными болевыми точками страны являются капитализм и «приватизация» национальных богатств и экономики страны, логическим результатом которых стали коррупция, двойные стандарты, социальное неравенство, имущественное расслоение и все остальные «россиянские» социальные гнойники!

Если Никита Михалков этого не понимает, то рекомендую ему начать даже не с изучения азбучных работ

Маркса, Энгельса, Ленина и Сталина, а с чтения лучших стихов своего собственного отца.

Не мешает лучшему другу «россиянских» «президентов» Никите Михалкову, а с ним и всем «дорогим россиянам» знать также следующий факт.

В 2002 году известный «глобалист» и нобелевский лауреат Джозеф Штиглиц безмятежно признал, что Международный валютный фонд прямо поддерживал приватизацию в России через коррупционные залоговые аукционы, «поскольку коррупция способствовала благой цели — переизбранию Ельцина (в 1996 году. — С.К.)».

Умри — лучше не скажешь!

Через пятнадцать лет после того, как «благая цель» была достигнута, журналист Юрий Гейко, бывший друг зятя Ельцина Валентина Юмашева, в своём открытом письме Юмашеву напишет:

«Знаете ли вы там, наверху, как вас всех внизу ненавидят?

Или «аристократы» «Михалковы» и иже с ними деятели искусства, счастливые от приближённости к «телу», поют вам в уши другие, восторженные песни? Так тут всё просто: их доходы, Валя, от власти зависят. И результаты не заставляют себя ждать: два самых дорогих (и самых бездарных в расчёте на рубль вложенных средств. — С.К.) фильма последних лет сняли режиссёры одного семейства.

А Андрей Макаревич, бунтарь и рокер в прошлом, — благочинно переговорив с премьером о собачках. а потом ещё и приняв в своём клубе-ресторане президента, предложен в состав директоров главного телелжеца страны. Он, рокер, бунтарь (Ну-ну. — С.К.) в прошлом, уже по куршевелям ездит. Какое позорище!.»

Позорище-то позорище, но не для юмашевых, Путиных, Медведевых, макаревичей, Михалковых и михалковых-кончаловских.

Ведь, для того чтобы испытывать чувство позора и стыда, надо иметь стыд и совесть!

А нынешняя «элита» и совесть — вещи несовместные.

«Куршевели» и вылизывание тарелок для «начальства» — единственно логичный итог всей предыдущей жизни бездарного, зато насквозь антисоветского якобы бунтаря Макаревича.

Это ведь макаревичей уже в брежневские времена пестовали будущие «прорабы перестройки» из «пятой колонны» и их западные «кураторы». Принцип же отбора нужных «бунтарей» был взят старый, принятый в гитлеровском абвере: «Отбросов нет, есть кадры!»

В 1878 году, задолго до возникновения первой страны социализма, где как главный общественный приоритет была выдвинута задача раскрепощения личности и её свободного развития, выдающийся английский писатель Роберт Луис Стивенсон писал:

«Будем по мере сил учить народ радости. И будем помнить, что уроки должны звучать бодро и воодушевлённо, должны укреплять в людях мужество».

Писал Стивенсон и так:

«Две обязанности возлагаются на всякого, кто избирает литературную профессию: быть верным действительности и изображать её с добрым намерением».

Во времена Стивенсона ещё не было даже кинематографа, не говоря уже о телевидении, и литература обладала наибольшим потенциалом воздействия на общество, имея несомненные преимущества даже перед театром. Поэтому Стивенсон (сам к тому же литератор) подчеркнул общественную ответственность именно литераторов.

Но требования Стивенсона применимы в ещё большей степени к кинорежиссёрам и сценаристам, к деятелям телевидения и, как и прежде, конечно же, — к литераторам.

Кто из нынешних «россиянских» «деятелей культуры», из представителей «творческой элиты» хоть как-то отвечает требованиям Стивенсона и других западных гуманистов?

А ведь и русская культура дала нам нормативные образцы высокого гуманизма! Ломоносов. Пушкин. Гоголь. Некрасов. Тургенев. Островские — Алексей и Николай. Толстые — Лев и Алексей. Чехов. Горький. Маяковский. Есенин. Твардовский. Шолохов.

Кто из нынешних формальных «наследников русской культуры» в своём «творчестве» руководствуется добрыми намерениями, кто может считаться духовным наследником великих?

Валентин Распутин — дважды «лауреатски» обласканный вначале горбачёвским, а сейчас путинским Кремлём? Ну, это двуглавым «курам» на смех!

Конечно, есть и иные, но они сейчас в абсолютном меньшинстве. И каждый деятель современной культуры, не спустивший знамени борьбы за Человека и за укрепление в людях духовного мужества и добрых намерений, — прямой духовный антипод «дорогого Никиты Сергеевича» и прочих, иже с ним обретающихся в начальственных прихожих.

Увы, абсолютное большинство нынешней «творческой элиты» идёт в одном ряду с «дорогим Никитой Сергеевичем».

ВПРОЧЕМ, сегодня понятие «творческой элиты» всё более размывается. Вот взятый наугад, случайно оказавшийся под рукой обычный номер газеты «МК» (бывший «Московский комсомолец») от 1 февраля 2011 года. Полосной материал о группе «ПАющие трусы», который сопровождает коллективная фотография пяти «НАющих» задов, едва прикрытых рудиментами трусов.

Симпатичные, но абсолютно бесстыжие (потому что их в бесстыдстве воспитали), матерящиеся в микрофон под «музыку», социально безответственные (хотя они этого и не сознают) девушки.

Выросли при абсолютно бесстыжем режиме, сформированы абсолютно бесстыжим режимом.

Это ведь тоже результат абсолютно бесстыжей клеветы на СССР и социализм, которая давно стала фирменной маркой «россиянской» «элиты».

Возможно, «дорогой Никита Сергеевич» при взгляде на «НАющую» полосу «МК» и поморщится, но к возникновению эпохи «ПАющих трусов» он имеет отношение прямое и непосредственное. Он тоже абсолютно бесстыж и тоже абсолютно лишён подлинного гражданского чувства.

Задолго до возникновения на планете СССР — страны, где чувство гражданской ответственности стало этической и даже юридической нормой, великий буржуазный демократ (впрочем, явственно эволюционировавший в сторону социалистических идей) Марк Твен писал:

«Гражданин, который видит, что политические одежды его страны износились, и в то же время молчит, не агитирует за создание новых одежд, не является верным родине гражданином, — он изменник. Его не может извинить даже то, что он, быть может, единственный во всей стране видит изношенность её одежд. Его долг — агитировать, несмотря ни на что.»

37
{"b":"221886","o":1}