ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

В условиях социализма именно Коммунистическая партия — как идейный авангард общества — должна быть инициатором также периодических политических реформ, то есть таких политических и конституционных преобразований, которые, не затрагивая основ существующего социалистического строя, способствовали бы укреплению и развитию этого строя.

В 1992 году, сразу после поражения социализма в СССР, бывший член Политбюро ЦК КПСС Егор Лигачёв, оказавшийся одним из хотя и невольных, но активных пособников этого поражения, сетовал: «Ну, какие мы были политики! Мы были хозяйственники!»

А что? Коммунисты, находящиеся у политической власти, и должны быть прежде всего хозяйственными организаторами! Хотя и политиками они обязаны быть тоже — пока социализм не стал единственной общественной системой в мире.

Однако коммунисты, борющиеся в буржуазном обществе за политическую власть в интересах трудящихся, обязаны быть прежде всего, а в определённых условиях — только и исключительно, политиками.

ЕСТЬ и ещё один очень важный момент, касающийся деятельности Компартии в условиях капиталистической России.

Коммунисты, не имеющие при капитализме государственных возможностей влиять на жизнь общества, могут влиять на неё только политическими методами агитации и пропаганды. А особенно это верно в отношении депутатов Государственной Думы от КПРФ.

Личным примером они ежедневно должны показывать и доказывать, что только коммунисты не являются и не будут являться элементом существующей политической системы, что коммунисты открыто рассматривают себя как антагонистов этой системы и считают, что интересам народа отвечает не то или иное реформирование буржуазного частнособственнического строя, а его замена на социалистический строй, где права на все национальные богатства и основные средства производства принадлежат трудящимся.

Всего этого зюгановское руководство КПРФ не только не разъясняет стране, но, судя по всему, и не понимает.

И поэтому ему тоже пора уходить — не так, конечно, как «кремлёвским сидельцам» с их лилипутским политическим кругозором. Безусловно, государственный потенциал того же Геннадия Зюганова объективно немал, его не сравнить с «потенциалом» «байкера» Путина или «юриста» Медведева. В отличие от нравственных и интеллектуальных пигмеев в Кремле Геннадий Андреевич Зюганов вполне может пригодиться новой Советской стране.

Однако драматичность, почти трагичность ситуации заключается в том, что Геннадий Зюганов и КПРФ под его руководством не способны и никогда не будут способны дать нам новую Советскую страну, привести Россию к новому социализму, к новой Советской власти.

Вечный кандидат в президенты, Зюганов может быть только «вечно вторым», что, впрочем, его вполне устраивает.

Не говоря уже о нынешнем Кремле.

Сегодня только одна политическая партия, а именно — КПРФ, сохраняет более чем солидный потенциал развития. Но её политическое будущее зависит от того, приобретёт ли она отсутствующую у неё сегодня способность выстраивать систему приоритетов, целей и действий, отвечающую коренным интересам народа.

Способен ли на это Геннадий Зюганов?

Увы, нет.

Но если нынешним хозяевам Кремля народ под руководством обновлённой КПРФ должен сказать: «Уходите!», то нынешнему лидеру КПРФ надо сказать: «Отойдите в сторону, Геннадий Андреевич! Не будьте камнем преткновения на пути к новой Советской власти.

А уж когда мы её восстановим, то и для вас в ней найдётся достойное и весомое место».

* * *

ВЫШЕ даны различные «срезы» нынешней «элиты», и выглядят все они весьма непривлекательно.

Это — коллективный портрет высокопоставленных предателей Родины или, в «лучшем» случае, бесхребетных соглашателей, не противодействующих предателям.

Но как избежать предательства «элиты»?

Да очень просто — не создавать её.

В своё время был выдвинут актуальный лозунг «ликвидации кулачества как класса». Это означало не физическую ликвидацию кулаков, а системную ликвидацию такого социального явления, как кулачество.

Вот так же — как социальное явление, должна быть ликвидирована и «элита».

Должны быть ликвидированы сами условия, в которых становится возможным появление «элит», то есть система привилегий и необузданных доходов. Тот, кто обладает большими, чем средние, способностями, должен получить от общества прежде всего возможность их проявлять и развивать на благо всего общества.

Учёный должен иметь современные средства исследования, великий скрипач — скрипку Страдивари, писатель — хорошую библиотеку и возможность получения новых впечатлений, блестящий организатор — подходящую ему по плечу должность.

Но в любом случае самый талантливый и гениальный человек не может и не должен претендовать на большее, чем комфорт. На роскошь не имеет права ни один человек, кроме актёра на съёмках «костюмного» исторического фильма.

История даёт нам примеры множества гениев, которые выдвигали великие идеи, творили, открывали новые законы природы, создавали новые научные теории и изобретали новаторские конструкции в более чем скромных, атои нищенских условиях. Это, конечно, не основание для того, чтобы подобное и сейчас было нормой. Нормальное общество обязано ценить, уважать и поощрять свои таланты. Собственно, иначе оно не заслуживает названия нормального общества.

Однако таланты при этом обязаны не переоценивать самих себя и отдавать себе отчёт в том, что они могут рассчитывать на все виды благодарности общества только до тех пор, пока дают обществу больше, чем от него получают.

Иначе неизбежны деградация как общества, так и самого таланта!

Вначале деградирует человек.

Затем — угасает вложенная в него Божья искра.

Затем деградирует общество.

Глава 5. Народ России — самоубийца?

В СЕРЕДИНЕ 90-х годов, когда Советская власть уже пала, одна, не очень-то лояльная к Советской власти старая москвичка (да и как ей было не быть старой и быть лояльной, если она была в 1917 году юной княжной?) зло заявила: «Советская власть дала русскому народу всё. А он эту власть проср. л»

Что ж, грубо, но — по существу.

Да, если оценивать поведение народных масс начиная с лета 1991 года, но особенно — с зимы 1993 года, со знаменитого референдума «Да, да, нет, да», то в цензурных выражениях сделать это сложно.

В мировой истории не было до этого случая, когда бы народные массы не просто согласились на ликвидацию важнейших социальных завоеваний их дедов и прадедов, но взахлёб, с горящими глазами, активно способствовали быэтой ликвидации!

Во всех странах на всех континентах на протяжении мировой истории были бедные и богатые, и одни боролись против других: бедные хотели своё положение улучшить, богатые стремились этого не допустить, потому что улучшить положение бедных можно лишь за счёт уменьшения доходов богатых.

Средневековый еврейский диссидент Моисей бен-Маймонид точно заметил, что если кто-то имеет доход, не работая, то это означает, что кто-то работает, не имея дохода.

Доход от трудовой деятельности бедных, конечно, был, но его полностью или частично присваивали себе — силой или «по закону» — богатые.

В борьбе против богатых за лучшую долю народы пролили моря крови — своей, народной.

Причём очень не сразу и далеко не всегда борьба народов за свои права увенчивалась успехом. Под напором бедных богатые порой отступали, но при первой же возможности стремились отвоевать свои привилегии и топили волю народов в крови — народной.

За лучшую долю восставали против богатых античные рабы, ведомые Спартаком и Савмаком, английские крепостные под предводительством Уота Тайлера, германские крестьяне во главе с Томасом Мюнцером, русские под рукой Болотникова, Разина, Пугачёва.

Крестьянские войны в Германии, многовековая Жакерия во Франции, крестьянские восстания в средневековом Китае, Испании, Индии и восстания городской бедноты в Италии, Фландрии, Нидерландах, революции во Франции и в Англии — история завоевания народом своих прав в борьбе против богатых уходит в глубь не то что веков, но тысячелетий.

42
{"b":"221886","o":1}