ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Только коммунисты безоговорочно стоят на платформе социализма, Советской власти, национализации средств производства и банков, ликвидации института частной собственности и буржуазной «культуры».

Во имя этой цели коммунисты могут идти на тактические компромиссы с теми политическими силами, которые так или иначе выступают против существующего строя. Но сегодня в Российской Федерации почти нет таких потенциально союзных сил, с которыми коммунисты могли бы блокироваться даже тактически. Все крупные некоммунистические политические силы, так или иначе критикующие Кремль, например — «партия» «Справедливая Россия», являются порождением капитализации России и не могут быть союзниками коммунистов в их борьбе против капитализма.

Такая позиция — единственно верная и перспективная для политиков трудящегося большинства!

Только коммунисты (если это коммунисты) не болтают о «едином народе», о «нации» и «национальной идее», а проводят чёткий раздел между интересами праздных собственников и интересами народной массы.

Только коммунисты всегда, во всём и до конца стоят исключительно на позициях перехода власти и прав собственности на все национальные богатства и средства производства в руки трудящихся.

А что же Геннадий Зюганов, официальный «коммунист № 1» России?

Передо мной «элитный» журнал «Профиль», распространяемый в салонах первого и бизнес-классов авиакомпаний «Аэрофлот», «Сибирь» и группы компаний «Ист лайн», № 36 от 4 октября 2010 года.

Страница 26 — интервью с лидером КПРФ Зюгановым с подзаголовком: «Жёсткий критик режима Геннадий Зюганов призывает не разрушать «сакральность власти».

Ну-ну.

У излюбленного «элитой» слова «сакральный» вообще-то два значения: 1) священный, относящийся к религиозному культу или ритуалу (лат. sacristia — святыня) и 2) крестцовый, относящийся к крестцу (лат. os sacrum — крестец).

Интересно, в каком значении употребил слово «сакральность» лидер КПРФ?

Говорить о сакральности нынешней кремлёвской власти в первом значении, то есть о священности этой власти, не приходится.

Если же учесть, через какую часть тела «руководит» страной Кремль, то употребление слова «сакральность» по отношению к власти, может быть, было бы и справедливым — во втором его значении. Но вряд ли лидер КПРФ имел в виду это, потому что сам пояснил: «Я говорил кремлёвцам: не разрушайте то, что называется сакральностью власти. В России ещё сохранилось это понятие. Уважение к власти — это одна из скреп государственности.», и т. д.

Ну и ну!

Ай да коммунист Зюганов! Можно ли представить ситуацию, когда коммунист Ленин стал бы рассуждать о «сакральности» власти царя Николая? Глупость? Вот то-то и оно, что глупость, а в отношении Геннадия Андреевича Зюганова — реальность. Вместо того чтобы заявить: «Я так и сказал кремлёвцам: мотайте-ка поскорее из Кремля со своей прогнившей властью», он озабочен тем, чтобы авторитет нынешнего Кремля укреплялся.

Вот так пассаж!

Геннадий Андреевич что — не знаком с результатами различных социологических опросов? Даже в стране «россиянского» «электората» никакой власти уже не верят добрые две трети населения, если не три четвёртых! А «коммунист» Зюганов готов быть у этой гнилой власти подпоркой.

Н-да.

Что ж, продолжим знакомство с интервью «коммуниста № 1». В текст интервью врезана справка об инициативах Геннадия Зюганова:

* Отмена Госдумой Беловежских соглашений.

* Национализация природных ресурсов и стратегических отраслей экономики.

* Восстановление смертной казни.

* Посадить Анатолия Чубайса на место Михаила Ходорковского и отправить в отставку министра финансов Кудрина.

* Отмена единого государственного экзамена в школах.

Казалось бы — чего же лучше? И об СССР вроде бы забота проявлена, и национализация провозглашается, и даже Чубайс с Кудриным не забыты…

Но при всём при том подобные вялые «инициативы» — не более чем пустопорожняя болтовня и прекраснодушные маниловские мечтания, если среди инициатив нет двух — хотя и недостаточных, но абсолютно необходимых главных требований, без которых коммунист сегодня не может считаться коммунистом:

* Конституционное восстановление социалистического политического строя как власти народа и для народа.

* Введение в обществе обратных связей на базе законодательно закреплённого принципа сменяемости всех выборных лиц в любой момент по требованию народа.

Если бы эти требования были выполнены, то все «инициативы Геннадия Зюганова»: и отмена Беловежских соглашений и ЕГЭ, и национализация природных ресурсов и стратегических отраслей экономики, и отставки Чубайса с Кудриным — были бы реализованы автоматически. Как и многое другое, что оказалось за пределами «:р-р-еволюционных» «инициатив» Зюганова.

Ещё в начале 1917 года большевики не были ведущей партией масс. Формально они не были ею и сразу после Октябрьской революции, потому что на выборах в Учредительное собрание (через неделю, между прочим, после Октября) получили по стране лишь 25 % голосов, а партия эсеров — более 50 %. Однако Ленин был прав, утверждая, что страна доверяет именно большевикам, потому что в течение 1917 года только они быстро набирали влияние в массах, а остальные партии так же быстро его теряли.

По стране большевики, малоизвестные, в отличие от эсеров, крестьянской массе, набрали 25 % голосов. Зато в столице, в Петрограде, где Ленин имел возможность наиболее отчётливо довести до народа свою позицию, несмотря на сильные позиции столичной буржуазии, чиновничества, аристократии, большевики набрали на выборах в Учредительное собрание 50 % голосов и получили шесть мест из двенадцати!

То есть большевизм действительно был стержнем устремлений страны. Вот почему Ленин и его соратники сумели в конечном счёте завоевать умы и сердца основной народной массы и победили в жестокой внутренней борьбе.

КПРФ же под руководством Геннадия Зюганова не выдерживает ни малейшего сравнения с партией большевиков. КПРФ в её руководящей части никак не может быть названа Коммунистической партией не по её юридическому названию, а по сути её политики. Нынешняя КПРФ в той своей руководящей части, которая поддерживает Геннадия Зюганова, представляет собой наихудшее издание ренегатствующей социал-демократии, на словах отстаивающей интересы народа, а на деле полностью обслуживающей интересы правящей «элиты».

Зюгановское руководство КПРФ прошло долгую эволюцию на путях идейного и делового перерождения. Так, генерал-коммунист Макашов был одним из тех, кто поддержал Зюганова на II Объединительном съезде КПРФ, но уже к 2004 году генерал Макашов активно выступал против Зюганова и убедительно аргументировал свою позицию, указывая, например, на:

— ошибки в идеологии и отказ от понятия «классовая борьба» в пользу размытых понятий «народность», «державность» ит. д.;

— превращение КПРФ в вялую партию парламентского толка;

— поддержку Зюгановым вступления РФ в Совет Европы и такого договора с Украиной, по которому РФ юридически потеряла Крым и Севастополь;

— бездарную единоличную кадровую политику Зюганова, позволившую войти в руководство КПРФ таким ренегатским фигурам, как Рыбкин, Селезнёв, Тулеев, Горячева,

Подберёзкин и т. д., и в то же время насаждение подхалимажа, неприятие талантливых, неординарных людей, приведшее, в частности, к исключению из КПРФ таких крупных фигур, как Теймураз Авалиани (к слову, русский сирота военной поры, усыновлённый фронтовиком-грузином, давшим ему свою фамилию) и Ричард Косолапов;

— устранение от повседневной работы по руководству партией и фракцией, барство, неспособность к серьёзной и самостоятельной концептуальной работе и т. д.

Сегодня подобные черты в деятельности Зюганова лишь усилились и развились.

Фактически своей политикой Зюганов полностью блокирует возможность объединения всех здоровых сил страны вокруг КПРФ как политического авангарда борьбы за замену прогнившей капиталистической «Россиянин» новой социалистической Россией.

31
{"b":"221891","o":1}