ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A
Творимое – не из сущности творящего, а рождаемое из самой сущности рождающего

Ибо если Создатель не по естеству, то как созданному быть по естеству? Если Бог действует так, как не действует никто другой, то и, рождая, будет рождать не как другой, ибо Бог ни с чем и ни в чем не сравним. Творимое – не из сущности творящего, а рождаемое из самой сущности рождающего. Следовательно, не одно и то же – творить и рождать. Если Сын – от Бога, но не как от Отца, а как от другого, Бог же виновник и нашего бытия, потому что все от Него, то Бог не иначе [Отец] Сыну, иначе же [Отец] нам, но Ему и нам одинаково Отец. Но не нелепо ли это? Если ничто не подобно и не равно Богу [Отцу], кроме Сына, то ни одно подобие не может быть применено во всех отношениях, потому что Бог выше всего. Что в образе Божием, то в сущности Божией. Ибо нельзя сказать, что иное есть образ Божий[616] а иное – сущность Божия, иначе Бог будет сложен. Посему равный по образу равен и по сущности. Если рожденный меньше родившего, это не вина рожденного, но немощь родившего. Ибо или по зависти не сделал равным, или по недостатку сил не родил подобным [617]. Если Отец был прежде Сына, то, конечно, был Отцом кого-нибудь другого, потому что без Сына не мог бы называться и Отцом. Если кто познал Сына по сущности, тот познал и Отца (ибо сказано: аще Мя бысте знали, и Отца Моего знали бысте убо — Ин. 14:7), [следовательно,] Сын единосущен Отцу [618], потому что ничто бестелесное не может быть познаваемо из неподобной сущности.

У кого действования те же, у тех и сущность одна

Если веровать, что Христос есть Сын Божий, значит иметь жизнь вечную (см.: Ин. 20:31), а не веровать [в Него] необходимо значит – [наследовать вечную] смерть. У кого действования те же, у тех и сущность одна. Но действование Отца и Сына едино; например: сотворим человека (Быт. 1:26); и еще: яже бо Он (т. е. Отец. – Ред.) творит, сия и Сын такожде творит (Ин. 5:19). Поэтому и сущность Отца и Сына одна. Если познание Отца и Сына — живот вечный (Ин. 17:3), то Отец и Сын необходимо одной сущности, ибо иное по сущности не постигается одним познанием и не может одинаково животворить. Если Сын – поистине образ Отца, а всякий образ есть изображение или сущности, или формы, или фигуры, или вида, или цвета, Бог же не в чем-либо таком, но в одной только сущности является образом, то Сын, будучи образом сущности, единосущен Отцу. Если Отец ни в чем не сравним с Сыном, а также ни в чем не сравним с тварью, то не иначе с Сыном, иначе же с тварью, но с Сыном и тварью одинаковым образом несравним. Поэтому Сын не только не подобен Отцу, но даже подобен твари. Но не нелепо ли это? Если, называя Сына тварью, не говорят они, что Сын – одна из тварей [619], то почему же, когда мы называем Сына порождением, разумеют, что Сын – одно из порождений? Если Бог не рождает, чтобы не допустить из Себя излияния, то и не творит, чтобы не утрудиться. А если творит бесстрастно, то кольми паче рождает бесстрастно. Если сияние всякого света рождается от света, но не с течением времени, а вне времени [620] и соприсносущно свету, ибо нет света без сияния, то и Сын, будучи сиянием (Евр. 1:3), будет не с течением времени, но совечно, потому что Бог есть Свет (Ин. 1:9; 1 Ин. 1:5), как говорит Давид: во свете Твоем узрим свет (Пс. 35:10) и Даниил: и свет с Ним есть (Дан. 2:22). Если, по их (евномиан. – Ред.) мнению, порождение, как и нерожденное, есть сущность, а Сын есть порождение Божие, то Сын есть и сущность Божия. Если Бог родил Сына по Своему хотению, а не по естеству, то или, однажды восхотев, потом окажется уже нехотящим, или, снова восхотев, снова родил [621]. Если же не одно у Него хотение, но различно, то Он уже не прост и не единого произвел, но всякий раз, как у Него появляется хотение, снова производит. Если Бог не рождает, то или потому, что вовсе не может, или потому, что не хочет. Но если не может, то окажется меньшим способной к рождению и возмужалой природы, да к тому же еще и бессильным. Если же [хотя] и мог, но не восхотел, то хотением ограничил то, что имел по естеству, так что если еще не родил, то, восхотев, родит когда-нибудь. Если не было Сына «когда-нибудь» [622], то это самое «когда-нибудь» будет после Родившего, но прежде Рожденного. Но в таком случае окажется, что Сын не прежде всего, за исключением Отца, но после сего «когда-нибудь». Когда мы утверждаем, что поскольку Отец [был] всегда, то и Сыну необходимо быть всегда, они (ариане. – Ред.) [нам] говорят: «Так как Сын всегда Создатель, поэтому и создание будет всегда, а в таком случае и создание будет совечно Отцу и Сыну». Но упоминувший создателя не подразумевает при этом создание. Ибо строение не сосуществует с домостроителем и судно с кораблестроителем. И хотя создание как бы содержится [623]в создателе, однако же созидаемое после создателя. Но нельзя называть отцом, пока нет сына, и упомянувший отца подразумевает не только отца, но и того [сына], чей он отец.

Бог в Писании нигде не именуется Нерожденным

2. Бог называется в Писании следующими именами: Бог, Господь, Вседержитель, Саваоф, Сый, Адонаи, Елои, но нигде не именуется Нерожденным. Если же кто и это уступит, то Нерожденным и вышеприведенными именами прилично называть Его иудеям и всем прочим, а Отцом Христа прилично именовать Его одним христианам. Но если то одно, что отличает нас от [сих] прочих, есть ложно и не истинно, и [суть лишь] имя по установлению, и не [обозначает того], что есть по естеству [624], то лжива вера наша и суетно упование (ср. 1 Кор. 15:13–17). Ибо где начало нетвердо, там и конец некрепок. Опять спрашивают: «Как рожден Сын? Как сущий или как не сущий?» [625] Этот вопрос их неясен и хитр. Ибо, стыдясь спрашивать о рождении «когда-нибудь» и во времени, говорят: «Рожден ли как сущий?» Но сам ты спроси у них, как Бог родил Сына: как сущий ли Отец или как не сущий Отец? Если как сущий Отец, то Сущий родил Сущего. А если как не сущий, то сделался Отцом, а не по естеству Отец. Но всем их спорам полагают конец Божественные Писания, потому что Моисей восклицает о Сыне: Сый посла мя (Исх. 3:14). И евангелист говорит: В начале бе Слово (Ин. 1:1), не однажды, но четырекратно повторяя слово бе; еще в другом месте говорит: Сый[626] от Бога (Ин. 8:47); и: Сый в лоне Отчи (Ин. 1:18); и в другом месте: Сый на небеси (Ин. 3:13); и в Апокалипсисе: Сый, и Иже бе, и Грядый (Откр. 1:8). И Павел говорит: Иже сый сияние славы (Евр. 1:3); Иже, во образе Божии сый (Флп. 2:6), и еще: сый над всеми Бог благословен (Рим. 9:5).

Естество рожденных и родившего одно и то же

Если Сын – истинный Бог, Свет, неизменяем, благ, свят, Господь, и Отец суть то же, и не в равной, но превосходной степени, то превосходство сие получил Он не по причине преимущества сущности, но по преизбытку качества. Ибо не говорится, что сущность больше сущности, но бывает качество больше качества; не говорится, что один больше человек, нежели другой, но один больше бывает добр, нежели другой добр, и один больше праведен, нежели другой праведен. Естество рожденных и родившего одно и то же, хотя бы рожденный и иначе получил бытие. Ибо Авель, рожденный от супружеского общения, не инаков с Адамом, тогда как Адам не рожден, но сотворен (Быт. 2:7). Если причина больше произведенного ей по сущности и опять по сущности различна с ним, а всякий отец есть причина, сын же произведение причины, то отцы больше и отличны от своих сыновей по сущности и различной, а не одной с ними сущности. Но сие неправда [627] Спрашивают: «Отец, родив Сына, перестал ли рождать Его?» [628] И, если сказать, что перестал, продолжают: «Поэтому и начал рождать. Ибо все имеющее конец имеет и начало. Следовательно, Сын был не всегда». На сие скажем: если прекращающемуся необходимо иметь начало и имеющему начало необходимо прекратиться, то Ангелы и все бесплотные существа, имея начало бытия, необходимо будут иметь и конец бытия. Но сие нелепо. Посему и начавшему бытие возможно не прекращаться и прекратившемуся – не начинаться. В противном случае сам Сын, если Он, по их мнению, имеет начало бытия, по необходимости должен иметь и конец, ибо они требуют, чтобы все имеющее начало имело и конец. Не хула ли это? И предведение Божие, не имеющее начала, имеет конец по исполнении предуведенного. Посему имеющему конец нет необходимости иметь и начало. Единым в существах бестелесных называется таковым что-нибудь или по действованию, или по хотению, или по сущности. Посему Спаситель, сказав: Аз и Отец едино есма (Ин. 10:30), сказал сие в какомлибо одном из исчисленных выше значений. Если же скажут, что Они едино по действованию, то необходимо будет сказать, что едино и по сущности. Ибо у иносущных не может быть одинакового действования. Если же едино по хотению, то не только Сыну необходимо хотеть всего того, чего хочет Отец, но и Отцу необходимо хотеть всего того, чего хочет Сын. Поэтому и Сын будет повелевать Отцу о том, чего хочет, если и Сам подчиняется Его велениям. Если же Сын только [лишь] подчиняется, то, следовательно, служит по принуждению, а не по хотению. Если же Они едино не по действованию и не по хотению[629] то остается, чтобы единство у Них было по сущности, то есть чтобы Сын был единосущен Отцу.

вернуться

616

В данном случае свт. Василий образом Божиим называет не человека, но Сына (см.: 2 Кор. 4:4; Флп. 2:6; Кол. 1:15; Евр. 1:3), так как говорит о тождестве по сущности Первообраза (Отца) и Образа (Сына). Этого вовсе не наблюдается у человека как образа Божия, ибо Бог и человек – не тождественны друг другу по естеству. – Ред.

вернуться

617

Здесь намек на аномеев, учивших о неподобии Сына Отцу. – Ред.

вернуться

618

Ср.: Никео-Цареградский Символ веры. – Ред.

вернуться

619

Ариане, хотя и подразумевали о Сыне тварность, но выделяли Его из разряда прочих тварей как «высшее творение», как рожденного прежде всякой твари (Кол. 1:15, см. также Притч. 8:22), ибо через Него были сотворены все прочие твари. – Ред.

вернуться

620

Т. е. моментально, без временного промежутка между ними. – Ред.

вернуться

621

Здесь свт. Василий рассуждает на основании той общей мысли, что всякое хотение заканчивается с его исполнением. Посему, если предположить, что Сын родился от Отца по хотению, то с рождением Сына хотение должно прекратиться. Очевидно, такое предположение внесет в Бога изменчивость (что противоречит понятию о Божественной неизменности и простоте) и поэтому недостойно приятия. Если же предположить, что Бог, чтобы не оказаться нехотящим, всякий раз возобновляет хотение, то получится, что всякий раз, как возобновляет, производит новое порождение. – Ред.

вернуться

622

Таков главный тезис Ария: «Было время, когда Сына не было». – Ред.

вернуться

623

В виде замысла, творческого плана. – Ред.

вернуться

624

Т. е. на деле, а не только по названию. – Ред.

вернуться

625

Ср.: Свт. Григорий Богослов. Слово 29, 9 // Свт. Григорий Богослов. Творения. Т. 1. С. 355. — Ред.

вернуться

626

В славянском переводе: Иже есть. На русский язык этот стих был переведен следующим образом: Кто от Бога, тот слушает слова Божии. Вы (иудеи. – Ред.) потому не слушаете, что вы не от Бога. Однако видно, что свт. Василий понимает его несколько по-иному. А именно, слова Кто от Бога, буквально «существующий от Бога» (по-гречески: ό ών έκ τού Θεού), он читает как «Сущий от Бога» и таким образом относит их к Сущему от Бога Сыну Божию. В этом случае весь стих надо понимать так: «Сущий от Бога (т. е. Сын Божий – Иисус Христос) слова Божии слушает, а вы потому не слушаете, что вы не от Бога». – Ред.

вернуться

627

Ср.: Свт. Григорий Богослов. Слово 31, 10 // Свт. Григорий Богослов. Творения. Т. 1. С. 380. — Ред.

вернуться

628

Ср.: Свт. Григорий Богослов. Слово 29, 13 // Свт. Григорий Богослов. Творения. Т. 1. С. 358. — Ред.

вернуться

629

Здесь свт. Василий Великий (или иной автор IV Книги «Против Евномия») вовсе не опровергает церковного учения о единстве воли (хотения) и действия во Святой Троице. Скорее это высказывание стоит расценивать как определенный полемический «ход», главной задачей которого является утвердить единство и тождество по сущности Отца и Сына. Кроме того, свт. Василий среди вышеперечисленных трех признаваемых Церковью догматических положений выстраивает определенную «иерархию»: первенствующим является единство по сущности, из которого проистекают логически единство воли и действия. Поскольку несколько выше свт. Василий сам тесно увязал единство сущности и единство действия, то видно, что это для него непререкаемо. Что же касается единства воли (хотения), то здесь свт. Василий опровергает арианское представление о единстве воли (а лучше сказать – воль) Отца и Сына как всего лишь одностороннего и неравноправного подчинения воли Сына воле Отца, ибо в этом смысле ариане и истолковывали слова Христа из знаменитого Гефсиманского моления (см.: Мф. 26:39; Мк. 14:36; Лк. 22:42).

64
{"b":"221902","o":1}