ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– Ему еще повезло, – сказал мастер Рошаль, – его не разорвали собаками. Великому князю сегодня не желалось чересчур кровавых зрелищ… Вас не шокируют здешние нравы, мастер Сварог?

– Не слишком.

Сварог-то не соврал, но почему новый знакомец видит в Свароге человека, способного к излишней впечатлительности? Не иначе, тоже за кого-то принимает. То, что его ну никто не может признать за местного, с этим Сварог примирился. Однако что совсем не устраивает Сварога – так это вовлечение в местные игры, когда своя, такая близкая к телу рубашка настоятельно требует, чтоб занимались ею и только ею. А ведь уже вовлекли господа из Гаэдаро в свои забавы, утопили в них по макушку. Выскочить просто и легко уже не получится. Уже не сможет, черт побери, Сварог взять и бросить Клади, да и бравого генерала в придачу, дескать, сами выкручивайтесь, голубчики. Они успели попасть для Сварога в свои, а своих не бросают. Даже если девчонка играет в какие-то непонятные игры, Сварога не посвящая. Ну не исходит от нее ни угроза, ни опасность – не исходит, и хоть ты застрелись березовым поле"ном. По крайней мере, он угрозу разглядеть не может… Вот отыщем Тропу – тогда посмотрим… Поэтому придется с мастером Рошалем разговоры разговаривать и подстраивать к его игре свою собственную.

– А вы его прежде допросили? – поинтересовался Сварог. А почему бы, собственно, и не пo-интересоваться., раз у них с Рошалем складывается вполне дружелюбная беседа?

– Считайте, что да, – загадочно ответил Рошаль.

– И неужели он не мог вам пригодиться? Попробовать перевербовать, использовать как приманку, подбрасывать через него противнику ложные сведения?

– Нурцы, мастер Сварог, ставят верность своему господину выше всех прочих достоинств и доблестей. Это вливается им в кровь с младых ногтей. Уже само по себе пленение они расценивают как нарушение верности и стремятся, подчас проявляя чудеса изобретательности, покончить с собой до того, как их подвергнут допросу и казни. Нурцы – неимоверно тяжелый человеческий материал, мастер Сварог, почти безнадежный. И потом… Князь повелел казнить. А мы люди подневольные, – ответил мастер Рошаль и отошел от окна, жестом приглашая Сварога присесть.

Помимо двух кресел, сработанных в стиле Гаргантюа и Пантагрюэля, сдвинуть которые с места только им, поди, и под силу, из мебели в зале наблюдался лишь небольшой овальный столик, разделяющий беседующих. Его столешницей, свободной от скатерти, а равно с тем от крупных и мелких предметов, мог бы залюбоваться как любитель изящного, так и охотник. Она представляла собой картину, сложенную по принципу мозаики из разных пород дерева. Результатом кропотливого труда стала охотничья сцена. Некие господа в высоких шляпах, украшенных перьями и птичьими когтями, опираясь на мушкеты, смотрят с холма на то, как внизу конные егеря и собаки загоняют зверя. Весьма примечательного зверя, надо сказать. Сварог определил бы его как помесь длинноногого каймана и тюленя без жировых отложений. Зверь уходил к речке, не видя и не чувствуя, что в засаде за прибрежными кустами его поджидают стрелки. Судя по широкому хвосту и плавникам-ластам, вода для него не менее родная стихия, чем земля, и уж точно вода для него – спасение от людей.

Удивленная заинтересованность во взгляде Сварога не ускользнула от наблюдательного мастера Рошаля.

– У вас не водилось подобных существ, мастер Сварог?

– Увы, нет, мастер Рошаль, – чистосердечно признался Сварог, удержавшись от встречного вопроса: «А где это – у нас?» Хотелось бы прежде узнать, за кого его держат в этом доме, понять, чего от него ждут, а там уж и подстроить свою игру под чужие планы.

– Последнего лаплатога в этих местах видели восемьдесят лет назад, – счел нужным сообщить Рошаль. – Слишком вкусное мясо, слишком много целебных свойств приписывали желчи лаплатога. Ценные животные, как и ценные люди, всегда становятся объектами азартной охоты, не так ли, мастер Сварог?

Звуки в зале словно бы вязли в воздухе, как мухи в желе, затихали, едва отлетев от говорящих на пять-шесть каймов. У зала была на редкость плохая акустика, столь плохая, что за этим ощущалась преднамеренность. Вполне может быть, подходящими глушительными свойствами обладает та порода дерева, которым обшит зал сверху донизу и из которого изготовлен паркет.

Если угадывать предназначение этого зала площадью с половину теннисного корта и с высоченным потолком, до которого не дотягивается свет из окна, то приходит на ум единственный вывод, что помещение предусмотрено и используется для конфиденциальных бесед. Такой вывод подсказывает обстановка: ничего кроме кресел, столика, холодного камина, волчьей головы стене и чаши неподъемного вида, вырубленной из цельного сиреневого камня и до краев наполненной водой. Тогда, продолжил рассуждение Сварог, окромя собачек и предполагаемого люка под креслом зал должен быть оборудован еще какими-нибудь сюрпризами для господ, зазванных в гости, чтобы уж железно исключить любые случайности.

– Кстати, – словно внезапно вспомнил мастер Рошаль, – вы можете настаивать на награде в сто орарисов, положенных за разоблачение нурского шпиона. Знаете, как мы его задержали? Он следил за вами. Мои люди заинтересовались вами. Но мои люди заметили его раньше, чем он заметил моих людей. Иначе говоря, не было бы вас, шпион мог и дальше гулять на свободе, творить свои черные дела.

Вот после этого Сварогу предложили ознакомиться с донесением пойманного и казненного нурского шпиона. Сварог начал читать, потом ненадолго отвлекся, а сейчас вновь продолжил.

"Из-за дневного происшествия сел я за грамоту сегодня, а не в иной день, как собирался, – писал назвавший себя в начале послания, конечно, вымышленным именем Тошит. – Как ты велел, мой повелитель, кругом приглядываю, вслушиваюсь, сыскиваю и смекаю. Затем меня и отрядили, чтоб скрытно выведывать. Сперва уведомлю тебя, что вскрыл я про алькалида[7] города Митрак. Алькалид тот деньги здешнего князя, прославленно гнусного Саутара, себе прибирает, а убытки на разбойников списывает, а еще на несчастья и происшествия, которые-де конец света предвещают, а еще на нечистую силу, сам же про нее и сочиняя. На деньги же краденые он бражничает, с женками блудными знается, и есть мысль, что покрывает ему свойственник, коий ведает в замке князя конюшней, и что делятся они меж собой ворованным. Коли велишь, прижму его разоблачением и будет он исполнять твои приказы, мой повелитель, никуда не денется…"

– Видите, как полезно перехватывать донесения нурских шпионов, – произнес мастер Рошаль, показав, что внимательно следит за Сварогом, и продемонстрировал хорошее, построчное знание текста тайного письма. – Помогает выявлять наши слабые места. Правда, ничего нового в данном случае нурец не сообщил. Это не первый агент, который заинтересовался моим беспутным алькалидом.

– Ловите шпионов на живца?

– Да, можно и так выразиться. Выходит, вам, известен подобный способ охоты?

«Миры и спецслужбы разные, а методы у них одинаковые», – подумал Сварог и вернулся к чтению.

«Едва завидел я того человечка, как глаз мой прилип к нему. Узрел же я его в питейном доме, куда заявился он вместе с молодой девицей. Ты ж ведаешь, повелитель, что по лицам я людей различать горазд, кто из каких местностей и родов-племени происходит. Так вот, нынешний если и смахивал на кого лицом, то на бадрагца, да те ростом невелики, волосом темнее и в движеньях шебутливы. Потом, бадрагец вырядится монахом только из-под невыносимых мук. Да и загар у этого человечка был прежде мною не виданный. Будто не под нашим солнцем загорал. Вот тут-то меня и окатило догадкой, а уж не из тех ли он будет мест, про которые ты, повелитель, мне особую зоркость наказывал. Не успел я обдумать, как чего, ан тут и приключения с тем человеком начались. Сперва молодой князь с ним беседу завел. Хоть я по губам читать обучен, да один другого мне спиной темнил. Я-то стал пересаживаться, а тот вдруг встал и ушел с девицей наверх, туда, где жилые комнаты».

вернуться

7

Градоначальник в Гаэдаро

42
{"b":"221932","o":1}