ЛитМир - Электронная Библиотека

Но, глядя на приближающихся ребят, он всё больше понимал, что здешние пацаны шутить не любят. У каждого на поясе висела кобура с торчащей оттуда рукояткой пистолета или револьвера. А в руках все сжимали автоматы. И к ним – по три запасных магазина в подсумке на боку. А у старшего на поясе болтались и две гранаты.

«РГД-5», – как определил для себя Пантелеймон.

– Вы в чьём отряде? – строго обратился к ним подошедший мальчишка. – Почему ходите вдвоём? Где остальные трое?

– Ни в чьём! – замотал головой Серёжка. – Мы сами по себе!

– И мы всегда ходим вдвоём, – добавил Пантелеймон. – Мы… разведчики!

– Разведчики? – мальчишка нахмурился. – Что же тут разведывать? Тут всё давно разведано…

– Всё, да не всё! – выпалил Серёжка. – Мы нашли место, где на деревьях растут… пулемёты!

– Пулемёты? – поразился мальчишка. – Не может быть!

– А вот может! – продолжал упорствовать Серёжка. – И нам нужно срочно доложить об этом командиру.

– А кто у вас командир? – хитро сощурился мальчишка.

– Так я тебе и сказал! – протянул Серёжка. – Ты сначала своего назови! Ты первый к нам подошёл!

Подобный аргумент, как ни странно, возымел действие.

Мальчишка выпрямился, вытянул руки по швам и отрапортовал:

– Моим командиром является выдающийся гамельн-полководец Гаврош!

Серёжка охнул. И, не раздумывая, выпалил:

– А моим – Мальчиш-Кибальчиш!

– Не может быть! – мальчишка посмотрел на Серёжку с уважением. Немного подумал и сказал: – Ну, если так, тогда мы вас задерживать не будем. Айда, ребята!

– Откуда ты всё это знаешь? – глядя вслед удаляющимся ребятам, спросил Пантелеймон.

– В школе недавно проходили, – сквозь зубы процедил Серёжка. – На внеклассном чтении. Училка задала, про пионеров-героев прошлого века. Там ещё Тимур и его команда остались…

– Прибереги на потом, – посоветовал Пантелеймон. – И давай выбираться отсюда. А то нарвёмся на самого Мальчиша-Кибальчиша – и привет. Такой прикол больше не проканает!

Оглядываясь по сторонам, чтобы не попасться на глаза местным милитаризованным мальчишкам, ребята вернулись к месту прохода и выбрались обратно.

– Что-то тут не так, – задумчиво произнёс Пантелеймон, расхаживая по подвальной комнате.

– Что именно? – не понял Серёжка. Он болтал ногами, сидя на подлокотнике старого дивана, когда-то кем-то и зачем-то затащенного в подвал.

– Да этот мир. Пистолеты и пулемёты, зреющие на деревьях – и пионеры-герои. Откуда они взялись?

– Параллельный мир всё-таки, – пожал плечами Серёжка. – Там ведь всё почти так же, как у нас. Но что-то и отличается.

– Странные отличия, – заметил Пантелеймон. – Ни в одном реальном мире пулемёты на деревьях не растут.

– Про пулемёты я придумал, – мрачно напомнил Серёжка.

– Ну и что? Если пистолеты растут на деревьях, почему не расти пулемётам?

– А интересно походить там и поискать оружия! – мечтательно протянул Серёжка.

– Зачем оно тебе?

– Ну-у… чтобы было! На стенку повесить. Как в музее…

– В музее… ещё пойдём куда-нибудь?

– Обязательно! Но… давай лучше завтра. Сегодня как-то много всего…

– Ну, смотри, как хочешь. Значит, завтра я опять у тебя.

– Хорошо! – согласился Серёжка. – Обязательно! Прямо с утра! После завтрака приходи ко мне. Ты теперь знаешь, где я живу.

Наутро Пантелеймон пришёл к Серёжке, и они сразу отправились в подвал.

Первые несколько трещин не открылись. Серёжка приуныл. Но всё же решил посоветовать:

– А ты вот эту попробуй…

Пантелеймон пробежался пальцами вдоль намечающейся трещины, выбирая место поудобнее, где можно приложить усилие.

Остановился, напрягся – и начал медленно разводить руки в стороны.

«Как будто физкультурой занимается, упражнения с самосопротивлением делает», – подумалось Серёжке. Ему из-за спины Пантелеймона почти ничего не было видно.

И вдруг тонкий луч высветился из намечающейся трещины. «Ух, ты!» – чуть не воскликнул Серёжка. Но тут в раскрывающейся щёлочке что-то мелькнуло, послышался непонятный звук – будто рычание – и длинный язык пламени вырвался в подвал, едва не опалив Пантелеймона!

Тот вскрикнул, резко свёл руки и отскочил от стены. Края трещины сомкнулись, свет погас. Полностью: Серёжка от неожиданности выронил фонарик, и тот потух.

Перед глазами плавали разноцветные круги. И сквозь них не различалась даже темнота подвала.

На ощупь Серёжка отыскал фонарик, но включить не смог – должно быть, разбилась лампочка. Или отскочило что-нибудь внутри.

– Что это было? – спросил Серёжка.

– Не знаю, – помолчав, ответил Пантелеймон. И добавил: – Но мне показалось… мне показалось, что на меня посмотрел… дракон. Огромная зубастая пасть – и блестящие жёлтые глаза.

– Ну и ну! Давай выбираться отсюда! А то вдруг он прорвётся!

– Да нет, вряд ли. Я же закрыл проход… Стоп. А это что?

– И ты тоже видишь? – поразился Серёжка. – А я думал, у меня одного…

По подвалу носилось крошечное светящееся пятнышко, выписывая в воздухе круги и спирали, надолго остающиеся в глазах.

– Что это может быть? Мотылёк? Светлячок? – заспрашивал Пантелеймон. – Наверное, испугался пламени и взлетел…

– Не-е… слишком быстро летает. И откуда они возьмутся в подвале? Тут, кроме мокриц, ничего не живёт…

Огонёк продолжал испуганно метаться по подвальной комнате, всё замедляя и замедляя движения, но продолжая шарахаться из стороны в сторону.

Серёжка смотрел на суматошный полёт мотылька – больше всего неровно порхающий огонек казался похожим на какого-то особенного светящегося мотылька – и ему становилось жалко бедное живое существо.

Словно услышав Серёжкины мысли – а может, устав от долгого движения, – мотылёк подлетел поближе к Серёжке и сел на стену прямо перед ним.

И тогда Серёжка увидел, что это – маленький язычок пламени. Дрожащий и колеблющийся.

– Какой ты… хороший! – неожиданно произнёс Серёжка и протянул к язычку руку.

Огонёк словно ожидал этого жеста: слетел со стены и уселся на Серёжкину ладошку. Он оказался тёплым, но не обжигающим.

– Здорово! – прошептал Пантелеймон.

– Я назову его Дракончиком, – сказал Серёжка. Он совсем перестал бояться темноты. Да разве можно её бояться, держа в руках настоящий живой огонь!

– Пойдём посмотрим, что с фонариком, – предложил Пантелеймон.

Друзья двинулись к выходу. Втроём: Серёжка, Пантелеймон и Дракончик.

На улице, как и прежде, по-весеннему светило солнце. В его свете Дракончик сначала немного потускнел, но затем, словно получив от гигантского огненного собрата дополнительную энергию, разгорелся с новой силой.

На свету Серёжка осмотрел фонарик. Так и есть: стряхнулась спираль в лампочке. Надо ставить новую, а где взять? Он и так поставил последнюю из запасных. Идти в магазин – далеко, да и денег нет.

– У тебя нет таких? – на всякий случай спросил он Пантелеймона, держа в руках испорченную лампочку. Тот покачал головой:

– Нет. У меня фонарик на светодиодах. Но к нему батареек нет.

– Проблема… – пробормотал Серёжка.

И тут Дракончик, точно почуяв неладное, впорхнул в раскрытый фонарь и сел на место лампочки – прямо в фокус отражателя.

– Знает, где он нужен… – растерянно пробормотал Пантелеймон. – В подвале осталось множество неисследованных проходов, масса трещин! Я видел!

– Так пойдём! – вскинулся Серёжка. – С Дракончиком нам никто не страшен!

– Да он сам всего боится, – улыбнулся Пантелеймон. – Потому и спрятался.

– Пойдём! – повторил Серёжка. – Хоть посмотрим, какой он луч даёт.

Луч Дракончик давал сильный и ровный. Только слегка красноватый, в отличие от желтовато-белого света фонаря.

И в его свете как-то по-особенному засветились многочисленные трещины и щели, которые Пантелеймон сразу признал за проходы.

– Ох, сколько их! – ахнул он. – Я и не думал, что столько может быть в одном месте!

– Это всё – проходы в иные миры? – судорожно сглотнув, спросил Серёжка, которому тоже стали видны выделяющиеся извилистые края расколов и трещин. Иным светом они светились, что ли? Вот как Дракончик помог! Теперь, глядишь, и он, Серёжка научится раскрывать проходы. А тогда будет совсем здорово!

8
{"b":"221987","o":1}