ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Terra Incognita: Затонувший мир. Выжженный мир. Хрустальный мир (сборник)
Мое особое мнение. Записки главного редактора «Эха Москвы»
Кодекс Прехистората. Суховей
Забойная история, или Шахтерская Глубокая
Стиль Мадам Шик: секреты французского шарма и безупречных манер
Паиньки тоже бунтуют
Огонь и ярость. В Белом доме Трампа
Фельдмаршал. Отстоять Маньчжурию!
За закрытой дверью
A
A

А про те три дня, которые выпали из памяти Романа, ему пражские хиппи еще лет несколько, после его армии, рассказывали. Как легенды...

1981 год.

После службы Роман все равно оброс волосами и не перестал убегать. Только на этот раз его побеги стали то ли менее экэистенциональнее, то ли еще больше. Если, раньше он убегал от действительности в хипповую жизнь, то теперь повадился убегать в Польшу, в тамошние хипповые коммуны, где отдыхал и душой и телом. Так как к тому времени в самой Праге почти не осталось хиппов - кто подался в лес, в коммуны и просто на работу подальше от народной милиции и городских невзгод, кто в политику-дисиденство, а кто и в андеграунд - черные в одежде, живущие под лозунгом - жить быстро, умереть молодым, и делающие все для выполнения этого принципа в жизнь. А "вмазатся" какой-либо пакостью - "черным" или еще чем нибудь, это было ему не по кайфу, так же вляпатся в политику, тогда еще Роману казалось невозможным... Вот он и убегал в Польшу, хотя и там "торча" хватало, но подавалось хоть в хипповой упаковке - мол расширяем сознание ручным способом, вот-вот скрутим горизонт в трубочку и увидим такое!.. Но торчали не все, идейки не были задавлены, все эти фридом, лаф и пис, вот и перся Роман в очередной раз, так примерно в девятый, через границу нерушимую, с огромным рюкзаком битком набитый супами в пакетах, как его обзывают поляки - "зупа", что бы поддержать голодных братьев по асоциальному социуму.

После введения военно-осадного режима в Польше и карточек на всю хавку, не работающим хипам стало совсем караул. Вот и пер Роман сквозь нерушимую границу, дырявую как решето, рюкзачок килограмм так на тридцать с едою. Супы лучше всего подходили для транспортировки, так как были наиболее компактные, энергоемкие и калорийные.

Стояла осень, слегка капало, если и сосны стояли то же. Слегка нахмурившиеся. Сойдя с тропы, круто задирающая в гору среди пожухлой травы и валяющейся листвы осенних расцветок, Роман осторожно стал подниматься в густом кустарнике, уже потерявшем большую часть убранства. Поднимался "лесенкой-елочкой", два метра влево, два метра вправо, стараясь не наступить на какую-нибудь могущую громко захрустеть ветку, до желанной вершины, за которой начиналась уже Польша, оставалось всего-ничего, на глаз метров так двести, как боковым своим зрением что ли, Роман увидел что-то нежелательное... Не останавливаясь и не поворачивая лохматой башки под капюшоном куртки, Роман вгляделся все тем же краем глаза и похолодел, даже можно сказать так - замер от холода, но только внутренне, ноги же по-прежнему несли его знакомым маршрутом, тело само выбирало себе более правильный путь... В метрах двадцати трех с половиной, от силы двадцати трех семидесяти пяти под раскидистой елью лежали двое плохо замаскированных пограничника... Один явно спал, даже рот полуоткрыт и глаза закатились, а другой изумленно вглядывался в неизвестно откуда взявшегося Романа, прущего через границу явно контрабанду... Через границу, которая нерушима, непроходима и на замке. В голове у Романа мелькнуло - а как же супчик, без супа польским хипам в коммуне кранты... Мелькнула мыслишка о супах, хипах, коммунах, мелькнула и ушла, оставив только ритм шагов - вот и все, вот и все, вот и...

Не переставая шагать и не отрывая взгляд, край взгляда, совсем краешек глаза от увиденных погранцов, Роман увидел глюк! невероятное!! фантастическое следующее - пограничник не дремлющий привстал на локте и другой рукой, свободной от сжимания автомата и охраны границы, усиленно замахал в сторону Польши, явно предлагая - проваливай, проваливай, пошевеливайся-пошевеливайся, поторапливайся-поторапливайся, шевели ногами... Роман не веря самому себе зашевелил усиленно ногами в сторону такой близкой вершины... Уже переваливая через гребень, не удержался, обернулся, что бы послать приветственную "викторию" неизвестному погранцу, скорей всего до службы то же отиравшемуся возле Вашека с лошадью, как замер с открытым ртом... Замер и простоял открытый всем радарам, взглядам и ветрам с локаторами вперемешку минут так семь... А на границе даже с дружественной Польшей это рискованно много. Из-под ели на Романа махал веткой куст неизвестной ему породы, второй маленький куст привалился к первому, и все вместе взятое говорило ему только одно - нервы.

А супы Романа в Польше запомнили надолго. Если не сказать навсегда...

1999 год.

Но даже сейчас, в канун конца века, имея жену, дочку, квартиру, дачку (больше похожую на приют для бродяг), собаку и неплохую библиотеку, Роман усиленно убегал... Может быть даже от самого себя.

Сначала убежал от своего хиповства в анархизм, но без черных флагов с черепами и костями и лозунгом "анархия мать порядка!", хотя и без этого не обошлось, но в анархизм идейный, духовный, пронизанный самиздатом и демонстрациями. демонстрациями анархо-демократического духа и свободы.

И в Центр Романа привлекло именно все это, что можно назвать одним английским словом - ЭСКЕЙП, а если перевести на более понятный - побег. Побег-прорыв вместе с себе подобными сквозь серую штору действительности...

Хотя по простоте своей таких слов Роман чаще всего не произносил, хотя и знал, говорил проще - тянет меня к волосатым мордам, сам моложе становлюсь, люблю когда все вокруг бурлит и пенится, и не только пиво...

МОСКВА.

Север не всегда был Севером. А тем более сейчас, когда стал уважаемым и всероссийски известным бизнесменом, то его чаще звали, даже соратники по нелегкой работе, такие же ворюги и бандиты, Василием Николаевичем...

Василий Николаевич родился в простой советской семье... После таких слов хочется сразу заплакать, или завыть - от жалости к Васильку. Но простая советская семья в далеком сибирском не сильно большом городке, была самая простая среди других и самая советская. Папа Василька, это его так в детстве мама звала, был коммунист номер один... В том самом городке сибирском. Первый секретарь районного комитета партии. Тогда она, партия, была единственная... Родился Василек за год до полета Юрия Гагарина в космос, но это событие прошло для Василька мимо, а вот другой факт общественной жизни ударил по нему из всех сил, В 1964 году коммуниста номер один, но не городка, а страны, отправили на пенсию... По состоянию здоровья. То есть Хрущева махнули на Брежнева. А что? Тот был маленький, жирный и лысый, а этот статный, чернобровый и с гривой великолепных зачесанных назад волос... Коню ясно - новый был лучше. Да вот только старший Радковский, Николай Акимович, был в тайге, в таком маленьком охотничьем домике, всего комнат так в шестнадцать, построенном на всякий случай - вдруг кто-нибудь из коммунистов номер один, но повыше - края, республики или ух ты! страны, возьмет и заглянет в район охотой побаловаться, в баньке попарится... Первый области частенько заглядывак к Николаю Акимовичу... Был там Николай Якимович конечно не один, с ближайшими соратниками по партии и... Ну, с подчиненым обслуживающим персоналом... Ну девки у них там были, ну девки, спинку потереть, пива налить, мало ли какие возникнут потребности у Первого и его соратников во время охоты, баньки и прочего. И ни чего бы страшного не приключилось, если бы не сильный ветер, дождь или зверь какой лесной - то ли подрытая, то ли подмытая, но упала сосна прямо на провод... Телефонный, и оборвала связь с внешним миром, домика и баньки, хотя и недалеко было...

Значит связи нет, в Москве поменяли старого на нового, местное начальство, областное и краевое, оно там, в Москве заседало, во все колокола звонит и требует клятв и заверений в искренней любви к новому, с бровями, генсеку, телефоны трезвонят из Москвы, с очередного пленума по смене генеральных секретарей... А в райкоме кроме секретарши старой (потому-то и ее не взяли на охоту!) и заместителя-собаки - этот сам не поехал, сослался на радикулит и неотложную работу, зная что Николаю Акимовичу это нравится, должен же кто-то и гореть на работе... Одним словом - в райкоме начальства нет, ни одной души, из Москвы трезвонят, и эта сука, заместитель папы Василька и прогнулся перед начальством, сообщил похотливым голоском-хохотком - мол первый в бане, а на событие важное положил, сказал, что от прежнего только хорошее видел... Рисковал конечно зам, сильно рисковал, но кто не рискует, тот не пьет шампанское! Пaпy сняли за аморальное поведение, мама развелась с ним и уехала к себе на родину, в подмосковный городок Мытищи, центр ракетостроения. Где с успехом вышла замуж за местного подпольного дельца, в миру скромного директора ремонтной мастерской. Что из некондиционных отходов, из мусора! товары народного потребления стряпал... В Америке был бы миллионером, но у нас не Америка, а потому только исполнилось Васильку-Василию пятнадцать, как его новоявленный отчим загремел на пятнадцать с конфискацией... И даже фамилия отчима Гарольфен не помогла... Отняли коммунисты все, как в 17, мама с новыми силами бросилась на поиски нового мужа, ну а Василек понял - пора становится взрослым. И стал - в шестнадцать получил первый срок... Трояк как с куста за - присвоение чужого имущества путем кражи... Ну а дальше покатилось-полетело-понеслось... Основные этапы славного пути (простите за каламбур - этапов у Василия было навалом) - пять судимостей, два побега, признание особо опасным рецидивистом, коронация в Златоустовской крытой короной вора в законе, побег подготовленный с воли... И вновь тюрьмы, лагеря, пересылки, крытки, столыпины, автозаки... Уважения было много, лучшая баланда и лучший кусок ему, но ведь и лучшая баланда все равно баланда. Не было свободы, воли... На одной из пересылок Север встретил фан-фаныча отчима, зека Гарольфена. У того срок кончался на днях. Отчим и подсказал уважаемому вору в законе, одному из королей преступного мира - Василек, пардон, Василий, если не хочешь сгнить на нарах, надо за ум браться... А я помогу, мы вдвоем таких дел наделаем!..

68
{"b":"221995","o":1}