ЛитМир - Электронная Библиотека

СЕНТЯБРЬ.

5 сентября, пятница.

Русский издатель -Х.Т.

Эта сволочь, пардон! этот нехороший человек забил мне стрелку, ну назначил встречу, в красивом Обецнем доме, ну Муниципальном что ли, где какао под названием горячий шоколад стоит сорок! крон... Официант слегка с меня в шоке, но совсем слегка, негры с рекламками ресторана этого самого Обецного дома остались на площади перед ним, на Наместье Републики по-местному, я сижу в подвале с низким потолком, ну не подвал конечно, но выглядит именно так. Кафе-бар, цежу медленно-медленно шоколад, стараясь растянуть время, так как еще на одну чашку прайсов у меня нет, цежу и жду эту гнусную русскую бизнесменскую морду. Когда она соизволит припереться. И с опозданием в двадцать две минуты сорок три секунды эта морда приперлась. Наконец-то! -Добрый день, прошу извинить, задержали дела! –

улыбка до плеч, заказывает чай, он здесь двадцать пять крон стоит, я лучше остывшим шоколадом побалуюсь, мне предлагает – я отказываюсь, знаю я такие приколы – заказывайте. Заказывайте, потом официант спросит – вместе подсчитать или отдельно, а он – конечно отдельно... Спасибо, я пешком постою.

-Ну что вы можете предложить моему издательству?

Издательство блин! название как слово неприличное – ХУМАНИТАРИАН ТЕХНОЛОГИЕС! протягиваю пять аннотаций, может выберет какую-нибудь, берет, начинает читать, не забывая реагировать на окружающий мир – кивнул головой официанту, помешал ложечкой насыпав сахар в стакан, достал мешочек с заваркой, опустил дольку лимона... И между прочим решает мою судьбу.

Толстая морда не сильно обезображена интеллектом, дорогой костюм, печатка на пальце... До Марининой выпускал разное говно типа – Как устроиться в Чехии, конечно на русском и конечно для русских, но говно хорошо продается, судя по его виду. Маринину выпустил по-чешски и для чехов. Да и Маринина не лучшая среди современных русских... Честно говоря из нее писательница как из меня балерина. Ну и не подарила она ему свое говно, а продала право на издание, а значит прайса водятся... Дочитав, отложил листки, улыбнулся, начал просматривать мое проституточное портфелио. чему-то еще разок полыбился, стал серьезным и обратил свой взор проникновенный ко мне. -Ну что же, судя по аннотациям – тематика интересная. Хорошо бы почитать рукопись, что бы сделать вывод – берем или нет. -Я всегда пожалуйста, как пионер – всегда готов! Только скажите – куда и когда принести, ну где адрес вашего издательства, кукую именно, что именно вас заинтересовало, и я как штык! -Ну офиса как такового у нас нет...

Я выкатил глаза на такое откровение – вы себе можете представить издательство без офиса? я нет, хоть на кухне, но есть, иначе в цивилизованном обществе ну просто ни как... Но он по-видимому еще тот дикарь...

-Адрес у нас конечно есть, для налогового управления, почту мы получаем на почт-бокс, бухгалтер у нас работает на дому, макеты нам тоже делают на дому, а все остальное издательство помещается у меня в мобильник и электронную записную книжку... Я слушал этого разбогатевшего придурка и потихоньку шизел... Оказывается можно экономить на аренде офиса, представляете?! Можно не иметь офис, и если захочешь, то затрахаются кредиторы тебя искать по почт-боксам и номерам мобильного телефона... Так как же так, это же что получается – дай ему свою родную, выстраданную, любимую рукопись в баре, поимей в ответ визитку с номером мобильника, и все?!.. А еже ли что – можешь себя укусить за жопу... Попрощавшись, расходимся в разные стороны и каждый со своими мыслями. Мои читай выше, его – ну не знаю... Может он думал уже об ужине? или о бабе? или все же о судьбе литературы в это трудное для России время? Бедная литература, бедная Россия... С Вячеславом мы договорились созвониться 12.

7 сентября, среда.

АРГО.

Звоню в нетерпении в Арго Гане, хоть и недоговаривались. Но меня понять можно – горит. Сколько я пробегал по чешским издательствам, а тут улыбка, крепкое рукопожатие-рукопотряхивание, к тому же через Павлову Маркету знакомство, не с улицы, заверения в быстроте чтения консультантом моей рукописи... Нет сил терпеть. Звоню с утра, П. рисовать графику взялась, что бы ей не стучать в уши вот и побежал к знакомой до не могу телефонной будке в окружении писающих собачек и собачищ. -Добрый день, это... -Добрый день, добрый день, вы слишком спешите, я только в понедельник отдала консультанту вашу рукопись, думаю результат будет в конце месяца, в начале октября... -Большое спасибо, –

совершенно искренне неизвестно за я что благодарю Гану.

-Пока не за что, звоните. До свидания. -До свидания...

Вешаю трубку, оглядываюсь по сторонам – и действительно... Листья-то уже слегка желтеть стали, японский городовой!.. Вот так вот и жизнь пролетит, как лето, незаметно, в звонках по издательствам... Ни азила, ни ксив, ни изданных книг... Кроме одной.

9 сентября, пятница.

Полицейская академия.

Да нет же, нет! это я не фильм дебильный отправился с П. смотреть, а самостоятельно на интервью... В полицейскую академию. А что? там тоже интервью берут, не только в СМИ, не допросом же назвать это действие, я же все же не преступник вроде бы... В полицейской академии, в одном из многочисленных панельных корпусов, на последнем шестнадцатом этаже и спрятался тот самый отдел МВД, занимающийся судьбами беженцев. Это там сортируют – кто беженец, а кто просто пописать вышел... Молодая знакомая мне, по моим регулярным отметкам – продолжениям срока действительности моего куска бумаги-удостоверения, толстуха с вечно улыбающимся фейсом забирает меня на вахте и конвоирует на лифте до нужного этажа. В коридоре по стенам плакаты Эмнисти Интернешел и призывы давать прайса в помощь жителям третьего мира – не МВД, а просто общественная организация! а меня уже ждут. Для разнообразия худенькая молоденькая пани, работник местной конторы, и переводчица на чешский, тоже чешка, когда-то великолепно говорившая по-русски. Может быть хоть понимает, кто ее знает... Ведут в кабинет, рассаживаемся – пани за стол с компьютером, я перед столом, переводчица рядом. -Добрый день, добрый день. Усаживайтесь поудобней. Вы подали заявление с просьбой провести с вами еще одно интервью, ваша просьба согласно чешскому законодательству удовлетворена, это пани переводчица, все что вы будете рассказывать, а она переводить – я буду печатать на компьютере. Потом мы напечатаем на принтере, вы перечитаете, если будут какие-то дополнения – мы дополним, вы подпишете и все это будет уложено в ваше дело для дальнейшего рассмотрения. Начнем?.. ...Закончили мы в полпятого вечера, а начали в десять... Я был выжат как лимон, в самом прямом смысле... Можете себе представить – я рассказал им практически всю свою жизнь, то есть все те сведения-факты из своей житухи, которые и привели меня сюда, в Чехию просить азила. Рассказал, осветил в должном свете с точки зрения международных законов и международных договоров (вооружила меня ими слична Воборжилова), так сказать разжевал и изложил. Им осталось только проглотить... Во время моего рассказа пару раз так становилось самого себя жалко, что чуть не заплакал. И только приобретенный за период проживания в Совке цинизм, собственное врожденное чувство оптимизма и хипповый стеб над самим собой, и удержали меня от этого нехорошего шага. Затем я попил кофе из автомата расположенного двумя этажами ниже – конечно за прайса! сходил отлил, что бы плакать не было чем, поболтал с переводчицей в коридоре. Она действительно чешка и действительно когда-то прекрасно говорила по-русски, кстати – раз так пять-шесть во время интервью, я ей подсказывал перевод с русского на чешский, это конечно не значит, что я лучше ее знаю чешский. Просто я лучше ее заучил все эти термины в чешском, которые касаются меня – это интервью в МВД было уже седьмое, а это хоть что-нибудь да значит, более точно находил эквивалент для перевода, все же не первый раз повествую о своей поломатой судьбе... Например слово «тунеядство» она вообще не знала как по-чешски, вместо бродяжничества – юридического термина – пыталась втискнуть в уши худенькой пани романтическое странствование... Приходилось вмешиваться, а еще переводчица!.. Но тут нас позвали в кабинет – компьютер отпечатал горестную повесть моей нелегкой жизни – жаль что в одном экземпляре, могла бы стать бестселлером и получить Нобелевскую премию, издавалась бы на всех языках цивилизованного мира – вот бы слез было, а режисеры-продюсеры бились бы рогами за право экранизации! а прайсов то, прайсов было бы!.. Мы расписались – каждый в своей графе, все дружно попрощались, переводчицу попросили слегка задержаться – начальство ей отметит бумаги для оплаты, меня повезли вниз в сопровождении молодого улыбающегося сотрудника в костюме. Откашлявшись и изо всех сил собравшись с духом, сотрудник сообщил мне по-чешски военную тайну: -Я читал вашу книгу... -И как? –

18
{"b":"221997","o":1}