ЛитМир - Электронная Библиотека

— Это уже радует, — Женька поморщился, отдирая от носа прилипший платок. И так не самое приятное ощущение — хоть удар был и аккуратным, но очень даже ощутимым, так ещё и эта тряпица намертво присохла.

— Перестань, только хуже сделаешь! — Аленка не выдержала вида подобного издевательства над самим собой и, прихватив пузырек перекиси водорода, вплотную подошла к болящему. Тонкая струйка бесцветной жидкости расплывалась на испачканном кровью полотне платка сероватым пятном, которое, постепенно расширяясь, делало ткань более мягкой и податливой.

— Почему ты не спрашиваешь меня о наркотиках? — взгляд Алены ни на мгновение не отлипал от Женькиного боевого ранения, словно от того, как пристально она будет смотреть, его нос заживет быстрее.

— А зачем? Я тебя знаю несколько месяцев, за это время ни разу под дурью не видел. Вены не "битые", — он повел глазами на её локтевой сгиб. Сосуды четко проглядывались, придавая тонкой коже чуть голубоватый оттенок. — Кожа чистая и гладкая, носовая перегородка не изменена, зрачки тоже в норме. Да и поведение адекватное. Ну, почти всегда, — последнее он добавил, пару секунд подумав. — А у твоей сестры на лице крупными буквами написано слово "Сучка". Я ответил на вопрос?

— Да, — девушка, наконец, убрала следы доврачебной помощи и теперь старательно стирала последние красные пятна с его лица. — Но она это сказала, поэтому давай отвечу, чтобы ты себе чего-нибудь не нафантазировал. У меня были раньше некоторые проблемы.

— Раньше — это когда?

— Три года назад. С тех пор абсолютно чиста, — Аленка чуть отошла и прямо посмотрела ему в глаза. — Я этого не скрываю, но и, по понятной причине, не афиширую.

— Естественно, — Женьке хотелось узнать, на чем именно "сидела" Герман, но не стал. Даже между близкими людьми не всегда уместны такие вопросы, а они все-таки, хоть и подружились, но не настолько, чтобы лезь друг к другу в душу. — Если захочешь рассказать, могу поработать жилеткой.

— Нет уж, спасибо, — вот теперь Аленка села чуть свободнее, расслабившись и откидываясь на спину стула. — Я в свое время много говорила с психологом, больше не тянет.

— Ну, и не настаиваю, — Власову захотелось как-то разрядить атмосферу. Да, неприятно узнавать что-то подобное о человеке, с которым постоянно общаешься, но уже одно то, что она смогла завязать, многое говорит об Алене, как о личности.

Ещё когда он только услышал о дружбе своей мелкой с этой девушкой, по своим каналам постарался узнать побольше об этом загадочном зверьке. Информация, конечно, была неполной, но основное он узнал — Алена из очень небедной семьи, до недавних пор была опорой и главной надеждой, более того — наследницей семейного бизнеса. А несколько лет назад внезапно оборвала все контакты и уехала на десяток тысяч километров. Почему она осела именно в их городе, он так и не узнал — ни друзей, ни родственников здесь не было. Может, как раз именно поэтому. С тех пор ведет довольно замкнутый образ жизни, с родственниками почти не общается, живет скромной студенткой, подрабатывая консультантом в салоне сотовой связи. Ни в каких сомнительных авантюрах замечена не была. Вот все, что получилось узнать — ни каких-либо подробностей жизни до приезда сюда, ни, тем более, таких вот откровений больше не было.

— Инна тебя морально казнит, — девушка встала, чтобы зажечь огонь под чайником. — За вмешательство в личную жизнь.

— Если бы я не вмешался, сестренка до сих пор сидела бы в своем Мюнхене и чахла от тоски, а Серый — тихо сатанел тут, пока, наконец, не явился бы за ней и не приволок в свою пещеру. Естественно, Инка бы возмутилась, даже если бы и была этому рада. В конце концов, они бы поругались, а то я своего друга не знаю. Так что, можно сказать, я спас эту пару, — к концу фразы Женька даже немного приосанился, словно ожидал вручения ордена за свою доблесть и отвагу.

— Выходит, не знаешь, если не успел увернуться, — Аленка присела на разделочный стол и кивнула на Женькино пострадавшее лицо.

— Да ладно, а то я не понимал, что он мне ещё двинет. Зато теперь мы точно в расчете — когда все только начиналось, я ему тоже за Инку морду бил.

— Как у вас весело. То ли дело мы, девочки — пообсуждали вас за чашкой кофе и пошли дальше тянуть лямку семейной жизни, — девушка поставила на стол чашки. — Сахар положить, как всегда?

— Да, спасибо. Я вот теперь другой план придумал.

— Не надо!!!

— Ты его ещё не слышала, — Власов сделал вид, что обиделся. — Если откажешься, все равно скажу, что разрабатывали мы его вместе.

— Стукач, — Аленка зашипела, схватившись голой рукой за горячую ручку чайника. — Ай, блин!

— Куда ты торопишься?! Ожог покажи, — Женька тут же подорвался с места. Ладошка покраснела, но волдырей не было. — Вечно тебя куда-то несет… Пантенол есть?

— У меня есть подсолнечное масло, — выдрав свою конечность из загребущих ручонок парня, она попыталась спрятать её за спину.

— А у меня есть младшая сестра, за которой половину её детства следил, родители четко говорили, что маслом мазать нельзя.

— Ага, а ты прям такой послушный мальчик, — под его укоризненным взглядом она обильно смочила побагровевшее место густой золотистой жидкостью и уселась напротив Женьки. — Давай, Макиавелли хренов, рассказывай, что там ещё придумал.

— Я даже пропущу мимо ушей оскорбление. Слушай и склонись ниц перед моим гением. Надо Инку за Тихонова замуж отдать.

— Гений, тебе корона не жмет? Ты бы сначала спросил, хочет ли сестра замуж, — Алена попыталась припомнить, что говорила подруга о визите в ЗАГС, но ничего жизнеутверждающего в голову не приходило. — Насколько помню, она туда ещё лет пять не собирается.

— Если мы будем ждать, пока Инка захочет, то до пенсии на их свадьбе не погуляем.

— Почему-то мне кажется, что будущий молодой муж в курсе твоих планов, — черные подозрения на этот счет становились все более явными. Не стал бы Женька так подставлять друга. И дело не в недостатке братской любви, тут как раз полный порядок, а в элементарной мужской солидарности.

Власов улыбнулся, но промолчал, предлагая Алене сделать выводы самостоятельно.

— Что, так и сказал?!

— Нет, но там направление мыслей правильное, поверь.

— Давай сначала убедимся, что Сергей хочет на Иннусе жениться, а то совсем некрасиво получится. Блин! Ты меня все-таки втянул в эту авантюру! — девушка отставила чай, немного разозлившись на друга за втравливание в очередную историю, и отошла к окну. — И вообще, пусть они сами разбираются, чего ты пристал?

— Я, как брат, не могу допустить, что Инка с кем-то жила в грехе, — последнее он сказал таким сомневающимся тоном, что Аленка фыркнула от смеха и прищурилась.

— А если поменять вас местами? Инна узнает, что ты с кем-то серьезно встречаешься, и погонит вас к алтарю?

— Ты теплое с мягким-то не путай, — Женька даже поперхнулся, представив такую картину.

— Шовинист несчастный.

— Ладно, не будем уходить от темы. Ты мне поможешь?

— А не боишься, что могу все рассказать Инне? — Аленка не собиралась выдавать своего иногда увлекающегося друга, но не могла не задать этот вопрос.

— Умница! — Власов приподнялся и, подойдя к замершей с кислым выражением лица Герман, взлохматил и без того стоящие дыбом темные волосы. — Ты намекни, мысль зарони, а дальше все пойдет по накатанной.

— Хорошо, что она драться не умеет, а то ходить бы тогда и мне с разбитым лицом…

— И как тебе семейная жизнь?

Инна, лениво возюкающая ложечкой в креманке с мороженым, вздрогнула, видимо, слишком погрузившись в мысли. Атмосфера уютного тихого кафе располагала к неспешным спокойным разговорам и умиротворенному молчанию за чашечкой ароматного чая, именно поэтому девушки это заведение и выбрали. Ну, и плюс к тому — находилось оно через дорогу от Аленкиной работы, перерыв у которой был не резиновым.

— Даже не знаю, — Власова легко пожала плечами и как-то кривовато улыбнулась. — Вроде, все хорошо, но…

2
{"b":"221999","o":1}