ЛитМир - Электронная Библиотека

— Ага, вы настолько гордились, что, когда она решила уехать, лишили всего.

— Да. И до сих пор считаю, что правильно сделал. Она сама смогла начать жить так, как ей хотелось, — он выдохнул резко, со свистом, как будто эта почти исповедь вытянула все силы, и потянул галстук, ослабляя узел. — И я знаю, что хоть Аленка и скучает, но… Без нас ей было лучше.

Герман поднялся и каким-то немного нетвердым шагов подошел к окну.

— Вы все время следили за ней.

— Если бы у неё появились по-настоящему серьезные проблемы, она бы уже меньше, чем через сутки была дома. И чтобы стало совсем понятно, я трижды отдавал такой приказ. И каждый раз отменял.

Теперь мужчина замолчал окончательно, выплеснув это все. И Власов его в чем-то понимал — жене такое не расскажешь, к психоаналитику русский человек ходить не приучен, да и в бане с мужиками таким не поделишься. Но самое главное было в другом. Женька наконец-то понял его.

Для человека, который привык контролировать все и вся, постоянно быть в курсе и всем управлять, отпустить тогда дочь… Это даже не серпом по причиндалам. Он осознанно каждый день наступал себе на горло, давая Аленке шанс на нормальную жизнь. Только вот один момент остался не проясненным.

— Почему вы сделали все, чтобы о ней вообще забыли? Ни фотографий, ни упоминаний. Даже не так, как будто умерла. А словно и не было.

— Здесь у меня есть сила и власть. И свою семью я защищу. А там… Для всех было лучше про Алену забыть. Чтобы она стала просто неинтересна. Для неё это было защитой. Правильной или нет, она решит сама.

Власов мог бы сказать много всего прекрасного и разного, правда, преимущественно матом, о таком способе защиты, но сдержался. И так хватит на сегодня, а то от количества совершенный добрых дел как бы нимб просвечивать не начал. Но одно все-таки уточнил.

— Вы ведь хотите, чтобы она осталась здесь?

Ответом послужило красноречивое молчание.

А Женька сразу решил, что Лёнку тут не оставит. Не для того он первый раз в жизни задумался о чем-то, более серьезном, чем просто приятное времяпрепровождение, чтобы отдать кому-то свою девушку. Даже если это её собственная семья.

— Понятно, — Власов поднялся, чувствуя себя так, словно эти четверть часа не в событиях трехлетней давности копался, а таскал мешки с цементом. — Если наша договоренность ещё в силе, я бы хотел пообщаться с начальником службы безопасности.

— Хорошо, — Герман перестал таращиться в окно. — Надеюсь, напоминать, что все услышанное никуда дальше идти не должно, не надо? — Николай Петрович удовлетворенно кивнул, заметив, что Женька недовольно дернул щекой на такой вопрос. — Тогда предлагаю сейчас пообедать, а потом поговорить с Владимиром Федоровичем.

Герман явно собирался делать вид, что ничего из ряда вон выходящего тут не произошло. Так, не очень приятная, но необходимая разъяснительная беседа, не более того. И Власов его в этом стремлении поддерживал. Несмотря на образование и особенности профессиональной деятельности, копаться вот в таком он не любил. Потому сейчас испытывал какую-то странную неловкость, хотя и успокоился насчет основного мучавшего его вопроса. По всему выходило, что специально вредить Алене отец бы не стал.

Разговор с начбезом ничего не дал. В том смысле, что они, после обязательного ритуала вежливого испытания крепости нервов друг друга, пообщались на отвлеченные и не очень темы — Владимир Федорович Сафонов, естественно, был в курсе последних часов жизни почившего Михайлова, потому о пропаже Алены знал. И уверял, что его подчиненные носом землю роют в поисках девушки. Но пока безрезультатно — складывалось впечатление, что, после того, как её забрали из аэропорта, машина заместителя на некоторое время просто-напросто пропала, а потом снова материализовалась, только уже будучи сильно попорченной пламенем и с двумя трупами внутри. Чудеса.

— Мы так будем искать до второго пришествия, — Власов уже существенно пресытился новыми впечатлениями, и теперь больше всего хотелось, прихватив Аленку, улететь домой, к таким простым и привычным проблемам, вроде, утечки информации в СМИ и прочей рабочей лабуде. Серега пока справлялся, но намекнул, что уже задолбался пахать ещё и за него, так что пора заканчивать дальний вояж и возвращаться до дому, до хаты. — Счета проверили?

— Естественно, — Герман за прошедшие полдня начал выглядеть ещё хуже, чем Женьку несколько насторожил. Не хватает только, чтобы и его в разгар такого веселья родимчик шибанул. — Ничего необычного.

— Плохо. А слухи?

— Этого добра всегда хватает. Но интересующих нас тоже не появлялось.

— Ладно, будем искать дальше… Как думаете, у проблемы Алины тоже отсюда ноги растут?

Судя по тому, какое выражение лица скроил Николай Петрович, он точно знал это самое место, являющееся источником неприятностей младшей дочери, но в приличном обществе его лучше не упоминать.

— А почему вы и к ней те же принципы воспитания не примените?

— Потому что каждому по мозгам его, — несмотря на поздний вечер, уходить домой Герман, видимо, не собирался. — Только если с Аленой это прошло, то ни у Ильи, ни у Алины такого стержня нет. А с её ситуацией я разберусь. И помощь в этом не нужна.

Женька только кивнул, потому что это немного развязывало руки. Да и, если сравнивать с тем, как доводили старшую сестру, проблемы младшей были совсем из другой оперы. Хотя, если это действует один и тот же человек, можно только поаплодировать — очень нестандартный и разносторонний подход. И Власов ему выскажет свое восхищение, правда. Ноги и руки переломает, а потом выдаст все причитающиеся комплименты.

— Простите, вы не подскажете, где я могу найти Даниила Александровича? — бегать по дому, заглядывая во все укромные места в поисках Полоза, Алена поостереглась. В другой ситуации она, может, и захотела бы ознакомиться к шедеврами местной архитектуры, но тут велик шанс увидеть, что не следует, потому и просто по коридору девушка перемещалась быстро и целенаправленно.

— Он сейчас уехал по делам, но я передам, что вы его спрашивали, — та самая неприметная тетенька, которую Алене так никто и не представил, кивнула Герман и шустро порысила по каким-то своим домработницким делам.

— Большое спасибо, — пришлось немного повысить голос, чтобы она услышала.

Так, значит, придется ждать. Не очень хорошо, конечно, потому что неизвестно, что именно в этот момент творят отец с Женей. Больно уж у них обоих богатая фантазия, поди пойми, в какое место и какой идеей она их кольнет…

Несмотря на полный физический комфорт, Лёна уже не могла тут находиться. Тревога, пребывание в постоянном напряжении и не проходящее ощущение, что она упускает что-то очень важное, никак не настраивали на благодушный лад. Вот и родилась очередная идея. Хотя, если подумать, её план очень даже разумен. Осталось только донести его до Даниила и надеяться, что именно в чем-то подобном его игры и заключаются. Потому как, если она ошибается, плохо будет всем. Ну, кроме, разве что, самого Астахова, уж он-то явно подстраховался от всяких неожиданностей…

Вернувшись в комнату, Алена постаралась сосредоточиться на работе, но без интернета это оказалось не то, чтобы трудно, а почти невозможно. Потому как технический перевод это вам не сложение хокку. Промаявшись несколько часов и набрав в текстовом редакторе ровно две строчки, значение одной из которых вызывало сильные сомнения, а вторая, и вовсе, явно содержала какую-то ошибку, девушка устроила на Астахова засаду на балконе, с которого была видна подъездная дорожка к дому и часть внутреннего двора. Покусывая яблоко и кутаясь в свитер, ибо наступивший вечер особым теплом не порадовал, Алена пыталась думать о предстоящем разговоре, а мысли все равно плавно съезжали на совсем другое. На тоску по родителям да и вообще по родным местам. И на то, что ещё два, ну, максимум, три дня, и она вернется домой. Не к папе с мамой, а к себе. И к Женьке тоже. Надо же, раньше и не задумывалась, насколько много места он занимает в мыслях и жизни.

58
{"b":"221999","o":1}