ЛитМир - Электронная Библиотека

— По мере сил. Прошу прощения, не хотела причинить вред, просто в последние дни все время на нервах.

Соня могла в полной мере гордиться собой — хоть внутри все заледенело, словно единым махом съела несколько пригоршней снега, а коленки так и норовили уйти в мелкую дрожь, но на произнесенной речи это никак не отразилось.

— Я понимаю, — Астахов прошелся по комнате, оглядываясь с таким любопытством, как будто ни разу тут не был.

Девушка же следила за ним с настороженностью и напряжением камышовой кошки, увидевшей чужака на своей территории. И намного более сильного чужака… Тут сразу и не поймешь, что лучше — вздыбив на загривке шерсть, все-таки кинуться на отстаивание своих прав, признать его превосходство или потихоньку убежать, пока и он тебя не заметил. Больше всего она склонялась к последнему варианту, но выбора никто не предоставил, потому оставалось только занять выжидательную позицию.

Как бы невзначай опершись бедром на высокий подлокотник кресла, Соня приняла максимально нейтральный и независимый вид.

— Уверена, что понимаете.

— Золотце, нас тобой так много связывает — особенно в денежном эквиваленте — поэтому предлагаю перестать мне "выкать", — он остановился возле окна, зачем-то тронул занавеску и выглянул в уличную темноту.

В этот момент Маркевич искренне понадеялась, что там сидит какой-нибудь снайпер — уж очень хорошо просматривается мужской силуэт на фоне освещенного проема. Но, как говорится, не с её счастьем…

— Хорошо.

Язвить на эту тему она не собиралась, и так непаханая нива общих интересов, где можно осторожно прижать соперника, а потом над ним поиздеваться.

— Вот и прекрасно, — Астахов закончил с осмотром помещения и снова вернул внимание к Соне. Уж лучше бы продолжал пялиться на обои… — Через полчаса спускайся вниз, приглашаю тебя на ужин.

Ох, кто бы знал, как ей тут же перехотелось есть! Но отказываться было бы недальновидно — до сих пор он вел себя безукоризненно, ни к чему портить так хорошо начинающееся знакомство. Про угрозу вырубить её, в случае попытки оказания прилюдного сопротивления, Софья не забывала, но и решила не припоминать. В конце концов, нервы не железные, а она заставила не только пешек, но и САМОГО поучаствовать в занимательных бегах.

— Благодарю, я буду готова.

— Тогда буду с нетерпением ждать, — Даниил уже почти вышел, но в дверях обернулся. — А эссе получилось замечательным. Сразу видно, что тема тебе близка и… всесторонне прочувствована.

Только вновь обретенное хладнокровие, понимание, что за ней сейчас наблюдает беспристрастный объектив видеокамеры, и уважение к труду великого классика помешали девушке бросить в закрывшуюся дверь томом тяжелого во всех смыслах романа.

Вместо этого она спокойно и с достоинством прошла в ванную и только там, почти упав ладонями на холодные скошенные края раковины, позволила себе вдохнуть полной грудью. То, что Астахов её одновременно интригует и бесит — это половина беды.

Она только что едва не убила человека. Понятно, что даже если бы и воткнула ручку в его шею, это не означает обязательную и мгновенную смерть. Скорее всего, вообще бы только поцарапала, да и Даниила так просто не добьешь — он из принципа не стал бы настолько легко умирать, но…

Соня последние несколько лет планомерно и осознанно нарушала закон. Да, это довольно трудно доказать, но сама-то она об этом знает. Хотя забирала не у детских домов и пенсионеров, которые и так обворованы всеми на свете, это сущая демагогия, ибо преступление есть преступление.

И что, если не будет иного выхода, она сможет убить — тоже понимала. Вот только понимать, это одно, а едва не искалечить человека — совсем другое. И пусть многие за этот поступок пожмут ей руку и вынесут благодарность, но убить тогда, когда есть другая альтернатива, кроме собственной смерти, Маркевич не сможет.

Ладно, не о таких философских вопросах думать надо — уже минут через двадцать ей предстоит новый раунд не то переговоров, не то скачек обезьянки в клетке с дремлющим хищником. И, к сожалению, роль мартышки в данном раскладе именно у неё. Но ведь не зря приматы эволюционировали до людей, значит, есть и у неё шансы…

Тщательно умывшись ледяной водой, надеясь, что хотя бы холод заставит прилить кровь к совершенно белым щекам, Соня на минуту замерла, медленно и размеренно дыша, стараясь полностью взять эмоции под контроль. Может, окончательной победы она и не добилась, но, когда выходила из санузла, чтобы выбрать наряд, в котором пойдет на рандеву, казалась настолько спокойной, насколько это вообще возможно в данной ситуации.

Итак, она должна выглядеть элегантно, неброско, ни в коем случае не вызывающе и, как и всегда, ухожено. К сожалению, это наименьшая из бед. Та, которая побольше, будет ждать её за столом…

— Чья была идея с сочинением? — Дан остановился напротив двух немного взбледнувших лицом охранников, которые все-таки прибежали, заметив попытку убиения, но в комнату не зашли, ибо начальство само справилось с форсмажорной ситуацией. — Ну?

— Моя, — Егор не стал прятаться за спину напарника и сделал шаг вперед. — Вы же сами сказали, чтобы мы её спровоцировали, вроде как, забыв закрыть дверь…

— Это я помню, а Достоевский при чем? — очень хотелось посидеть несколько минут в тишине и покое, дав отдых уставшим глазам и не напрягаю мозги, но желание докопаться до истоков ситуации снова перевесило.

— Она просила принести книгу, а я как раз пытался за Сашку сочинение написать. Честно говоря, от этой мути уже башка раскалывалась, вот и отдал ей. А потом по мониторам смотрю — сидит и читает. Ну, и решил, чего девчонка от тоски мается, пусть доброе дело сделает…

— А тему сам придумал?

— Нет, такую дали.

Астахов с трудом сдержал немного неуместный сейчас смех. Какая у него, однако, охрана хозяйственная, все в дом, все в семью. Нужно будет Димку порадовать, вон какие у него заботливые орлы, спасли девушку от скуки.

— Так, тогда ясно. Молодец, что развлек, только в следующий раз носки ей стирать не отдавай, она тут для другого нужна. Как отреагировала на открытую дверь?

— А никак, — поняв, что начальство не гневается, слово взял Артем. — Вообще. Даже к двери не подошла, чтобы за ручку подергать.

— Может, не поняла, что та не заперта? — а это интересно — почему, при таком стремлении к свободе, Золотце не воспользовалась шансом?

— Нифига, её даже полностью закрывать не стали, щель оставили. И она на неё посмотрела, но подходить не стала.

— Все понятно. Свободны, — кивком отпустив ребят, Даниил ушел к себе, чтобы переодеться с дороги и привести себя в порядок. Все-таки с красивой женщиной ужинать собрался, нужно блюсти этикет. Да и вообще вечер обещает быть очень интересным…

По пути ему встретился Димка, о чем-то каявшийся по телефону жене.

— Да точно… Зайка, я часа через полтора дома буду, честно.

Дан только сочувствующе похлопал брата по плечу. У племянницы резался очередной зуб, поэтому девочка постоянно ныла с таким удовольствием и громкостью, что в курсе были все соседи. И не только из его подъезда.

— Привет ей передавай.

Димка только зло зыркнул на старшего, без слов давая понять, в каком месте он видел это самое приветствие. Ведь именно из-за очередных планов Даниила Таня осталась одна с плачущим ребенком, которого не могли успокоить никакие игрушки.

— Хорошо, очень постараюсь, — что-то неразборчиво буркнув в трубку напоследок, младший все с тем же уровнем приязни посмотрел на брата. — Меня Танюха теперь запилит из-за твоих девок.

— Ты хотел узнать, как Маркевич наших юристов обошла? — Даниил не стал акцентировать внимание на его недовольстве. — Сейчас появится такая возможность.

— Да ну её, эту возможность нахрен, мне домой надо, — тем не менее, мужчина, похоже, уже внутренне смирился с задержкой. — Ладно, сейчас посижу, но завтра меня не будет — Таня какой-то зачет сдает, останусь с Машей.

15
{"b":"222002","o":1}