ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Фаворитка Тёмного Короля
11 врагов руководителя: Модели поведения, способные разрушить карьеру и бизнес
Смерть под уровнем моря
Мир вашему дурдому!
Сердце предательства
Нора Вебстер
Камни для царевны
Дао СЕО. Как создать свою историю успеха
Роберт Капа. Кровь и вино: вся правда о жизни классика фоторепортажа…

Поражает беспечность, с которой Капитолина Николаевна относилась не только к расходованию денег, но и к самому факту начала войны.

В самом деле, не случайно Макаров напоминает жене о том, что «теперь неприлично тебе и Дине наряжаться в большие шляпы».

К начавшимся событиям Макаров и светское общество, к которому причисляла себя Капитолина Николаевна, относились по-разному.

Для Капитолины Николаевны война была лишним поводом к тому, чтобы блистать новыми туалетами на благотворительных («в пользу раненых») балах, Макаров расценивал войну как серьезную опасность, нависшую над Родиной, над народом. Впрочем Макаров видел и другие примеры беспечности. Один из них поразил его на пути в Порт-Артур.

Чем дальше углублялся поезд в Сибирь, тем больше обгонял по пути воинских эшелонов. Немало поездов двигалось и в обратном направлении, из района боевых действий в Петербург и Москву. «Вчера вечером, — пишет Макаров в письме от 9 февраля, — встретили поезд, на котором ехали порт-артурские дамы, выехавшие в день бомбардировки, — Гаврюшенко, Гиляровская и др. Они вызвали меня на платформу и были превеселы».

Тем временем в Порт-Артуре со все возрастающим нетерпением ожидали прибытия Макарова. После ночного нападения японцев на корабли, стоявшие на рейде, и бомбардировки Порт-Артура, на эскадре, которой еще командовал, дожидаясь приезда Макарова, адмирал Старк, господствовало настроение томительного выжидания. Моряки в течение дня по несколько раз справлялись на телеграфе: где сейчас Макаров и скоро ли он будет в Артуре? Молодежь, плававшая на транспортах, стремилась перейти на боевые корабли. «…Обидно, при таком адмирале, как Макаров, поведущем в бой корабли, прозябать на каком-то транспорте!» — говорили они.

Рано утром 24 февраля Макаров прибыл в Порт-Артур. Ему готовили торжественную встречу. Полковник Вершинин произнес приветственную речь. Но Макарову было не до речей. Он холодно выслушал приветствие и тотчас же отправился на крейсер «Аскольд», где поднял вице-адмиральский флаг. Многие высшие офицеры, знавшие Макарова по Кронштадту, были несколько встревожены. Его необычайная стремительность, резкость и некоторая сухость в обращении, казалось, не сулили ничего доброго. Не так восприняли поведение Макарова матросы. Многие из них знали адмирала еще по Кронштадту. Все быстро поняли: приехал настоящий командир, который не потерпит ни в чем расхлябанности, беспорядка и несправедливости. Это не Старк!

Приняв во время военных действий пост командующего флотом, лучшие корабли которого были уже выведены из строя, а база блокирована крупными силами неприятеля, Макаров прекрасно понимал всю ответственность, ложившуюся на него. Он еще давно говорил, что его отправят на Дальний Восток лишь тогда, когда дела там примут плохой оборот. Теперь он брался за нелегкую задачу — исправить положение. Надо было в кратчайший срок, отбиваясь от атак противника, навести порядок на эскадре, привести ее в боеспособное состояние, ввести в строй поврежденные корабли, научить командный состав правильной для существующего положения тактике, вырвать инициативу из рук японцев. Недостатка в помощниках среди офицеров и в особенности матросов у Макарова не было. Почти все, кроме карьеристов, подхалимов, трусов и обиженной бездари, поняли, что во главе с таким командиром и организатором, как Макаров, можно сделать многое. Все были заняты своим делом и горячо работали, стараясь наверстать упущенное, В день приезда, побывав на «Ретвизане» и «Цесаревиче», испытавших первый удар врага, Макаров убедился, что ремонт идет недопустимо медленным, «черепашьим», темпом. Он тотчас распорядился командировать в помощь приехавших вместе с ним обуховцев и балтийцев. «Русский человек под хорошим руководством может творить чудеса», говорил Макаров.

Сразу же после приезда Макаров тщательно ознакомился с условиями обороны Порт-Артура как, с моря, так и с суши, участвовал в совещаниях, на которых разрабатывались планы согласованных действий войск и флота на случай высадки японцев. Все остальное время он проводил на кораблях эскадры, проверяя боевую готовность, знакомясь с командами и офицерами. Его задачей было не только обеспечить оборону Порт-Артура с моря, но подготовить эскадру к активным действиям в открытом море.

Однако соотношение сил на море было далеко не в пользу России.

Японский флот, еще совсем недавно не имевший ни одного боевого корабля, был создан на английских и американских верфях чрезвычайно быстро.

Во время постройки «Ермака» на верфи Армстронга, Макаров видел заложенные там для Японии броненосцы и тогда еще обратил на это серьезное внимание.

К началу войны Япония имела сильный флот, построенный по последнему слову военно-морской кораблестроительной техники. Он состоял из шести эскадренных броненосцев водоизмещением от 12000 до 15440 тонн; четырех броненосцев береговой обороны, восьми броненосных крейсеров водоизмещением от 9500 до 9900 тонн, двух легких крейсеров, трех канонерских лодок, двадцати семи контр-миноносцев и девятнадцати номерных миноносцев и минного транспорта и других кораблей, — всего из восьмидесяти боевых единиц.

Русский флот на Дальнем Востоке, имевший только две базы — Порт-Артур и Владивосток, хотя и усиленный перед войной, насчитывал не более шестидесяти боевых кораблей.

Большая часть из них, в том числе и все броненосцы, были блокированы в Порт-Артуре в первые дни войны. В качественном отношении Тихоокеанская эскадра в целом также уступала японскому флоту, так как, наряду с сильными современными боевыми кораблями, имела в своем составе корабли старые, тихоходные, со слабым вооружением. Например, двадцать четыре миноносца, входившие в состав Порт-артурской эскадры, постоянно находились в ремонте из-за различных неисправностей.

После первых же разбойничьих нападений японского флота на Порт-Артур и Чемульпо русский флот уменьшился еще на несколько единиц. Героически погибли в Чемульпо, после боя с целой японской эскадрой, крейсер «Варяг» и канонерская лодка «Кореец». Получили серьезные повреждения стоявшие на рейде во время предательского нападения японцев на Порт-Артур броненосцы «Ретвизан» и «Цесаревич» и крейсер «Паллада».

Японцы располагали не только более сильным флотом, удобством коммуникаций и большим количеством баз, но и возможностью группировать силы для ударов. Все это стало ясно в первые же дни войны.

Неравное соотношение сил и невыгодное стратегическое положение, в котором очутилась Россия на Дальнем Востоке, все же не решали вопроса победы. Несмотря на элемент «неожиданности», на который японцы рассчитывали, и неподготовленность России к войне, они несли весьма тяжелые потери на море и часто не умели воспользоваться до конца своими же успехами.

Русские офицеры и матросы в большинстве оказались героями. Они показали всему миру замечательную стойкость и мужество; примером тому был подвиг «Варяга», а позднее — и защита Порт-Артура.

Наместником царя на Дальнем Востоке был адмирал Алексеев. Бездарный руководитель, карьерист, никудышный организатор, он, увидев в прибывшем Макарове «конкурента», делал все, чтобы затормозить, исказить, представить в ложном свете его энергичные действия. Выведенный из терпения Макаров несколько раз сам, через голову наместника, отправлял телеграммы непосредственно царю.

Алексеев был принужден выполнить ряд требований Макарова. Но он счел себя оскорбленным и, чтобы отомстить, — неоднократно поднимал вопрос об ограничении прав командующего флотом. В конце концов его доносы подействовали. Но распоряжение об ограничении прав и полномочий Макарова пришло уже после его смерти.

Система жалоб, доносов, наушничества была обычным явлением в среде высшего командования на Дальнем Востоке еще до начала войны. В Порт-Артуре организатором склоки и разжигания вражды между армией и флотом был генерал Стессель.

Грызня, царившая в Порт-Артуре между генералами, и враждебность большинства из них к Макарову не могли не сказаться на успешности проводимых им оборонных мероприятий. Из этой порочной среды, правда, выделялось несколько генералов, известных своей личной храбростью и решимостью бороться. В первую очередь это были генералы В. Ф. Белый и в особенности Р. И. Кондратенко.

58
{"b":"222005","o":1}