ЛитМир - Электронная Библиотека

Все присутствующие захлопали, аплодисменты переросли в овации, овации в экстаз и восторг к любимому президенту и под общий шум президент демократической России начал свою речь, не отпуская руки первого дальнего космонавта и вглядываясь сквозь толстые стекла очков в листки, которые перед ним держал какой-то генерал с брюзгливым лицом. Юрий понял - это последнее препятствие на пути к ломившемуся от еды столу, он судорожно и некультурно глотал слюни, но к счастью - благодаря новым веяниям, речь президента уложилась в сорок семь минут.

А затем был банкет... Только чувство ответственности и понимания важности момента спасли Юрия от конфуза - обморока. Представьте себе - всемирная трансляция встречи и обморока первого дальнего космонавта России на приеме в Кремле... На руку недругам. Страшней и не придумаешь!..

С огромнейшим трудом сдерживаясь от желания, от жгучего желания сгребсти со стола первое попавшееся под руку и запихнуть это первое попавшееся целиком в рот, запихнуть безо всякого этикета и приличий, Юрий мелкими шажками подошел к столу, в сопровождении все еще цеплявшегося за руку этого демократического президента, и что ему старому херу надо, Ивана, толпы фотографов, корреспондентов и членов правительства... Неужели они все будут смотреть как я буду жрать?! Юрий взял самый крохотный бутербродик, меньше просто не было на столе, бутербродик с черной икрой, и фужер с шампанским увы, фужеры были все одинаковые, Иван повернул Юрия к президенту, генерал с брюзгливым лицом вставил в плохо гнущиеся пальцы президента фужер с шампанским...

Илья Сергеевич протянул свой фужер к фужеру космонавта и слегка ударил хрусталем об хрусталь. Раздался мелодичный звон, вспыхнули многочисленные вспышки и президент России выпил вместе с дальним космонавтом за Родину. Снимок обошел все газеты мира.

-...Ну что скажете, как выглядит, сволочь, как огурчик, а ведь не хотел лететь, скотина, упирался, а теперь...

Юрий наслаждался... Бутерброды с икрой и сыром, многослойные и разнообразные, салатовые тартинки и оливы, шашлыки и цыплята-табака, десерты, мороженное и кондитерские изделия со всего света... Устанешь перечислять, что он только съел в тот самый первый свой земной обед-ужин после столь долгого перерыва, целых тридцать семь лет питался всяким говном из туб, глаза бы их не видели!.. И запивал все шампанским, «Российским шампанским», огромным количеством шампанского, больше он ни чего не хотел, только шампанское, пузырящееся, холодное, остро колющее горло, шампанское... Рядом мелькали какие-то то мужские, то женские, и даже ого-го какие непротивные лица, что-то у него спрашивали, он что-то мычал в ответ, исчезал и вновь появлялся Иван, а Юрий все ел, ел и ел... Он почему-то даже не боялся последствий такого обжорства, ведь нельзя же так много и так сразу после столь долгого перерыва и длительной тубовой диеты, ведь может быть плохо, но голос рассудка был задавлен количеством поглощенной еды.

Где-то вдалеке гремела музыка и смеялись над шутками президента любящие его сограждане, сразу видно - президент демократичен и доступен до народа, девушки наперебой пытались взять космонавта, то есть его, Юрия, то за локоток, то на абордаж, но увы - все было тщетно! Юрий ел и не мог наестся, ел и не мог остановится... Только слегка кружилась голова и в животе становилось все тесно и тесно, все тесней и тесней, ну что ж, схожу в туалет и продолжу... Мелькнул в очередной раз Иван, Юрий выхватил его из толпы взглядом и призывно замахал рукой с вилкой, на которой был крепко насажен кусок оленины во французском соусе, если не соврал официант...

-Ну что душенька твоя довольна? -

с легкой ехидцей поинтересовался Иван. Юрий пояснил:

-В туалет хочу, отведи - век благодарен буду.

-Пойдем.

И слева, и справа к Юрию тянулись руки, все норовили пожать руку космонавту, потрогать его, потрепать за плечо, все улыбались ему, все ему что-то говорили о чем-то, но слова сливались в общий гул ровный гул-щум-прибой, сверху светила на голубом небе хрустальная люстра, Юрий приветственно помахивал руками и улыбался, помахивал свободными руками, так как две своих вилки оставил на столе, наказав официанту - не уноси, я сейчас вернусь, быстренько сбегаю и обратно...

-Сюда, -

Иван почему-то перешел на короткие, отрывистые, похожие на команды, слова, Юрий послушно повернул, за темно-бархатно-красной шторой мелькнула резная дверь темного дерева зеленого камня стена блестящей бронзы ручка, надо же, а я и не заметил в каком зале меня принимали, ну и банкетище отгрохали, а все в мою честь, сумрачный, прохладный коридор, две широкоплечих фигуры в темных костюмах стремительно поднялись с кресел с золоченными ножками на встречу... Иван толкнул Юрия к ним и все так же отрывисто произнес, как скомандовал:

-Возьмите его.

ГЛАВА ВТОРАЯ.

Небо еще спало, но первые робкие лучи солнца уже прорвались сквозь легкие сизо-синего цвета шторы в кабинет молодого генерала Савраскина. Сам же Савраскин, сорокалетний мужчина приличного роста и телосложения, возвышался за столом, тупо уставясь на телефон. Вообще-то, телефонов у генерала было много, но в данную минуту его интересовал аппарат ярко-зеленого цвета, без клавиш, слегка приплюснутый сверху, аппарат напоминал то ли плитку малахита, то ли приготовившуюся прыгнуть прямоугольную жабу с закругленными углами. Голова у генерала поскрипывала от вчерашнего банкета, устроенного этим придурком, сранным засранным престарелым президентом в честь хрен знает где проболтавшегося тридцать семь лет ублюдка, из-за которого и вынужден генерал сидеть у себя в кабинете, тупо уставясь на телефон... А телефон молчал. В голову лезла всякая чертовщина - девки из подразделения майора Харитонова, ну оторвы, пробы негде ставить, да где Харитоша набрал только таких блядей - непонятно... Подготовка к дню «ЗЕТ», что идет полным ходом, уже и командир легионеров вовлечен, а куда он сука денется, компромату на него вагон... Генерал тяжко вздохнул - может выпить немного, помешкал, еще раз вздохнул и потянулся... Сильным, но затекшим телом... Хорошо блядям, спят сейчас, а тут... Внезапно звякнул красный телефон, украшенный двуглавой птичкой, Савраскин от неожиданности подпрыгнул - ни хера себе!.. Ждешь одного звонка, а на голову, как снег, другой...

-Генерал Савраскин слушает!

-Слушай генерал, слушай, с дачи сообщений еще не было?

-Ни как нет, господин президент! Как только будут какие-либо сообщения, я тут же немедленно сообщу вам!

-Молодец генерал, я вижу ты засиделся в генералах, надо тебя дальше двигать... Заскочи часикам к пяти, мы это дело обсудим... И звание, и должность... А то такой молодец и все еще генерал и начальник отдела... Непорядок... Ну пока, генерал...

-До свидания, господин президент... -

растерянно прошептал Савраскин, ни хрена себе, а как же день «ЗЕТ», может шепнуть президенту, может он и не сраный президент, ишь, заботливый какой, да что же это такое, надо хорошенько все это обсудить-обдумать, посмотрим-посмотрим, что ему вечерком президент пообещает, а тогда и решим...

-Фамилия, имя, отчество?

-Все называть или последнее только?

-Что?! Да ты что, сука издеваешься надо мной?! Да я тебя, блядский рот!..

-А-а-а-а-а-а!!!..

-Встать! Сесть! Руки на колени! Я сказал - на колени!!! Отвечать на вопросы!!!

-Слушаюсь...

-Фамилия, имя, отчество?!

-Леонидов Юрий Иванович...

-Прежде был Заикиным?. .

-Да...

-С какой целью сменили фамилию?

-Не знаю... Мне сообщили об этом... Я и не знал...

-Кто вам сообщил, что вы теперь не Заикин, а Леонидов?

-Этот... командир отряда космонавтов... я фамилию его не помню... его еще звали Командором, да, Командором его называли...

-Командором! -

оживился мучитель Юрия и выскочил из-за стола. Яркий свет слепил Юрия, глаза слезились и от этой страшной лампы, и от боли в спине... Мучитель пробежался несколько раз туда-сюда по кабинету за спиною у Юрия, тот сидел настороженно, втянув голову в плечи и ожидая вновь ударов резиновой дубинкой. Но мучитель вернулся за стол и продолжил:

36
{"b":"222009","o":1}