ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

К главному входу вели одиннадцать ступеней. По словам Алекса, они символизируют одиннадцать межзвездных кораблей, изначально составлявших флот разведки. Крыша опиралась на восемь дорических колонн. В дальнем конце портика вниз по ступеням мчался мальчишка с красным воздушным змеем. Рядом стояла мать и наблюдала за ним.

Входная дверь вела в холодный неуютный вестибюль, заполненный растениями, креслами и столами, со сводчатым потолком и длинными рядами окон, реальных и виртуальных. Стены украшали картины с изображениями кораблей разведки на фоне взрывающихся звезд или безмятежных кольцевых систем, а также людей, выходящих из челноков и героически обозревающих инопланетные пейзажи. «Прибытие „Патнэма“ на Гелиотроп IV», – гласила одна из табличек. На другой я прочла: «„Джеймс П. Хоскинс“ причаливает к станции Старданс». Казалось, здесь нарочно все обставлено так, чтобы случайный посетитель чувствовал себя полным ничтожеством.

Я увидела Винди – та разговаривала с незнакомым мне человеком. Заметив меня, она помахала рукой и дала знак подождать, а чуть позже подошла ко мне.

– Зашла в гости? – спросила Винди.

– Не в этот раз. Хочу, чтобы мне разрешили взглянуть на кое-какие данные.

– Могу чем-нибудь помочь?

– Конечно.

– Хорошо, – улыбнулась она. – Кстати, вам удалось выяснить, кем был тот вор?

– На Гидеоне-пять? Нет. Понятия не имеем.

– Я навела справки. К моему отчету имели доступ несколько человек.

– Ясно.

– Извини. Видимо, из-за этого все и случилось.

– Что ж, в следующий раз будем умнее.

– Меня это страшно злит, – призналась Винди.

– Успокойся.

– Знаешь, не могу. Пока кто-то выдает информацию, которая позволяет грабить археологические объекты… – Губы ее сложились в тонкую линию. Было ясно: попадись злодей в руки Винди, ему несдобровать. – Что ты хотела посмотреть?

За пятнадцать лет, с 1377-го по 1392-й, Адам Уэскотт участвовал в четырнадцати экспедициях разведки.

Я начала с последней и просмотрела сведения обо всех экспедициях, в которые он отправлялся вместе с Маргарет. Поработать пришлось основательно, но мне не хотелось ничего упустить.

Исследования разведки по большей части носят общий характер. Выбираешь группу звезд, входишь в систему, делаешь фотографии, снимаешь показания датчиков, измеряешь все, что можно, и летишь дальше. Адама особенно интересовало поведение звезд класса G, в которых началось выгорание гелия. Три его экспедиции, включая последнюю, в основном были посвящены данной тематике. Нет, разумеется, они изучали звезду целиком, обследовали планетную систему. Но гелий являлся для них своего рода паролем. Соответственно, все звезды на их пути были достаточно старыми.

Я посетила вместе с ними каждую из систем. Я разглядывала изображения, просматривала данные о каждой звезде, ее гравитационной постоянной, массе, диапазоне температур и так далее. И конечно, мне довелось увидеть планетные системы. За все то время, что Уэскотты летали вместе, они нашли четыре пригодные для жизни планеты: одну во время первого своего полета, еще одну в ходе третьей экспедиции и две – во время седьмой. Я слышала их голоса. Он говорил спокойно и уравновешенно, как настоящий исследователь, она – мягко и приглушенно, что, как мне показалось, сильно контрастировало с ее волевым видом.

Я слышала их разговор, когда им показалось, будто они обнаружили следы разумной жизни в лесу, удивительно похожем на город. Тон беседы оставался профессиональным, но в голосах обоих чувствовалось нескрываемое волнение. Лишь несколько минут спустя они поняли, что объект имеет вполне естественное происхождение: разочарованию не было границ.

Вероятно, во Вселенной есть и другие разумные существа, кроме «немых». Но космические просторы столь необъятны, что некоторые специалисты полагают: к тому времени, как будет обнаружена третья цивилизация, мы сами эволюционируем настолько, что перестанем быть людьми.

При этом нигде не встречалось упоминаний о брошенном корабле или о Марголии.

Я скопировала всю информацию. Теперь мне требовался человек, который хорошо разбирался в деятельности разведки.

Шара Майклс, астрофизик, работала в аналитическом отделе разведки. Ее обязанностью было консультирование руководства относительно представленных проектов – чем заняться сейчас, что отложить на потом, от чего отказаться без ущерба для дела.

Мы вместе учились в школе и ходили на вечеринки. Я даже познакомила Шару с ее будущим мужем; потом он стал бывшим, но мы с Шарой поддерживали дружеские отношения, хотя в последние годы виделись редко.

Когда-то она была настоящей королевой бала – из тех женщин, которых ни одна девушка не показала бы своему ухажеру. Светлые волосы, подстриженные в эльфийском стиле, голубые, как море, глаза и озорной характер. Все ее любили.

Она и сейчас выглядела неплохо, но от прежней шаловливой девчонки ничего не осталось. Теперь это была деловая женщина до кончиков ногтей. Шара вежливо выразила радость по поводу нашей встречи и заметила, что следовало бы видеться чаще. Но во всем ее облике чувствовалась сдержанность, несвойственная ей в юности.

– Тебе стоило бы позвонить, – сказала она, показывая мне на стул и садясь на другой. – Мы едва не разминулись. Я уже собиралась уходить.

– Я не думала, что зайду к тебе сегодня, Шара. У тебя есть несколько минут?

– Для тебя? Конечно. Что случилось?

– Алекс завалил меня работой. Пришлось порыться в архивах.

– Все еще трудишься, как рабыня?

– Вроде того. – Мы поболтали о том о сем, и я перешла к делу. – Мне нужна твоя помощь.

Шара налила вина с островов.

– Какая именно?

– Я изучаю старые отчеты об экспедициях. Материалы сорокалетней давности.

– Зачем? Что ты ищешь?

– В разведке когда-то работала команда из двух супругов, Адама и Маргарет Уэскотт. Возможно, во время одной из экспедиций они нашли кое-что необычное.

– Во время экспедиций часто находят необычные вещи.

Она имела в виду планеты со странными орбитами или газовые гиганты непривычного состава – например, углеродно-метановые. Я взглянула на нее поверх бокала.

– Нет. Я не про это.

– А про что?

– Некий артефакт. Брошенный корабль, имеющий отношение к Марголии.

– К чему?

– К Марголии.

Улыбка застыла на ее лице.

– Да ты шутишь.

– Шара, около недели назад к нам пришла женщина и принесла чашку, которая, возможно, была на «Искателе».

Она нахмурилась, и я все объяснила. Когда я закончила, Шара удивленно посмотрела на меня, словно не ожидала, что я могу прийти к такому дурацкому выводу.

– Чейз, – сказала она, – чашку может изготовить кто угодно.

– Ей девять тысяч лет, дорогая. – Глаза ее расширились. – Нам удалось выяснить, что раньше она принадлежала Уэскотту. Чашку забрали из его дома в девяностых годах прошлого века. Точнее, украли.

– Но ты не знаешь, где Уэскотт ее взял?

– Нет.

– Вероятно, где-то купил. Ты действительно полагаешь, что она с того корабля? Или, – она с трудом подавила улыбку, – с Марголии?

– Такая вероятность существует.

– Она ничтожна.

Офис Шары находился на третьем этаже. Стены украшали фотографии сталкивающихся звезд, по которым специализировалась Шара. Она писала диссертацию о межзвездных катастрофах и очень расстраивалась, что появилась на свет слишком поздно: ей было не суждено увидеть столкновение Дельты Карпис и звезды-карлика, случившееся шестьдесят лет назад.

Бросалось в глаза прежде всего сгенерированное компьютером изображение желтой звезды, в которую собиралась врезаться некая белая масса – вероятно, карлик.

– Как часто случается такое? – спросила я.

– Столкновения? Постоянно. Наверняка одно из них происходит прямо сейчас где-то в наблюдаемой вселенной.

– Наблюдаемая вселенная достаточно велика.

– Я лишь попыталась ответить на твой вопрос.

24
{"b":"222016","o":1}