ЛитМир - Электронная Библиотека
V

Пыльный город Гардез[79] стоит на склоне долины Шах-и-Кот, в шестидесяти милях к югу от Кабула. Над ним возвышаются заснеженные Гардезские горы, вблизи которых расположен обширный комплекс подземных укрытий и туннелей моджахедов. Сергей Салабаев прибыл туда 30 декабря 1984 года, чтобы присоединиться к 56-й десантно-штурмовой бригаде. До призыва он учился на рабочего-станкостроителя в профессионально-техническом училище в родном Новокуйбышевске — городе в Самарской области Поволжья, знаменитом своим нефтеперерабатывающим заводом. Вскоре после того, как он получил повестку о призыве в армию, в городе произошла стычка между несколькими молодыми людьми. Тут появилась полиция[80], один офицер начал стрелять и убил одного из участников драки. Остальные набросились на полицейских и подожгли их автомашину. Поэтому всех недавно призванных на службу из Новокуйбышевска в наказание отправили в Афганистан.

Когда Салабаев прибыл в Гардез, весь следующий день офицеры его бригады были заняты поисками провианта по случаю кануна Нового года. Прием новой партии новобранцев был гораздо менее важным делом, чем подготовка к самому большому празднику года. Тридцать молодых солдат были размещены в палатке, где был только обогреватель с небольшим запасом угля и больше ничего. На следующий день им выдали немного хлеба и консервированной говядины в качестве новогоднего подарка. В тот вечер пьяная гулянка вокруг базы закончилась стрельбой с несколькими смертельными случаями.

Вновь прибывших вскоре окружила группа солдат второго года службы — «деды», игравшие роль главного инструмента принуждения в Красной Армии. Они заявили новобранцам, в числе которых был и Салабаев, что те должны уважать своих начальников и выполнять любой их приказ. Одним из первых приказов было постирать их носки. Салабаев отказался, за что был избит. От тирании «дедов» фактически были свободны только так называемые «штатские», то есть солдаты, которые еще не получили приказа о демобилизации, хотя их срок службы уже истек. Они были освобождены от всех обязанностей, как и от приказов и наказаний, поэтому им оставалось только есть и спать.

Первое задание Салабаева заключалось в том, чтобы охранять один из бригадных оружейных складов, находившийся в небольшом каменном здании неподалеку от палатки, которую он делил с тремя другими солдатами. Не получив вовремя зимние шинели, солдаты были вынуждены в течение двадцати морозных ночей стоять в карауле в легких полевых куртках. Салабаеву удавалось спать только стоя, прислонившись к стене и для тепла натянув рукава на кисти рук. Когда ноги начинали неметь от холода, он подпрыгивал на месте. Позже солдаты смастерили себе «портянки» (в советской армии ими оборачивали ноги вместо носков), отрезав несколько кусков материи от изолированной палатки, в которой обычно проходили лекции по политической подготовке. Из-за дежурств Салабаев был лишен и еды. Поскольку оставить пост означало нарушить устав, что грозило военным трибуналом и серьезным наказанием, солдаты ели только время от времени, если удавалось прокрасться в столовую и стащить то, что удастся найти. Салабаев до того ослабел, что однажды просто свалился от истощения. В бессознательном состоянии его перенесли в палатку, где он очнулся два дня спустя и обнаружил, что потерял голос. Он не мог говорить в течение двух недель, но в конце концов восстановил силы. Через некоторое время жизнь на базе так надоела ему, что он стал мечтать о том, чтобы его отправили на задание в горы.

VI

Несмотря на неумелое правление президента Бабрака Кармаля, его правительству удалось полностью изменить положение первых лет и вернуть себе контроль над страной. Начала расти даже численность армии, которая к 1983 году упала, пожалуй, до двадцати тысяч человек. Отчасти это произошло благодаря введению более строгой воинской повинности, но в немалой степени и из-за растущей гражданской оппозиции к беспощадным моджахедам, в результате террористических атак которых погибло или было ранено множество невинных граждан. Служба безопасности ХАД под руководством Мохаммеда Наджибуллы выросла до восемнадцати тысяч человек. Однако, несмотря на все эти достижения, по словам французского журналиста Эдвара Жирарде, посетившего Панджшерскую долину в середине 1984 года, он наблюдал от 10 до 15 случаев дезертирства солдат Афганской армии за день.

В Кабуле кампания за освобождение женщин от некоторых из самых деспотичных ограничений, способствовала их приему на учебу и службу, причем даже в вооруженных силах. «Фотографии того времени, на которых изображены молодые женщины в элегантной униформе ХАД, выполняющие ответственные обязанности в столице, — пишет историк Стивен Таннер, — позволяют увидеть единственный в своем роде этап в культурной истории Афганистана, который с тех пор больше так и не повторился».

В некоторых частях страны, находившихся под контролем Советов, строились школы и центры социального обслуживания. Советские власти также обеспечивали помощь фермерам, а потом щедро платили за их продукцию. Но гражданская помощь подобного рода была лишь слабой компенсацией за все больше количество жестокостей, совершавшихся советскими войсками в других сельских районах страны. Большинство афганцев жило в постоянном страхе перед нападением. В этом полном ужасов конфликте, пожалуй, не было более устрашающего звука, чем шум приближающегося советского боевого вертолета Ми-24. Сначала в небе появлялось несколько неясных точек, затем постепенно вырисовывались силуэты вертолетов, а звук двигателей становился все громче. И вот уже небо оглашает их рев: они несут груз бомб и ракет, чтобы сбросить его на базы повстанцев, или же на деревни, оставляя их лежать в руинах.

Хотя Советы не предпринимали крупных наступлений в 1983 году, они продолжали атаковать гражданские поселения и инфраструктуру. Так как некоторые из жителей обеспечивали мятежников убежищем и провизией, это делалось с целью уничтожить их базы снабжения, но иногда и из чистой мести или садизма. (Во время чеченской войны десять лет спустя, против гражданского населения — причем на этот раз это были граждане самой России — использовалась та же самая стратегия выжженной земли). Уничтожение гражданских лиц было также одной из форм идеологической войны, применявшейся и в прошлом. Политика коллективизации Иосифа Сталина помогла создать голод, который привел к гибели миллионов людей на Украине в 1930-х годах[81]. Насильственное вытеснение людей с их земель представлялось удобным способом разобраться с «реакционерами», будь то зажиточные землевладельцы или древние племена Афганистана.

Большая часть сельского населения Афганистана была сведена до уровня натурального хозяйства или полной гибели. К середине 1984 года 3,5 миллиона афганцев нашли убежище в Пакистане, еще миллион беженцев перешли границу с Ираном и осели там. До двух миллионов человек стали вынужденными переселенцами, в основном перебираясь в большие города, население которых все больше разрасталось. Постоянно прибывавшие беженцы из провинций слонялись среди пыльных, забитых людьми улиц и шумных базаров Кабула, вместе с мятежниками, шпионами и всевозможными советскими военными и гражданскими служащими.

VII

В начале 1982 года, после нескольких месяцев операций по поиску и уничтожению и спасательных миссий, вертолетная эскадрилья Владимира Костюченко вместе с несколькими другими эскадрильями и воздушно-десантными частями была направлена для обучения ведению атак в условиях пустыни. В апреле был получен приказ закрасить красные звезды и другие опознавательные знаки на вертолетах, убрать все знаки отличия с униформы экипажей и оставить документы в казармах. Им предстояло принять участие в секретной штурмовой операции, как они предполагали, с целью уничтожения лагеря моджахедов к западу от афганской границы, в Иране.

вернуться

79

Гардез — центр провинции Пактия на юго-востоке Афганистана, граничащей с Пакистаном. — Прим. пер.

вернуться

80

Имеется в виду милиция. — Прим. пер.

вернуться

81

Имеется в виду столь популярная в последние годы на Западе тема «голодомора» на Украине и в Поволжье, якобы специально организованного для устрашения народа. Эта оценка не выдерживает ни малейшей критики со стороны историков и является пропагандистским мифом. Об этом свидетельствует, хотя бы, недавний скандал с публикацией фотографий «голодающих крестьян» на Украине, на большинстве из которых, как выяснилось, изображены голодающие фермеры в США времен «великой депрессии». Автор данной публикации был вынужден принести извинения за свою фальсификацию. — Прим. пер.

45
{"b":"222017","o":1}