ЛитМир - Электронная Библиотека

Для большинства ветеранов Афганской войны Востротин олицетворяет героизм и справедливость — возможно, даже больше, чем любой другой офицер из тех, кто сражался на войне. Каждый год 11 февраля — в годовщину дня 1989 года, когда 345-й полк официально был выведен из Афганистана, ветераны собираются в центре Москвы напротив выстроенного в неоклассическом стиле здания Большого театра через улицу от здания Думы. Погода в это время холодная и пасмурная, поэтому день обычно бывает очень сырым. Ветераны, члены семей и друзья стоят, притопывая ногами от холода в ожидании своих товарищей. Но появление Востротина вызывает приветственные крики и благоговейный шепот. В окружающей его толпе люди обмениваются между собой поздравлениями, делятся военными историями и угощают друг друга водкой, после чего расходятся по группам, чтобы предаться более серьезным воспоминаниям и выпить где-то в другом месте. Ветераны, все еще недовольные советским подходом к этой войне и ее последствиями, находят утешение в своем сильном братстве и еще не пережитой скорби по своим погибшим товарищам.

Но отношение к войне меняется. Богатая нефтью Россия двадцать первого века стремится к новой конфронтации с Западом в попытке восстановить свое утраченное влияние на мировой арене. В Москве внешние проявления патриотизма и политической лояльности снова стали действующей валютой, позволяющей преуспеть в бизнесе и политике. Ветераны и знатоки этой войны все более и более оглядываются на этот конфликт через призму «холодной войны», говоря не столько об ошибках Москвы в Афганистане, сколько об уроках войны в отношениях с Соединенными Штатами. Огромный поток долларов, которые Вашингтон вложил в эту войну ради убийства советских парней, просто выполнявших свой долг перед своими товарищами-коммунистами, все чаще воспринимается как предупреждение об опасности легкомысленных иллюзий об американской дружбе. Американская поддержка моджахедов рассматривается как признак действительного отношения американцев к русским и как доказательство нежелания Вашингтона понять, что Советский Союз на самом деле вторгся в Афганистан только потому, что хотел установления мира среди своих соседей. Когда Россия вторглась в Грузию в 2008 году, отчасти чтобы решительно порвать с Западом, отчасти — с целью создания собственной сферы влияния, кремлевская пропаганда звучала почти так же гневно, как и ее прежний, советский вариант. И это возымело немалый эффект: многие россияне считали, что американские войска воевали вместе с грузинами против русских солдат.

И все же отношение к Афганской войне остается очень смешанным и часто запутанным. Многие ветераны гордятся своей службой, сохраняют безграничное доверие к своим товарищам и весьма критично настроены по отношению к тому, как велась эта война. В основном критика в отношении властей касается того, что они, сначала приняв ошибочное решение о вторжении в Афганистан, потом вывели войска. Валерий Курилов — офицер группы спецназа «Зенит», участвовавшей в штурме дворца Тадж-Бек в 1979 году, не удивлен, что «Аль Каида» нашла благодатную почву в Афганистане. «Почему афганцы должны разделять наши ценности и уважать нас? О каких ценностях мы вообще говорим? Мы вторглись в их страну, грабили и убивали их, а затем просто собрались и уехали. Почему бы в мире не вырасти терроризму именно там?»

Дмитрий Лекарев, бывший когда-то рядовым в 70-й бригаде в Кандагаре и вернувшийся после двух лет службы в Москву, в 2005 году, гуляя в парке, случайно встретился со своим бывшим командиром батальона. Отставной полковник сидел на скамейке в гражданской одежде. Лекарев, который уважал Дунаева и считал, что ему повезло служить под его командованием, почему-то чувствовал себя перед ним как школьник перед бывшим учителем.

Дунаев тоже узнал Лекарева. «А, сержант, иди сюда!» — подозвал он его по-дружески. После этого последовал обмен приветствиями, начавшийся с шутки полковника: «Может у Вас есть работа для меня?» Бывшему рядовому хватило этих секунд, чтобы понять: Дунаев говорил вполне серьезно. Полковник, имевший четыре Ордена Красной Звезды и два Ордена Ленина, был безработным. Лекарев не знал, чем были вызваны те слезы, которые ему удалось сдержать, — чувством обиды за него, за них обоих или за всю эту долгую авантюру, которая все еще вызывала море боли даже по прошествии трех десятилетий после бессмысленного решения о ее начале.

Большая игра. Война СССР в Афганистане - i_003.jpg

Эпилог

I

Крепость Кала-и-Джанги с ее длинными глинобитными стенами высоко возвышается над пустынными площадями и гранатовыми садами, окружающими город Мазар-и-Шариф. В этом фантастическом замке девятнадцатого века находится большой огороженный комплекс с конюшней, тюрьмой и складом оружия. 25 ноября 2001 года туда прибыли две группы телерепортеров, планируя снять обычную историю, поскольку на войне все становится обычным.

Прошел всего месяц с тех пор, как Соединенные Штаты присоединились к ряду великих держав, которые вторгались в Афганистан в течение тысячелетий. В октябре американские самолеты начали бомбить передовые позиции ревностных поборников ислама талибов севернее Кабула. Это были первые залпы Вашингтона в войне с терроризмом[136]. Она была спровоцирована терактами 11 сентября, когда группа исламистских фундаменталистов, в основном саудовско-арабского происхождения, обученных в Афганистане Аль-Каидой Осамы бин Ладена, направила два самолета в здания Всемирного торгового центра и третий — в здание Пентагона.

Крепость Кала-и-Джанги когда-то использовалась советскими войсками во время войны в Афганистане, после чего ее заняла группировка Талибан. В начале октября генерал Дустум, узбекский полевой командир и лидер Северного Альянса, внушавший страх своим противникам, вытеснил Талибан и сделал крепость своим штабом. Известный своей жестокостью Дустум, по словам очевидцев, насаждал дисциплину, расправляясь даже со своими собственными людьми. По крайней мере, однажды, солдата, обвиненного в воровстве, привязали к гусенице танка.

При поддержке американских бомбардировщиков В-52 и подразделений сил специального назначения Северный альянс скоро начал крушить своих врагов. План Вашингтона состоял в том, чтобы свести к минимуму потери среди американцев, полагаясь на местные силы и воздушные бомбардировки. За десять дней до того, как российские репортеры приблизились к Кала-и-Джанги, Дустум захватил Кундуз, расположенный в восьмидесяти пяти милях к востоку от крепости. В Кундузе Дустум начал переговоры о капитуляции с группировкой талибов численностью около 500 человек, большинство из которых составляли фанатичные арабы и другие иностранцы, присоединившиеся к Талибану. Им было нечего терять, поэтому они собирались держаться до конца, пока Дустум не убедил их сдаться, предложив какие-то свои условия, которые все еще остаются неясными. Затем он приказал препроводить пленных в крепость, где их содержали под охраной бойцов одного из главных командиров Дустума — Ака Ясина.

Ясин впервые повстречался с Дустумом в 1987 году, во время советской войны в Афганистане, когда находился в тюрьме города Шибирган в соседней провинции Джаузджан. Он был осужден за то, что ранил из пистолета двух солдат правительственных войск, когда те остановили его на одном из контрольно-пропускных пунктов. Дустум обеспечил его освобождение при обмене пленными. После вывода советских войск Ясин сильно ругал моджахедов за то, что они разрушили Афганистан своими междоусобицами. Но еще больше он презирал талибов за их средневековые законы и жестокость. Большую часть времени, пока у власти находился жестокий режим талибов, Ясин провел в Пакистане и вернулся оттуда вскоре после 11 сентября, чтобы присоединиться к Дустуму в борьбе за освобождение Афганистана.

За содержание пленных внутри крепости Кала-и-Джанги непосредственно отвечал начальник разведки Дустума, Саид Камель. Среди следователей находились и два офицера ЦРУ, которые провели больше месяца в северных горах, в основном — вместе с бойцами Ясина, пока те сражались против талибов. Американцы помогали координировать действия Северного Альянса в соответствии с американскими понятиями и планами.

вернуться

136

В действительности «первыми залпами в войне с терроризмом» можно считать серию ракетно-бомбовых ударов США по нескольким объектам в Афганистане 20 августа 1998 года, предпринятую в ответ на теракты в Найроби (Кения) и Дар-эс-Саламе (Танзания) 7 августа того же года. — Прим. пер.

76
{"b":"222017","o":1}