ЛитМир - Электронная Библиотека

– Слышь, интеллигенция, вы бы стишки толкнули, пока отдыхаете. Вас же хлебом не корми, дай розовыми соплями любую красотищу обмазать, – с издёвкой предложил он.

Ольга на мгновение задумалась и выдала экспромт:

Вот край, где всё позеленело,
Где даже ночь не потемнела.
Где стаи тёмных странных дум
Нам выворачивают ум.
Где лес безмолвствует угрюмо,
Лишённый гнуса злого шума.
Где по невиданным дорогам
Не шастают животных ноги.
Где на коврах полян зелёных
Не видно теней приглушённых
Ни от высоких деревов,
Ни от двуногих дураков.

Сергей Николаевич приподнялся на локтях, посмотрел на траву и обратился к стоящей над ним Ольге:

– И в правду от тебя тени нет. Ты что ль вампир?

– И я вампир, и они вампиры. Все мы тут братья по крови, – призналась Ольга. – Давай жилку, а то внутри всё горит, жажда замучила. Рыжий, доставай бокалы, отведаем кровушки душегуба. Давно у нас такого сладкого не было.

Сергей Николаевич с тающей улыбкой и застывшими глазами повернулся к Рыжему Клоуну, но тот как раз ковырялся со своими шнурками, не обращая внимания на потасовку.

– Вы что, больные? – настороженно спросил Сергей Николаевич.

– Не переживай, – отмахнулась Ольга, – сейчас перекусим, и снова выздоровеем. У нас в тылу ещё Санитар с папиной Светой на десерт…

Сергей Николаевич сунул руку в карман брюк и вспомнил, что нож остался в пиджаке на плечах Ирины.

«Забирай пиджак и беги!» – пронеслось в голове. Не подозревая, что Ирина застегнула пуговицу, он приподнялся и дёрнул костюм за рукав. Астральщица упала спиной на паникёра, ударившись головой о его кадык. Сергей Николаевич упал, беспомощно распростёршись на ресторанной скатерти.

* * *

Он долго лежал на белой, как саван, скатерти и глядел ввысь. Кроны деревьев и зелёное небо в редких просветах меж ветвей. Лето. Тепло. Хорошо. Ни страха, ни суеты. Ничего…

– Очнулся, – женский голос с нотками беспокойства успокаивал. – Сергей Николаевич, скажите что-нибудь.

«Сейчас всё брошу и начну губами шлёпать…» – подумал Сергей Николаевич, лениво вставляя между словами сленговые обороты.

Тот же приятный женский голос:

– Может за Владимиром Кирилловичем сходить? Всё-таки главврач.

– Глав-рвач, – засмеялась другая женщина. – Нет уж, Боливар не выдержит двоих… ушибленных на всю голову.

Оскорбительный тон подействовал как ватка с нашатырём:

– Ну, ты и язва, – скривился Сергей Николаевич, поднимаясь.

Огляделся. Рыжий Клоун и Ольга внимательно наблюдали за очнувшимся. Пиджак, сложенный подушкой под голову, был рядом. Ирина помогла просунуть руки в рукава и застегнуть пуговицы.

– Фамилию помнишь? – спросила Ольга. – Назови для контроля.

– Агась, – передразнил её Сергей Николаевич. – Так я вам и слил государственный секрет.

Сергей Николаевич встал, и, опершись на руку Ирины, скомандовал:

– Пошли.

– Уймись, – посоветовала Ольга. – Сейчас Рыжий Клоун с Ириной на дерево вскарабкаются и скажут, где, кто и почём. Тогда и решим, выдать тебя правительству или назад в шизопитомник отправить.

Пока Рыжий Клоун с Ольгой выбирали дерево поветвистей и повыше, Ирина усадила Сергея Николаевича в примятую траву и сунула пачку галет. Глядя на субтильное создание с крепким запасом доброты, Сергей Николаевич дивился, как он мог так испугаться этих хлюпиков.

Смотреть, как сопливые интеллигенты взбираются на дерево, оказалось весело. Сначала Рыжий Клоун подсадил Ирину до первой ветки, и она, как белая обезьянка, потянулась к следующей. Потом Ольга подсадила Рыжего Клоуна. Эту сцену Сергей Николаевич мог бы посмотреть и дважды.

– Зубы прикрой, а то простынут, – посоветовала Ольга, перехватив его взгляд.

Чтобы не пропустить детали, Сергей Николаевич встал и подошёл к дереву. С каждой минутой он чувствовал себя бодрее и смелее. Адреналин, словно чёрная моль, расправил крылья и рвался наружу. Подойдя к Ольге, задравшей голову и беспокойно наблюдавшей за древолазами, он вынул нож, схватил её за руку и резко вывернул за спину. Приставив нож к Ольгиному горлу, он закричал:

– Говори, поганка, что тут творится!

– А ты, мухомор, заползай на дерево, и сам всё увидишь, – прохрипела Ольга. – Места на галёрке свободны.

– Сергей Николаевич, не борзей, – крикнул сверху Рыжий Клоун. – Оставь её, иначе мы с Ириной ничего тебе не расскажем.

– Ещё как расскажете! – засмеялся очумевший от своего могущества Сергей Николаевич. – Я вас тут тёпленьких ждать буду, пока не слезете. А пока эту козу на тесёмки нарежу.

Ольга испугалась, но постаралась свести всё к шутке:

– Смешной юмор шутишь, господин начальник. А помнишь, что в инструкции ВЦСПС сказано: «Женщина имеет право в учтивой форме выразить неудовольствие по поводу несоблюдения мужчиной положенного расстояния в три сантиметра и потребовать объяснения в учтивой форме без применения силы».

Она попробовала вывернуться, но Сергей Николаевич рванул заломленную руку. Ольга, вскрикнув от боли, обмякла и мешком рухнула на землю.

– Ты что творишь? – крикнул Рыжий Клоун и прыгнул на ветку соседнего дерева, но не удержался и упал с высоты к ногам Сергея Николаевича.

Ирина, забравшаяся почти на макушку, молча повторила манёвр Рыжего Клоуна. Её попытка оказалась ещё трагичней: она зацепилась за ветку соседнего дерева, но та спружинила и ударила Ирину о ствол другого дерева с такой силой, что она разжала пальцы и рухнула с высоты, как подстреленная.

Сергей Николаевич застыл, оглушённый непоправимостью случившегося. Уставившись на разбившуюся Ирину, он не заметил, как очнулась Ольга. Женщина поднялась, осмотрелась, подошла к Рыжему Клоуну, осторожно перевернула его.

– Ничего себе, – выдохнула она и, подняв глаза, презрительно бросила медленно соображающему Сергею Николаевичу: – Представляю, какая у тебя текучка кадров. Только эти ребята не в твоём штате. Их за что убил?

Сергей Николаевич что-то замычал, затрясся и бросился в сторону густых зарослей.

* * *

Он мчался прочь от места своего нелепого преступления, не обращая внимания на истошные призывы Ольги вернуться, даже если она ничего не простит. Лес быстро закончился, впереди расстилалась большая поляна. Столь же бессмысленная, как и вся его биография. Сергей Николаевич хотел схорониться в густой траве, как кузнечик, но уже на самой опушке решил не выбегать в чисто поле, а идти краем леса. Меж огромных деревьев, пусть и редких, как-то спокойней. Конечно, с его телесами на ветвях, как русалка, не зависнешь, но за самыми толстыми стволами спрятаться, пожалуй, можно.

Запыхавшись, он сел у могучего дерева, прислонился к нему спиной и закрыл глаза от чрезвычайного внутреннего смятения.

– Сначала от армии косят, а потом с двух метров в пыль рассыпаются, – с досадой прошептал он. – Не страна, а кисельный отстой.

В заковыристых выражениях Сергей Николаевич долго и аккуратно перекладывал вину за убийство Ирины и Рыжего Клоуна со своих рук на плечи воспитателей, учителей и правительства. Наконец, совершенно оправданный в своих глазах, он непроизвольно всхлипнул.

«Глупо всё вышло. Нерасчётливо. Уроды! Следовало доставить меня к структурам и только потом врезать дуба. А теперь что делать? Идти одному? Нет, сам я дорогу не найду, – решил Сергей Николаевич. – Чёрт! Придётся вернуться…»

Вспомнив, что и сухой паёк тоже остался на месте преступления, Сергей Николаевич более не мешкал и поплёлся назад. Судя по Ольгиным крикам, убежал он не далеко. Видимо, по старой армейской привычке, мчался как заяц, петляя из стороны в сторону от прицельной стрельбы.

15
{"b":"222020","o":1}