ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Она встала за спиной Брианны и без труда нашла шнурки.

— Я вижу, ты восстановила свою фигуру, — сказала с одобрением пожилая женщина, обхватив руками ее талию. — Что это, вышивка? Какого цвета?

— Темно-синего. Цветущая виноградная лоза вышита толстыми хлопковыми нитками.

Она взяла руку Джокасты и провела ее пальцем по завиткам лозы, которая покрывала каждую косточку в лифе, начинаясь от фестончатого выреза и спускаясь до талии, выступающей вниз треугольным мысом.

Брианна потянула воздух, когда тетя стала затягивать шнурки, и перевела взгляд на круглую прекрасную до боли головку сына. Не впервые она задавалась вопросом о жизни своей двоюродной бабушки. У Джокасты были дети, по крайней мере, Джейми так полагал, но она никогда не говорила о них, а Брианна не осмеливалась спросить. Вероятно, они умерли в младенчестве.

— Не беспокойся, — произнесла ее тетя, и ее лицо в зеркале приняло вид решительной жизнерадостности. — Этот ребенок рожден для больших дел, я уверена, с ним ничего плохого не случится.

Она повернулась, зашуршав зеленым шелком халата по нижним юбкам, и Брианна снова поразилась ее способности, угадывать чувства людей, не видя их лиц.

— Федра! — позвала Джокаста. — Федра! Принеси мою шкатулку, черную.

Федра, как всегда, была рядом и быстро достала из шкафа небольшую черную шкатулку. Джокаста села с ней к секретеру.

Кожаная шкатулка была старой и изношенной и представляла собой узкую коробку без всяких украшений, кроме серебряной застежки. Брианна знала, что свои драгоценности Джокаста держала в большем ларце из кедра, выложенном бархатом. Что же находится здесь?

Она подошла к тете, когда та подняла крышку. В шкатулке была короткая деревянная палочка толщиной с палец, на которой были надеты три кольца: одно простое с бериллом, другое с неограненным изумрудом и последнее с темя алмазами, окруженными меньшими камнями. Камни поймали свет и отразили его, бросая вокруг разноцветную пляшущую радугу.

— Какое прекрасное кольцо! — невольно воскликнула Брианна.

— Алмазное? Да, Гектор Камерон был богатым человеком, — рассеянно сказала Джокаста, коснувшись большого кольца. Ее длинные пальцы без всяких украшений ловко рылись среди различной мелочи, которая лежала в шкатулке вместе с кольцами, и, наконец, вытащили нечто маленькое и неприметное.

Она вручила вещицу Брианне, и та обнаружила, что это была маленькая оловянная брошка в форме сердца, сильно потускневшая от времени.

— Это солнечный амулет, милочка, — сказала Джокаста с удовлетворенным кивком. — Прицепи его на одежду ребенка.

— Амулет? — Брианна поглядела на Джемми, свернувшегося калачиком. — Какой амулет?

— Против фей, — ответила Джокаста. — Пристегни его на рубашку мальчика — помни, только на спине — и никто из старого народа его не тронет.

Волосы на руках Брианна немного встали от сухого голоса пожилой женщины.

— Твоя мать должна была сказать тебе, — продолжила Джокста с осуждением в голосе. — Но твоя мать — англичанка, а твой отец об этом не думает. Мужчины никогда не думают, — добавила она с легкой горечью. — Это забота женщины — оградить ребенка от вреда.

Джокаста порылась в корзинке для вязания и вытащила длинную сосновую палочку с остатками коры на ней.

— Возьми ее, — приказала она, протягивая палочку Брианне. — Зажги один конец от камина и обойди три раза вокруг ребенка. Только помни — по часовой стрелке!

Озадаченная Брианна взяла палочку, сунула ее в огнь и сделала, как ей было велено, держа горящее дерево подальше от колыбели и своих синих юбок. Джокаста ритмично притоптывала ногой по полу и нараспев приговаривала по-гэльски, достаточно медленно, чтобы Брианна смогла разобрать слова:

 — Пусть будет твоей мудрость змеи,
Пусть будет твоей мудрость ворона,
Мудрость отважного сокола.
Пусть будет твоим лебедя голос,
Пусть будет твоим меда голос,
Голос небесного сына.
Защита феи пусть будет с тобой,
Защита эльфа пусть будет с тобой,
Защита красной собаки.
Щедрость моря пусть будет с тобой,
Щедрость земли пусть будет с тобой,
Щедрость отца небес.
Пусть каждый день лишь радость несет,
Пусть не будет дней плохих,
Жизни счастливой тебе.

Джокаста замолчала, прислушиваясь к чему-то с сосредоточенным видом, словно ожидала отклика из Волшебной страны. Очевидно, получив удовлетворительный ответ, она указала на камин.

— Брось палочку в огонь. Тогда ребенок будет безопасен от огня.

Брианна повиновалась, с удивлением обнаружив, что не нашла в этом обряде ничего смешного. Наоборот, она испытала некое удовлетворение от того, что защитила своего ребенка пусть даже от сказочных существ, в которых не верила. Или не верила до этого.

Снизу донеслась музыкальная фраза — высокий звук скрипки и голос, теплый и глубокий.

Джокаста подняла голову, прислушиваясь, и улыбнулась.

— У твоего молодого человека прекрасный голос.

Брианна тоже прислушалась. Она уловила негромкие звуки песни «Моя любовь в Америке». «Когда я пою, я всегда пою для тебя», — вспомнилось ей. И хотя ее груди были пусты, она ощутила в них слабое покалывание при этом воспоминании.

— Вы очень хорошо слышите, тетушка, — сказала она, убирая эту мысль.

— Ты довольна своим браком? — внезапно спросила Джокаста. — Вы с парнем хорошо подходите друг другу?

— Да, — ответила удивленная Брианна, — очень.

— Это хорошо, — ее двоюродная бабушка стояла с наклоненной головой, прислушиваясь. — Да, это хорошо, — повторила она мягко.

Захваченная импульсом, Брианна взяла запястье старой женщины.

— А вы, тетушка? Вы рады?

Слово «счастлива» Брианне показалось неуместным, учитывая несколько обручальных колец в ее шкатулке. «Довольна» тоже не казалось ей подходящим словом, особенно если вспомнить, как Дункан вчера вечером прятался в углу гостиной, стесняясь всех, кроме Джейми, а сегодня утром нервничал и потел от страха.

— Рада? — удивилась Джокаста. — О, ты имеешь в виду свадьбу.

К облегчению Брианны ее тетя рассмеялась искренним смехом.

— О, да, конечно, — сказала она. — Я ведь выхожу замуж первый раз за последние пятьдесят лет!

С веселым смешком старая леди повернулась к окну и приложила ладонь к стеклу.

— Сегодня прекрасный день, дорогая, — сказала она. — Почему бы тебе не надеть плащ и не пойти проветриться и развлечься?

Она была права; река мерцала серебром сквозь кружево зелени, и воздух в комнате, такой уютный некоторое время назад, теперь казался душным и несвежим.

— Да, я пойду, — Брианна повернулась к импровизированной колыбели. — Наверное, нужно позвать Федру.

Джокаста махнула рукой.

— О, не беспокойся. Я не против присмотреть за ребенком. Некоторое время я буду здесь.

— Спасибо, тетушка, — она поцеловала пожилую женщину в щеку и повернулась уйти, но поглядев на тетю, подошла к колыбели и отодвинула ее подальше от огня.

Воздух снаружи был свеж и пах новой травой и барбекю. От этого кровь бурлила в ее венах, и ей хотелось скакать по кирпичным дорожкам. Она слышала музыку и голос Роджера из дома. Немного прогулки, и она вернется в дом; может быть, у Роджера будет свободное время, и они могли бы…

— Брианна! — услышала она громкое шипение из-за забора, окружавшего огород, и остановилась, увидев голову своего отца, осторожно высовывающуюся из-за угла. Он дернул подбородком, подзывая ее, и исчез.

Она бросила торопливый взгляд через плечо, чтобы убедиться, что никто за ней не наблюдает, и быстро завернула за угол, где обнаружила отца, присевшего на корточки рядом с телом черной женщины, лежащей на груде прошлогоднего навоза.

149
{"b":"222028","o":1}