ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— О? — он мгновение колебался, потом осторожно произнес. — Я не спрашивал об этом, сассенах, потому что, если твой ответ будет «да», я мало что могу сделать, чтобы исправить это, но скажи, ты часто жалеешь… о других временах?

Я подождала в течение трех ударов сердца, медленно бьющегося под моим ухом в груди Джейми, и сжала левую руку, чувствуя гладкий металл золотого кольца на пальце.

— Нет, — ответила я, — но я помню их.

Глава 61

Ультиматумы

«Лагерь на Большом Аламансе

16-ого мая 1771

Собравшимся людям, которые именуют себя регуляторами.

В ответ на ваше обращение я должен информировать вас, что всегда защищал истинные интересы страны и каждого человека, проживающего в ней. Я сожалею о несчастной необходимости, к которой вы принудили меня, поставив себя вне милосердия Короны и законов этой страны, и требую, чтобы вы сложили оружие, выдали своих главарей и, подчинившись закону, сдались на милость Правительства. Исполнив эти требования в течение часа после получения данного послания, вы предотвратите кровопролитие, так как вы находитесь сейчас в состоянии мятежа и войны против своего Короля, своей страны и своих законов.

У. Трайон»

Джейми ушел до того, как я проснулась; его аккуратно свернутое одеяло лежало возле меня; также исчез Гидеон, которого он вечером привязал к дубу.

— Полковник ушел на военный совет, — сказал мне Кенни Линдсей, широко зевая. Он моргнул, отряхиваясь, как мокрая собака. — Чай, мэм, или кофе?

— Чай, пожалуйста.

Вероятно, последние события заставили меня вспомнить бостонское чаепитие.[167] Я забыла, когда точно произойдет это событие, но у меня было неясное чувство, что я должна пользоваться каждой возможностью выпить чая, пока он доступен, в надежде насытиться им, словно медведь, который пожирает личинки и ягоды в ожидании зимы.

День разгорался спокойный и тихий, и хотя было прохладно, в воздухе висел призрак духоты и влажности от вчерашнего дождя. Я пила чай, чувствуя, как маленькие прядки волос, выбившиеся из прически и влажные от пара, прилипли к моим щекам.

Подкрепившись, я взяла два ведра и направилась к реке. Я надеялась, что в этом не будет необходимости, но на всякий случай лучше иметь под рукой достаточно кипяченой стерильной воды. И мне хотелось постирать свои чулки, которые сильно нуждались в этом.

Вопреки своему названию, Большой Аламанс не был особенно большой рекой и не превышал пятнадцати или двадцати футов шириной почти по всей длине. Кроме того, он был мелким, имел грязевое дно и разбивался на множество протоков, петляя по всей долине. Полагаю, это был хороший военный рубеж; полк мог легко пересечь его, но, конечно, он не мог сделать это незаметно.

Стрекозы летали над водой и головами двух милиционеров, которые весело переговаривались, отливая в мутные воды реки. Я тактично задержалась в кустах, пока они не ушли, и спустилась к потоку, размышляя — какое счастье, что большинство людей в армии пьют воду, только когда умирают от обезвоживания.

Когда я вернулась в лагерь, он уже кипел; все мужчины, хотя и с красными глазами, уже бодрствовали. Общая атмосфера, однако, была скорее выжидательной и не содержала немедленную готовность к сражению. И когда Джейми вернулся на Гидеоне, который прокладывал свой путь между кострами с удивительной деликатностью, он был встречен лишь с легким интересом.

— Что, Мак Дубх? — спросил Кенни, вставая в знак приветствия, когда Джейми натянул поводья. — Какие-то проблемы?

Джейми покачал головой. Он был одет опрятно, даже строго; волосы заплетены в косичку; на поясе прикреплены кинжал и пистолеты; на боку меч. Желтая кокарда на плече была единственным ярким мазком в его одежде. Он был готов к сражению, и маленькая дрожь пробежала вдоль моего спинного хребта.

— Губернатор отправил ультиматум регуляторам. Четыре шерифа везут четыре копии, которые они должны зачитать каждой группе, с которой встретятся. Мы должны подождать и посмотреть, что из этого получится.

Я проследила за его взглядом в направлении третьего костра. Роджер, вероятно, уехал до того, как лагерь проснулся.

Я вылила воду в котел для кипячения и взяла ведра, чтобы снова отправиться к реке. Гидеон внезапно поднял голову и издал громкое приветственное ржание. Джейми немедленно подтолкнул коня, прикрывая меня, и его рука легла на рукоять меч. Мой взгляд перекрывала широкая грудь Гидеона, и я не видела, кто подъехал, но я заметила, что рука Джейми на эфесе расслабилась. Значит, друг.

Или не совсем друг, но, по крайней мере, кто-то, на кого он не собирался наброситься и рубить сплеча. Я услышала знакомый голос, прокричавший приветствие, и наклонилась под мордой Гидеона, чтобы увидеть, как губернатор Трайон, сопровождаемый двумя адъютантами, едет через маленький лужок.

На лошади Трайон держался прилично, хотя и без особого шика; он был одет в обычный для военной кампании мундир неяркого синего цвета и замшевые бриджи, на шляпе желтела офицерская кокарда, на поясе висел кортик — не для видимости, как показывали зарубки на рукоятке и потертые ножны.

Трайон натянул узду и, коснувшись шляпы, кивнул Джейми, который ответил подобным же образом. Увидев меня в тени Гидеона, губернатор вежливо снял треуголку и поклонился с седла.

— Миссис Фрейзер, ваш слуга, — он взглянул на ведра в моих руках и повернулся в седле, подзывая одного из своих адъютантов. — Мистер Викерс, будьте любезны, помогите миссис Фрейзер.

Я с благодарностью вручила ведра мистеру Викерсу, розовощекому молодому человеку, приблизительно восемнадцати лет, но вместо того, чтобы уйти вместе с ним, я просто объяснила ему, где набрать воды. Трайон посмотрел на меня, приподняв бровь, но я ответила на его выражение сдержанного недовольства мягкой улыбкой и осталась на месте. Я никуда не собиралась уходить.

Он был достаточно умен, чтобы понять это, и не стал делать проблемы из моего присутствия. Перестав обращать на меня внимания, он снова кивнул Джейми.

— Ваш отряд готов, полковник Фрейзер?

Он оглянулся вокруг. Единственными представителями отряда, находящимися в настоящее время в поле его зрения, были Кенни, уткнувшийся носом в кружку, и Мурдо Линдсей с Джорди Чизхолмом, которые играли в ножички в тени деревьев.

— Да, сэр.

Губернатор скептически приподнял обе брови.

— Позовите их, сэр. Я хотел бы посмотреть их готовность.

Джейми мгновение помолчал, собирая в кулак узду, потом, сощурившись от восходящего солнца, оценивающе оглядел лошадь губернатора.

— Хороший мерин, сэр. Он не бросается?

— Конечно, нет, — губернатор нахмурился. — В чем дело?

Джейми откинул назад голову и издал завывающий горский крик, который, вероятно, был слышен за несколько горных склонов. Конь губернатора дернулся, вращая глазами. Милиционеры высыпали из чащи, завывая, как банши, и стая черных воронов с громкими криками взвилась над лесом, словно облако из пушки. Мерин встал на дыбы, свалив губернатора неприглядной кипой в траву, и помчался к дальнему концу луга.

Я благоразумно отошла с его дороги.

Губернатор с багровым лицом сидел в центре круга скалящихся милиционеров, наставивших на него свои ружья. Он яростно взглянул на ружье, почти уткнувшееся ему в лицо, и отвел его ударом руки, делая короткие задыхающиеся звуки, словно сердитая белка. Джейми со значением кашлянул, и мужчины бесшумно исчезли в роще.

Я решила, что будет ошибкой, не только помочь губернатору подняться, но и позволить ему увидеть выражение моего лица. Я тактично отвернулась и сделала несколько шагов назад, притворяясь, что увидела заинтересовавшее меня растение.

Мистер Викерс появился из леса с ведрами в руках и удивленным выражением на лице.

— Что случилось?

Он направился к губернатору, но я остановила его, потянув за рукав. Лучше дать время мистеру Трайону обрести дыхание и чувство собственного достоинства.

вернуться

167

Акция протестa американских колонистов 16 декабря 1773 года в ответ на действия британского правительства, в результате которой в Бостонской гавани был уничтожен груз чая.

191
{"b":"222028","o":1}