ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Все еще было ясное бабье лето, но я почувствовала кусочки льда на своей спине. Большую часть времени мне удавалось не вспоминать этот обрывок газеты, в котором сообщалось о смерти в огне некоего Джеймса Фрейзера и его жены из Фрейзерс-Риджа. В некоторые дни я вспоминала о нем, но запихивала мысли о смерти на задворки сознания, отказываясь думать о них. Но время от времени я просыпалась по ночам, представляя яркие языки пламени по углам, и испуганно дрожала.

— В газете написано, что не оставили детей, — произнесла я с твердым намерением победить страх. — Ты думаешь, что Бри и Роджер… куда-нибудь уедут к этому времени? К чероки или к камням?

— Может быть, — его лицо было серьезным; глаза опущены на его работу. Никто из нас не был готов допустить другую возможность.

Отказывающаяся вначале ехать, Брианна теперь наслаждалась поездкой. Без Роджера и свободная от домашней работы, она казалась более раскованной, смеялась и шутила с Бердсли, поддразнивала Джейми, нянчилась с Джемми по вечерам у костра, прежде чем, обняв его, упасть и глубоко уснуть.

Бердсли тоже хорошо проводили время. Удаление инфекционных аденоидов и миндалин не вылечило глухоту Кезайи, но значительно улучшило его слух. Теперь он мог слышать достаточно громкую речь, особенно, когда смотрел вам в лицо, и вы говорили четким голосом. Хотя, казалось, он легко различал все, что говорил его близнец, каким бы тихим не был его голос. Наблюдая, с какими круглыми глазами он осматривался вокруг, когда мы ехали через густой лес, переправлялись через шумные потоки и пересекали еле заметные оленьи тропки, я поняла, что он никогда в своей жизни нигде не бывал, кроме окрестностей фермы Бердсли и Фрейзерс-Риджа.

Я задавалась вопросом, как он отнесется к чероки, и как чероки отнесутся к нему и его брату. Питер сказал Джейми, что они считают близнецов благословенным признаком; известие, что Бердсли присоединятся к охоте, очень обрадовало Цацави.

Джосайя, кажется, тоже весело проводил время, насколько я могла судить об этом; он был очень сдержанным юношей. Однако по мере приближения к деревне он становился все более беспокойным.

Я могла видеть, что Джейми тоже был несколько обеспокоен, хотя в данном случае я полагала, что знала этому причину. Он совсем не возражал помочь с охотой и был рад случаю нанести визит чероки. Но я думаю, его слава убийцы медведей, летящая, так сказать, впереди него, доставляла ему чувство дискомфорта.

Мое предположение подтвердилось, когда мы расположились лагерем на третью ночь нашей поездки. Мы находились не более десяти миль от деревни и могли легко достичь ее к полудню следующего дня.

Я видела, как он упорно размышлял дорогой, а когда мы сели ужинать возле потрескивающего костра, он внезапно расправил плечи и встал. Приблизившись к Питеру Бьюли, который сидел, задумчиво уставившись на огонь, он решительно обратился к нему:

— Я хочу кое-что сказать, Питер. Об этом медведе, которого мы собираемся искать.

Питер, выведенный из своего мечтательного состояния, ошеломленно взглянул на него, но, тем не менее, улыбнулся и отодвинулся, освобождая место для Джейми.

— Да, Мак Дубх?

Джейми сел и откашлялся.

— Ну, дело в том, что я в действительности мало что знаю о медведях; в Шотландии их уже нет много лет.

Брови Питера приподнялись.

— Но ведь говорят, что вы убили большого медведя одним лишь дирком!

Джейми потер нос с выражением, близким к раздражению.

— Да… я сделал это. Но я не охотился на него. Он напал на меня, так что мне ничего не оставалось делать, как защищаться. Я совсем не уверен, что от меня будет польза в поисках этого медведя-призрака. Ведь это необычайно умный медведь, не так ли? Чтобы шастать по деревне в течение многих месяцев, и чтобы никто его не заметил.

— Умнее обычного медведя, — согласилась Брианна, и ее рот немного дернулся. Джейми посмотрел на нее, сузив глаза, потом переключился на меня, когда я захлебнулась глотком пива.

— Что? — раздраженно спросил он.

— Ничего, — вымолвила я, откашливаясь. — Ничего особенного.

Сердито повернувшись к нам спиной, Джейми внезапно заметил Джосайю Бердсли, который хотя и не смеялся открыто, но подергивал уголками губ.

— Что? — рявкнул ему Джейми. — Они… просто невежды, — он ткнул большим пальцем в сторону Брианны и меня, — но с тобой-то что?

Джосайя немедленно стер улыбку с лица и попытался выглядеть серьезным, но уголок его рта продолжал дергаться, и краснота, заметная даже в свете костра, расползлась по его худым щекам. Джейми сузил глаза, и задушенный шум, который, возможно, являлся хихиканьем, вылетел изо рта Джосайи. Он прижал руку ко рту, выпучив глаза на Джейми.

— В чем дело? — вежливо спросил Джейми.

Кезайя, очевидно, заключив, что случилось что-то нехорошее, придвинулся к брату, предлагая свою молчаливую поддержку. Джосайя сделал неосознанное движение навстречу брату, но не отводил глаз от Джейми. Его лицо все еще было красным, но, казалось, он овладел собой.

— Полагаю, мне лучше все рассказать, сэр, — Джосайя глубоко вздохнул, решившись. — Это не всегда был медведь, иногда это был я.

Джейми на мгновение уставился на него. Потом уголки его рта начали подрагивать.

— О, да?

— Не всегда, — стал оправдываться Джосайя. Лишь иногда, когда скитания приводили его к какой-нибудь индейской деревне. — Только если я был голоден, сэр, — поспешно добавил он. Он скрывался в лесу поблизости, и с наступлением темноты прокрадывался в деревню, а потом скрывался со своей добычей. Он оставался на месте, пока его силы не восстанавливались, а мешок не наполнялся едой, потом шел дальше охотиться, пряча добычу в пещере, где устроил свой тайник.

Выражение Кезайи во время рассказа совсем не изменилось; я не знала, сколько он услышал, но он не казался удивленным. Его рука дотронулась до руки близнеца, а потом скользнула дальше к вертелу с мясом.

Смех Брианны пропал, и она слушала признания Джосайи, нахмурив брови.

— Но ведь ты… я имею в виду, я уверена, что ты не брал ребенка в колыбельке. И ты не убивал женщину, труп которой был частично объеден… да?

Джосайя изумленно моргнул.

— О, нет. Зачем мне было это делать? Вы же не думаете, что я съел их? — он улыбнулся. — Я бывал сильно голоден время от времени, — добавил он рассудительно, — но не достаточно, чтобы убивать людей для еды.

Брианна кашлянула с шумом, поразительно похожим на один из шотландских звуков Джейми.

— Нет, я не думаю, что ты съел их, — сухо сказала она. — Я только подумала, что если кто-то убил их, медведь мог прийти и погрызть их трупы.

Питер глубокомысленно кивнул головой, заинтересованный, но не обеспокоенный признанием.

— Да, медведи так поступают, — сказал он. — Они не особенно придирчивы в еде. Падаль им нравится.

Джейми кивнул, соглашаясь, но его внимание было сосредоточено на Джосайе.

— Да, я тоже слышал такое, но Цацави сказал, что сам видел, как медведь задрал его друга, значит, он действительно убивает людей, не так ли?

— Да, он убил этого человека, — согласился Джосайя, но в его голосе прозвучала странная нотка, и взгляд Джейми стал более острым. Он приподнял бровь, глядя на парня, который жевал губами, решаясь на что-то. Он взглянул на Кезайю, который улыбнулся ему. У Кеззи, заметила я, была ямочка на левой щеке, тогда как у Джосайи — на правой.

Потом Джосайя вздохнул и повернулся к Джейми.

— Я не собирался рассказывать об этом, — признался он честно, — но вы были добры к нам, сэр, и думаю, что будет неправильно, если я позволю вам идти на медведя, не зная, что еще можно от него ожидать.

Мне показалось, что волосы у меня на шее приподнялись, и я еле подавила импульс повернуться и оглядеться. Желание смеяться совсем оставило меня.

— Что еще? — Джейми опустил кусок хлебка, который собирался откусить. — И что вообще можно от него ожидать?

— Ну, я видел это только один раз, — предупредил его Джосайя. — И ночь была безлунная. Но я всю ночь провел в темноте, и мои глаза привыкли к звездному свете, вы же знаете, как это бывает, сэр.

234
{"b":"222028","o":1}