ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Селфи на фоне дракона. Ученица чародея
Аргентина. Лонжа
Оружейник. Приговор судьи
Станешь моим сегодня
Летний дракон. Первая книга Вечнолива
Сердце ночи
Стихи, мысли, чувства
Месть
Странная история дочери алхимика
Содержание  
A
A

— Вы стали немного подозрительным с возрастом, Sheumais ruaidh, — укорил его Хейес, покачивая головой.

— Вот почему я и дожил до этого возраста, — парировал Джейми с легкой улыбкой. Он помолчал, глядя на Хейеса. — Вы говорите, что человека, который стрелял в вас в Друмосси, звали Марчисоном?

Я закончила перевязку. Хейес попробовал пошевелить плечом, проверяя не болит ли оно.

— Да ведь вы сами знаете, Sheumais ruaidh. Вы не помните тот день, сударь?

Лицо Джейми неуловимо изменилось, и я почувствовала легкую дрожь тревоги. Дело было в том, что Джейми практически не помнил этого последнего дня шотландских кланов, не помнил резни, которая залила кровью — в том числе и его собственной — каллоденское поле. Я знала, что отдельные эпизоды того дня время от времени возвращались к нему фрагментами кошмаров в его снах, но трудно было сказать — была ли такая потеря памяти следствием травмы или просто сила воли заставила его забыть тот день. Память о Каллоденском сражении была потеряна для него, или была — до сих пор. Я не думала, что он хотел ее возвращения.

— Многое случилось тогда, — сказал он. — Я не помню всего.

Он резко нагнул голову и, подтолкнув большой палец под край письма, вскрыл его, разломав печать на фрагменты.

— Ваш муж — скромный человек, мистрис Фрейзер, — Хейес кивнул мне, подзывая щелчком пальцев своего помощника. — Он никогда не говорил вам, что он сделал в тот день?

— Много храбрости было проявлено на том поле, — пробормотал Джейми, склонив голову над письмом. — И довольно мало чего-нибудь другого.

Я не думала, что он читал письмо; его взгляд был устремлен мимо бумаги, словно он видел что-то за ее пределами.

— Да, — согласился Хейес. — Но стоило запомнить то, что человек спас вам жизнь, не так ли?

Джейми пораженно дернул головой. Я подошла и встала рядом с ним, положив руку на его плечо. Хейес взял рубашку у своего адъютанта и медленно натянул ее, улыбаясь с несколько странным и осторожным видом.

— Вы не помните, как ударили Марчисона по голове как раз в том момент, когда он собирался заколоть меня штыком? А потом вы подобрали меня и вынесли с поля к маленькому роднику? Там на траве лежал один из вождей; его люди обмывали ему голову водой, но я понял, что он был мертв — он лежал так неподвижно. Люди возле ручья позаботились обо мне; они также хотели, чтобы вы остались, так как вы были ранены и истекали кровью. Но вы пожелали мне удачи во имя Святого Михаила и вернулись в битву.

Хейес уложил цепь, поправив серебряный месяц под подбородком. Без галстука его шея выглядела голой и беззащитной.

— Вы выглядели совершенно дико; ваше лицо было залито кровью, а волосы развевались по ветру. Вы вложили меч в ножны, когда несли меня, но вытащили его обратно, как только отвернулись. Я не думал, что когда-нибудь встречусь с вами, потому что видел тогда человека, твердо решившего умереть…

Он покачал головой; его полуприкрытые глаза, казалось, видели не разумного сильного человека перед собой, не Фрейзера из Фрейзерс-Риджа — но Красного Джейми, молодого воина, который вернулся в битву не из храбрости, а потому что хотел покончить с жизнью, которая стала ему в тягость от того, что он потерял меня.

— Да? — тихо произнес Джейми. — Я… забыл.

Я чувствовала его напряжение под моей рукой, звенящее, как натянутая струна. Пульс стремительно бился в его артерии за ухом. Были вещи, которые он забыл, но не это. Я тоже.

Хейес нагнул голову, когда адъютант завязал галстук вокруг шеи, потом выпрямился и кивнул мне.

— Благодарю вас, мэм. Это было великодушно с вашей стороны.

— Все в порядке, — сказала я пересохшим ртом. — Всегда пожалуйста.

Снова полил дождь. Холодные капли ударили мне в лицо и на руки; влага заблестела на сильных костях лица Джейми, задрожала каплями в его густых волосах и на длинных ресницах.

Хейес накинул сюртук и закрепил плед маленькой золотой брошью, которую отец дал ему перед Каллоденом.

— Значит, Марчисон мертв, — сказал он, словно про себя. — Я слышал, — он мгновение возился с застежкой броши, — что их было два брата, одинаковых, как горошины в стручке.

— Было, — сказал Джейми. Он взглянула в лицо Хейеса, на котором отразился лишь легкий интерес.

— А-а. И вы знаете, который из них был там?

— Нет. Но в любом случае, они оба мертвы.

— А-а, — сказал Хейес снова. Он постоял мгновение, как бы в раздумье, потом поклонился Джейми, прижав шляпу к груди.

— Buidheachas dhut, Sheumais mac Brian.[46] И пусть Святой Михаил защитит тебя.

Потом он коротко поклонился мне и, надев шляпу на голову, ушел вместе с адъютантом.

Порыв ветра, сопровождаемый потоком холодного дождя, так похожего на ледяной апрельский дождь на Каллоденском поле, пронесся по поляне. Джейми внезапно задрожал сильной конвульсивной дрожью и смял письмо, которое все еще держал в руке.

— Как много ты помнишь? — спросила я, наблюдая за Хейесом, который осторожно пробирался по раскисшей земле.

— Почти ничего, — ответил он. Он встал и посмотрел вниз на меня; его глаза были такие же темные, как небо над нами. — И это все еще слишком много.

Он отдал мне смятое письмо. Дождь запятнал и размыл местами буквы, но оно все еще было читаемо. В отличие от прокламации, оно содержало только два предложения, но цветистая речь не ослабила его эффекта.

«Нью-Берн, 20 октября.

Полковнику Джеймсу Фрейзеру.

Принимая во внимание, что мир и порядок в нашей провинции в последнее время были нарушены, и множество жителей и их собственность пострадали от людей, называющих себя регуляторами, я в соответствии с решением королевского совета приказываю вам немедленно созвать так много мужчин, как вы посчитаете нужным, чтобы организовать из них отряд милиции, и срочно доложить мне о количестве добровольцев, готовых послужить королю и стране, а также о количестве надежных людей в вашем отряде, которых можно призвать в случае возникновения чрезвычайной ситуации и попыток дальнейшего насилия со стороны повстанцев. Ваше усердное и точное исполнение этих распоряжения будет оценено.

Ваш покорный слуга,

Уильям Трайон.»

Я аккуратно свернула закапанный дождем лист, заметив отстранено, что мои руки дрожат. Джейми забрал письмо и держал его между большим и указательным пальцами, словно это было нечто мерзкое, как на самом деле оно и было. Его рот криво дернулся, когда он встретил мой взгляд.

— Я надеялся, что у нас будет больше времени, — произнес он.

Глава 8

Фактор[47]

Когда Брианна ушла к палатке Джокасты, чтобы забрать Джемми, Роджер медленно побрел вверх к своему лагерю. Он обменивался приветствиями со встречными людьми и получал от них поздравления, но не слышал их.

Она сказала, что будет следующий раз. Он держал в голове эти слова, переворачивая их в уме, словно горстку монет в кармане. Это были не просто слова. Она намеревалась сдержать их, и это обещание сейчас значило для него больше, чем клятвы, произнесенные ею во время первой брачной ночи.

Мысль о свадьбе напомнила ему других вещах. Он оглядел себя и понял, что Бри не преувеличила, говоря о его внешнем виде. Проклятие, сюртук к тому же принадлежал Джейми.

Он начал отряхивать иглы и стирать пятна грязи, но его прервало громкое приветствие с тропинки. Он поднял голову и увидел Дункана Иннеса, который осторожно пробирался вниз, скособочившись, чтобы компенсировать отсутствие руки. Дункан был в своем роскошном сюртуке, алом с синей отделкой и золотыми пуговицами, и его волосы под элегантной черной шляпой были заплетены в тугую косицу. Преображение рыбака в преуспевающего землевладельца было потрясающим, даже поведение его изменилось, став более уверенным.

Дункана сопровождал высокий худой джентльмен преклонного возраста в поношенной, но чистой и аккуратной одежде; его белые волосы были связаны на затылке, открывая высокий лоб с залысинами. Рот мужчины запал из-за отсутствия зубов, но сохранил веселый изгиб, а его глаза были синими и яркими на длинном лице с туго натянутой кожей; от чего вокруг глаз почти не было морщин, хотя глубокие борозды пролегли возле его рта и на лбу. С длинным горбатым носом, одетый в широкий черный сюртук, он был похож на приветливого стервятника.

вернуться

46

Благодарю тебя, Джейми, сын Бриана.

вернуться

47

Управляющий в Шотландии.

28
{"b":"222028","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Скажи машине «спокойной ночи»
В объятиях герцога
Тайна третьей невесты
Help! Мой босс – обезьяна! Социальное поведение на работе с точки зрения биологии
Ненавижу эту сучку
Я из Зоны. Колыбельная страха
Свидание у алтаря
Твое сердце будет моим