ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Лэрд? — резко прервал ее Джейми. — Это должно быть Хэмиш мак Коллум.

Хэмиш, сын Коллума, перевел для себя Роджер. Или скорее Хэмиш мак Дугал, но в мире было только пять человек, которые знали об этом. Теперь, возможно, только четыре.

Миссис Бэг утвердительно кинула головой.

— Да, да. Они так его называли. Хэмиш мак Коллум МакКензи, лэрд Леоха. Третий лэрд. Они говорили именно так. И…

Джейми очевидно владел искусством обращения с миссис Баг. Безжалостно прерывая ее, он извлек из нее всю историю быстрее, чем представлялось возможным Роджеру. Замок Леох был разрушен англичанами в зачистке горной местности после Каллодена. Это Джейми знал, но будучи сам узником, не имел никаких вестей о судьбе его жителей.

— И боялся спрашивать, — добавил он, грустно склонив голову. Баги поглядели друг на друга и дружно вздохнули с той же самой печальной тенью в глазах, которая таилась в голосе Джейми. Это был взгляд, который Роджер хорошо выучил к настоящему времени.

— Но если Хэмиш мак Коллум все еще жив, — Джейми не убрал руку с плеча Роджера, и при этих словах она напряглась. — Это новость радостная для сердца, да?

Он улыбнулся Роджеру с такой искренней радостью, что тот почувствовал, как невольная ухмылка расплылась на его собственном лице в ответ.

— Да, — сказал он, и тяжесть на его сердце немного уменьшилась. — Да!

Тот факт, что он совершенно не знает Хэмиша мак Коллума МакКензи, не имел никакого значения. Этот человек был его родственником — кровным родственником — и это было утешительной мыслью.

— Куда они отправились? — нетерпеливо спросил Джейми, опуская руку. — Хэмиш и его люди?

В Акадию в Канаду, решили Баги. Или в Новую Шотландию? На Мэн? Нет, на какой-то остров, пришли они, наконец, к согласию после многословного обсуждения. Скорее всего…

Джемми прервал их голодным завыванием, и миссис Баг вздрогнула, словно ее ткнули палкой.

— Нужно найти маму бедного малыша, — сказала она с упреком, окидывая всех четверых мужчин сердитым взглядом, как если бы обвиняла их в заговоре с целью уморить ребенка голодом. — Где ваш лагерь, мистер Фрейзер?

— Я отведу вас, мэм, — торопливо предложил Дункан. — Идемте со мной.

Роджер двинулся за Багами, но Джейми остановил его, взяв за руку.

— Нет, пусть Дункан отведет их, — сказал он, отпуская Багов с поклоном. — Я поговорю с Арчем позже. Я хочу кое-что сказать тебе, chliamhuinn.[49]

Роджер почувствовал некоторое напряжение от этого формального обращения. Итак, Джейми собрался рассказать ему: какие недостатки его характера и воспитания сделали его непригодным для того, чтобы взять на себя ответственность за Фрейзерс-Ридж?

Но нет, Джейми вытащил из споррана помятую бумагу и вручил ее Роджеру с небольшой гримасой на лице, словно бумага жгла его руку. Роджер быстро просмотрел ее и поднял взгляд на Джейми.

— Милиция. Когда?

Джейми пожал плечом.

— Никто не знает, но скорее, чем нам хотелось бы, я полагаю, — он дал Роджеру слабую грустную улыбку. — Ты слышал разговоры вокруг костров?

Роджер мрачно кивнул. Он слышал разговоры в перерывах между пением, среди зрителей, наблюдающих за соревнованиями по бросанию камней, в небольших группах мужчин, выпивающих под деревьями. При метании шеста произошла драка, которую быстро остановили, и никто не пострадал, но гнев висел в атмосфере Сбора, как неприятный запах.

Джейми провел рукой по лицу, по волосам и пожал плечами, вздыхая.

— Повезло, что я сегодня столкнулся с Арчем Багом и его женой. Если дело дойдет до драки, а это произойдет раньше или позже, то Клэр поедет с нами. Мне не хотелось бы оставлять Брианну в одиночестве управлять делами; ей будет нужна помощь.

Роджер почувствовал, что маленькая ноющая тяжесть на сердце исчезла, потому что все разъяснилось.

— В одиночестве? Вы хотите, чтобы я ехал с вами? Помочь собрать мужчин в милицию?

Джейми удивленно взглянул на него.

— Да, кто же еще?

Он натянул плед на плечи, сгорбленные от нарастающего ветра.

— Тогда идем, капитан МакКензи, — сказал он с кривой улыбкой. — У нас еще много дел до вашей свадьбы.

Глава 9

Семя раздора

Я заглядывала в нос одного из рабов Фаркарда Кэпмбелла, деля свое внимание между полипом, перекрывшим его ноздрю, и письмом губернатора Трайона. Из этих двух вещей мои симпатии были на стороне полипа, который я собиралась истребить с помощью раскаленного железа.

«Это чертовски несправедливо», — думала я, хмурясь, пока стерилизовала скальпель и укладывала маленькую железку для прижигания на горячие угли.

Неужели началось? Или это только один из предвестников? Сейчас конец семидесятого года, пройдет чуть более пяти лет, и все тринадцать колоний будут втянуты в войну. Хотя для каждой колонии это произойдет в результате различных процессов. Прожив длительное время в Бостоне, я знала из школьных уроков Бри, как это было — или будет — в Массачусетсе. Налог, бостонская резня, гавань, Хэнкок, Адамс, бостонское чаепитие. Но как будет в Северной Каролине? Что произошло здесь — или произойдет?

Это могло начаться сейчас. Разногласия между плантаторами восточного побережья и поселенцами западной бесплодной части колонии накапливались уже несколько лет. Регуляторы, главным образом, происходили из последних, тогда как первые были приверженцами Трайона и, следовательно, короны.

— Все в порядке?

Я дала рабу хорошую порцию медицинского виски для укрепления духа, и на мою ободряющую улыбку он кивнул с сомнением, но покорно.

В двадцатом веке я никогда не слышала о регуляторах, но вот они здесь, и к настоящему времени я видела достаточно, чтобы понимать, как многое осталось за пределами исторических книг. Неужели семена революции были посеяны здесь на моих глазах?

Успокаивающе бормоча, я обернула левую руку в льняную салфетку, твердо взялась ею за подбородок раба и, ткнув лезвием в ноздрю, ловко разрезала полип. Разрез сильно кровоточил, кровь обильно пропитала ткань на моей руке, но очевидно рабу не было больно. Он выглядел удивленным, но не испуганным.

Железка для прижигания представляла собой тонкий металлический прут с деревянной ручкой, его противоположный конец был расплющен в виде лопатки. Лопатка нагрелась в огне до покраснения. Я взяла прут за деревянную ручку, на мгновение прижала к носу мужчины кусочек ткани, чтобы приостановить кровотечение, и в долю секунды прежде, чем кровь хлынула снова, прижала горячее железо к перегородке в носу, отчаянно надеясь, что попала в нужное место.

Раб издал задушенный звук, но не двинулся, хотя слезы текли по его щекам, орошая теплой влагой мои пальцы. Запах жженой крови и плоти напоминал аромат, поднимающийся из ям с барбекю. Мой живот громко заурчал. Выпученные налитые кровью глаза раба с удивлением встретились с моими; я усмехнулась ему, и он тихонько сквозь слезы хихикнул.

Я вынула железку, держа наготове салфетку, но кровь больше не текла. Задрав голову мужчины далеко назад, я заглянула ему в нос, чтобы с радостью увидеть маленькое чистое пятно на слизистой оболочке. Я знала, что ожог должен быть ярко-красного цвета, но без риноскопа он выглядел, как черная короста, напоминая клеща среди темных волос носа.

Мужчина не понимал по-английски. Я улыбнулась ему, но обратилась к его подружке, молодой женщине, которая держала руку мужчины во время операции.

— С ним все будет в порядке. Скажите ему, чтобы не трогал коросту в носу, и если она загноится, или начнется лихорадка, — я замолчала, поскольку далее должно было последовать «обратитесь к своему врачу», совершенно бесполезные слова, так как это было невозможно.

— Обратитесь к хозяйке, — неохотно сказала я вместо этого. — Или найдите женщину-травницу.

Нынешняя миссис Кэмпбелл, насколько я знала, была молода и довольно бестолкова. Однако у любой хозяйки плантации должны быть знания и необходимые средства от лихорадки. А если разовьется сепсис… ну что ж, тогда вряд ли кто-нибудь сможет ему помочь.

вернуться

49

Зять (гэльск.)

31
{"b":"222028","o":1}