ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Лейтенант.

Я ответила на поклон, чувствуя, как мои щеки вспыхнули, как если бы он застал меня во время купания.

— Ваш муж рядом, мэм? — спросил он как бы между прочим. Несмотря на замешательство, я почувствовала тревожный сигнал. Капрал МакНейр приходил за Джейми и потерпел неудачу. Если сейчас гора пришла к Магомету, вопрос, должно быть, был не простой. Хейес намеревался втянуть Джейми в охоту на ведьм, то есть на регуляторов?

— Возможно, но я не знаю где он, — ответила я, стараясь не глядеть в сторону большой палатки Джокасты, белеющей среди каштанов.

— А-а, я думаю, он очень занят, — сказал Хейес, не смутившись. — Очень много дел для такого человека, как он, особенно в последний день сбора.

— Да. Я думаю… э-э, да.

Разговор заглох, и я осталась в состоянии возрастающего дискомфорта, задаваясь вопросом, как мне уйти, не пригласив лейтенанта на завтрак. Даже англичанка не могла удалиться и не предложить еды, не показавшись грубой.

— Э-э… капрал МакНейр сказал, что вы также хотели видеть Фаркарда Кэмпбелла, — сказала я, хватая быка за рога. — Возможно, Джейми пошел поговорить с ним. Мистером Кэмпбеллом, я имею в виду.

Я махнула рукой в сторону лагеря Кэмпбеллов, который лежал на дальнем краю склона, около четверти мили от лагеря Джокасты.

Хейес мигнул, и дождинки с его ресниц скатились на щеки.

— Да, — сказал он. — Возможно это так, — он мгновение постоял, потом приподнял свою шляпу. — Доброго дня, мэм.

Он развернулся и пошел к палатке Джокасты. Я стояла, глядя ему вслед, и ощущение покоя меня покинуло.

— Проклятие, — произнесла я вполголоса и отправилась готовить завтрак.

Глава 2

Хлебы и рыбы[13]

Мы выбрали место для стоянки довольно далеко от основного лагеря на маленькой каменистой полянке, откуда открывался хороший обзор на берег ручья. Глядя вниз сквозь кустарник падуба, я видела мелькание зелено-черных тартанов. Это расходились последние солдаты. Арчи Хейес разрешил своим солдатам смешаться с людьми, и они с удовольствием этим воспользовались.

Я не знала, чем была продиктована такая политика Арчи — хитростью, бедностью или человеколюбием. Многие солдаты были молодыми людьми, разлученными с домом и семьей; они были рады услышать шотландские голоса, посидеть у теплого огня, попробовать овсянки и обогреться в дружелюбной обстановке.

Когда я вышла из-за деревьев к нашему лагерю, Марсали и Лизи суетились вокруг смущенного молоденького солдата, который вытащил Германа из ручья. Фергюс стоял возле костра с поднимающимся от его одежды паром и, приговаривая что-то по-французски, энергично вытирал полотенцем голову сына. Второй рукой с крюком он удерживал мальчика за плечи, маленькая белокурая головка Германа покачивалась взад и вперед, и он с невозмутимым видом игнорировал отцовский выговор.

Ни Роджера, ни Брианны в поле зрения не наблюдалось, и я встревожилась, увидев, что Абель МакЛеннан сидел на дальней от меня стороне полянки и жевал поджаренный хлеб на палочке. Джейми уже вернулся с заимствованными продуктами, которые он распаковывал на земле возле костра. Он слегка хмурился, но его хмурый взгляд тут же превратился в улыбку, как только он увидел меня.

— Вот ты где, сассенах! — сказал он, поднимаясь на ноги. — Что тебя задержало?

— О… я встретила знакомого, — сказала я, бросив многозначительный взгляд на солдата. Но этот взгляд не подействовал на Джейми, так как он в замешательстве приподнял брови.

— Лейтенант ищет тебя, — прошипела я, наклонившись к нему.

— Я знаю это, сассенах, — сказал он нормальным голосом. — Мы скоро встретимся.

— Да, но… хм, — я откашлялась и подняла брови, со значением переводя взгляд с Абеля МакЛеннана на молодого солдата. Верный своим представлениям о гостеприимстве, Джейми не мог позволить, чтобы его гостя схватили в его доме, и я думаю, что такого же принципа он придерживался относительно своего костра. Солдат, быть может, посчитает неудобным арестовывать МакЛеннана, но я была уверена, что у лейтенанта никаких сомнений на этот счет не возникнет.

Джейми выглядел скорее удивленным. Подняв брови в свою очередь, он взял меня за руку и подвел к молодому человеку.

— Моя дорогая, — произнес он официальным тоном, — позволь представить тебе рядового Эндрю Огилви из деревни Килберн. Рядовой Огилви, моя жена.

Рядовой Огилви, мальчик с румяным лицом и темными вьющимися волосами, покраснел и поклонился.

— Ваш слуга, мэм!

Джейми слегка сжал мою руку.

— Рядовой Огилви рассказал мне, что их полк направляется в Портсмут в Вирджинии, откуда они должны отправиться в Шотландию. Думаю, ты ужасно рад, что увидишь родной дом, парень?

— О, да, сэр! — сказал юноша пылко. — Полк расформируют в Абердине, и потом я окажусь дома так быстро, как смогут меня унести ноги!

— Полк расформировывается? — спросил подошедший Фрегюс, присоединяясь к разговору. Полотенце висело на его шее, на руках сидел Герман.

— Да, сэр. Поскольку французики успокоились… э-э, прошу прощения, сэр… и индейцы притихли, нам здесь делать нечего, а корона не станет платить, чтобы мы сидели дома, — сказал парень с сожалением. — Мир, в целом, хорошая вещь, и я ему рад, конечно. Но надо признать для солдата это нелегкое время.

— Также как и война, да? — сухо произнес Джейми. Мальчик сильно покраснел. Слишком молодой, вряд ли он видел настоящие сражения. Семилетняя война[14] закончилась десять лет назад, когда рядовой Огилви скорее всего бегал босиком в Килберне.

Игнорируя замешательство юноши, Джейми повернулся ко мне.

— Парень сказал мне, — добавил он, — что семьдесят шестой полк последний, который еще остался в колониях.

— Последний горский полк? — спросила я.

— Нет, мэм, последний полк из регулярных войск короны. Думаю, кое-где остаются гарнизоны, но все полки отозваны в Англию или Шотландию. Мы последние, и к тому же слишком задержались. Мы должны были отплыть из Чарльстона, но дела там пошли наперекосяк, и теперь мы направляемся в Портсмут так быстро, как можем. Уже поздно, но лейтенант договорился с судном, которое рискнет отправиться в путь в это время года. Если нет…, — он пожал плечами с философской мрачностью. — Тогда, я полагаю, мы перезимуем в Портсмуте, как сможем.

— То есть Англия оставляет нас без защиты? — Марсали была шокирована этой мыслью.

— О, я не думаю, что это так опасно, мэм, — заверил ее рядовой Огилви. — Мы разобрались с французишками раз и навсегда, а индейцы без поддержки лягушатников не представляют большой опасности. Некоторое время будет довольно мирно, а может так останется и дальше.

Я издала тихий звук, и Джейми слегка сжал мой локоть.

— Вы не думали остаться здесь? — спросила Лиззи, которая чистила и терла картофель, слушая разговор. Она поставила миску с белой массой на землю и стала смазывать жиром сковородку с ручкой. — Остаться жить в колониях, я имею в виду. На западе много свободной земли.

— О, — рядовой Огилви мельком взглянул на нее, на ее скромно склоненную над работой голову в керче, и румянец снова вспыхнул на его лице. — Ну, это не такое уж плохое предложение, но я обязан следовать за своим полком.

Лиззи взяла два яйца и разбила их о край миски. На ее лице, обычно бледном как сыворотка, розоватым цветом отразился яркий румянец солдата.

— А-а. Очень жаль, что вы должны уйти так скоро, — сказала она, опустив длинные белокурые ресницы. — Однако, мы не отпустим вас с пустым животом.

У рядового Огилви порозовели уши.

— Э-э… вы очень добры, мисс. Очень добры, действительно.

Лиззи застенчиво взглянула на него и покраснела сильнее.

Джейми мягко кашлянул и извинился, отводя меня от огня.

— Христос, — сказал он вполголоса, наклонившись, чтобы я могла его слышать. — А она ведь стала женщиной не больше суток назад! Ты давала ей уроки, сассенах, или женщины рождаются с этим?

вернуться

13

Аллюзия на чудесное насыщение пяти тысяч человек пятью ячменными хлебами и двумя рыбами (Мф.15:36).

вернуться

14

Семилетняя война 1756–63, возникла в результате борьбы Великобритании с Францией за колонии в Северной Америке и Ост-Индии и столкновения агрессивной политики Пруссии с интересами Австрии и России.

9
{"b":"222028","o":1}