ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

не придавай же большого значенья,

если однажды совсем не приду'.

Я смотрела на эти строки - очередное сообщение от неизвестного поклонника, которому я так нагрубила прошлым вечером - и плакала. Да, я хорошо держалась за ужином, хоть и огорчила Рысь, проглотив с трудом едва ли больше двух ложек замечательного рагу. Да, я смогла спокойно и серьезно выслушать Марата, который так же, как Серж и Рысь пожелал уверить наедине, как 'чертовски' сожалеет о том, что не поехал со мной. Даже на звонок Ахиллеса удалось ответить спокойно и без эмоций, что конечно я приеду к нему завтра утром, и мы всё обсудим.

Попрощавшись со всеми, и убедившись, что Оля и правда хорошо всех устроила в моем новом доме - как хорошо, что я накупила столько разнообразных диванов и кушеток - я не стала строить из себя умирающую лебедь и рыдать в подушку. Просто стояла на балконе, ни о чем не думая, не желая пускать в голову хоть какие-то мысли. Лицо обдувал теплый бриз, быстрые тучки скрывали луну на доли секунды и неслись дальше, а бледный синеватый цвет заливал все кругом, делая окружающие скалы и морские волны чем-то нереальным, словно в сказке. Изредка, то тут, то там показывались сквозь прорехи облаков яркие крупные звезды. И я невольно гадала, возможно ли увидеть среди них наше Солнце?

Нарушая тишину, царящую снаружи и внутри меня, запищали визоры. Отдав команду закрыть двери - пока что голосовой режим, настроенный Виком, меня устраивал, я вернулась в спальню и, усевшись по-турецки на своей огромной кровати, укуталась поплотнее в теплый пушистый халат и вывела сообщение незнакомца на виртуальный экран.

Горящие зеленым светом ровные строки очередного стихотворного послания медленно всплыли, покружились в каком-то причудливом танце, а затем замерли, позволяя их прочитать. Я ничего не ждала от незнакомца сегодня, и немного удивилась, неужели он не оскорбился моим ответом? И в строках я почти ничего с первого прочтения не поняла, но вот растаяли в воздухе последние слова, и я ощутила ком в горле, а лицо было мокрым от слез. Словно этот стих смог прорвать какую-то плотину в моей душе и дал выход чувствам: жалости к себе, к погибшему страшной бесчеловечной смертью Глебу, горю по своей первой детской любви, уничтоженной доброй памяти о ней, тоске по родине, маме...

Не было рыданий и даже всхлипываний. Я плакала молча, обхватив себя руками и до боли стиснув кулаки.

На душе стало легче не скоро. Точно больная, как в детстве, я спустилась на пол и, шлепая босыми ногами, поплелась в ванную. Пояс халата и длинный подол волочились следом, как шлейф. Умывая лицо, я уже ощущала умиротворенность и сильное облегчение. Надо жить дальше, боль останется, это неизбежно, только нельзя на ней зацикливаться, пострадала и будет, надо попытаться жить дальше, и если не забыть, то как-нибудь спрятать, задвинуть ужас дня в дальний уголок памяти.

Еще раз прочла стихи, просто в визорах, без эффектов голоэкрана - слишком уж сильно подействовали странные строчки. Снова не поняла, что мне хочет сказать незнакомец. Что он военный, рискует жизнью и работа у него опасная, это уже из прошлых писем понятно было. Мне нечего ему сказать, и отвечать я не стала.

Только засыпая, свернувшись калачиком под одеялом, я вдруг поняла и даже подпрыгнула на кровати, снова включая свет и садясь, опираясь на подушки.

Схватила визоры и прочла в третий раз, представляя себе, как незнакомец находит именно этот стих, как отсылает его мне... Ну конечно, больше всего это похоже на прощание! То есть, всё?

Больше не будет писем и признаний? Я чувствовала, как усиленно бьется сердце. Но почему вот так внезапно? И именно тогда, когда особенно одиноко, когда нет достаточно близких друзей, личной жизни, и самого главного - нет любви... А есть ли на свете эта настоящая любовь? С чего я считаю, что это не сказки, разве после сегодняшнего могли у меня оставаться хоть какие-то иллюзии?

И поняла - могли! И остались! Вера в любовь и в то, что я ее все же встречу вернулась именно благодаря незнакомцу. А ведь он мне даже слова простого не сказал. Только эти стихи...

Поспешно активировав виртуальную клавиатуру, стала старательно писать ответ:

'Прошу вас, кто бы вы ни были, не надо со мной прощаться. Очень прошу. Только не сейчас. Мне стали дороги ваши письма, я жду их, жду того, что они делают со мной, хоть и не понимаю, что именно. Не знаю, отчего я хочу написать вам так откровенно, может оттого, что больше некому. Лучший друг остался на Земле, а нового я не нашла.

Как бы я хотела вас увидеть! Узнать ваше имя! Взглянуть в ваши глаза. Как бы я хотела, чтобы вы были рядом со мной сегодня, несколько часов назад... ведь, если всё, что вы сказали о себе - правда, то вы смогли бы меня спасти. Мне кажется, вы очень смелый и бесстрашный, а я такая трусиха...

Простите, вам наверное не понять, о чем я толкую. Произошел несчастный случай, да, иначе и не назвать. Если честно, все закончилось хорошо, по крайней мере - для меня. Впрочем, не уверена, что те двое заслужили такую страшную участь, и мне стыдно, что я рада их смерти. Да, никому, кроме вас не смогла бы этого сказать.

Почему? Почему я вам так доверяю? Неужели я совсем наивна, и совершаю очередную глупость в жизни? Или есть в этом мудрость - довериться своей интуиции? Я не знаю. Я просто доверилась, сделала выбор, если угодно. Ваше послание заставило плакать, но это даже хорошо, лучше, чем было до него, когда внутри словно всё закаменело.

Как же мне вас называть? Я не могу так - без имени, поверьте! Мне надо обращаться к вам, знать, что вы личность, а не кто-то абстрактный. Не робот, не вирус в сети, а настоящий, живой, с бьющимся сердцем... Умный?

Сумбурно, но перечитывать не хочу, не могу просто. Давайте дружить? Ди'

Всё! Ушло! Эх, и что на меня вдруг нашло? Не совершила ли я ошибку? Да ну все эти заморочки, наплевать! Что сделано, то сделано, вот только уже началось ожидание ответа. Не слишком ли рано?

Я лежала с закрытыми глазами, ощущая подкрадывающийся сон, и улыбалась. Просто так, потому что дышу, потому что живу, не умерла, не стала едой для чудовища, и еще потому, что появилась надежда, словно кто-то хороший меня очень любит...

***

- Ай!

Шесть утра! Мало того, что разбудили не свет не заря, так еще доставили прямо ко мне в спальню гориллообразного доктора, который, похоже, решил довершить дело Камаля - того и гляди голову открутит.

- Ну-ну, расслабься, Диана!

- Как можно расслабиться, если вы велели мне полностью раздеться? А теперь еще... Ой-ой!

- Да, велел. А ты не послушалась! Вдохни полной грудью, еще, еще, еще. Стоп! Не дыша-а-ать! Вот так замри! Да!

Хрясь! Что-то в очередной раз хрустнуло в шее. Подумать только, это наглый доктор намекает, что я не сняла трусики? Иначе как понять фразу, что я не послушалась команды 'раздеться полностью!'. Впрочем, препиралась я только для виду, да чтобы отчасти скрыть смущение. Вик, приславший мне в такую рань местного костоправа, был абсолютно прав. Доктор подтвердил, что с позвоночником в шейном отделе у меня не всё в порядке и теперь заставлял принимать самые странные позы и проделывал непонятные мне рывки и крутки моей бедной головы, отчего в разных местах многострадальной шеи вот уже сорок минут беспрестанно что-то щелкало и хрустело.

- Ох!

- Всё, расслабься, перевернись. Руки вдоль тела! И - потерпи, массаж нам тут просто жизненно необходим, зато потом летать будешь.

Ого! Потерпи! Я стонала, едва удерживаясь от крика - больно-то как! Я всегда считала, что массаж - это удовольствие, а тут...

- Вот и всё! - доктор выпрямился и велел. - Ну-ка встань. Не тошнит? Голова не кружится? Хорошо! Нигде не болит? Поверни голову вправо - плавно, до конца. Вот так. А в другую сторону? Не больно? Дискомфорта нет? Наклони вперед! Ага, ну вот и все. Можно повторить через месяц. Не сутулься. Очень хорошо, девочка! И впрямь красавица! Викинг был абсолютно прав!

49
{"b":"222048","o":1}