ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Марина сжала кулаки, а подбородок предательски задрожал.

— Уходи, Лёш.

— Да никуда я не пойду! Приказывать она мне будет… И ответь мне на вопрос! Давай решим его так. Кстати, может, ты и выберешь? Подходящую кандидатуру на роль матери!..

Она бросилась на него с кулаками.

— Убирайся вон! Ненавижу тебя! Как ты можешь так со мной?! — Она зарыдала, а Алексей обхватил её руками и прижал к себе.

— Прости, прости меня, — лихорадочно зашептал он, прижимаясь щекой к её волосам. — Я так тебя люблю. Я с ума сойду без тебя, ты понимаешь?

Марина рыдала у него на плече, всхлипывала, утиралась рукавом домашней кофты, а потом прошептала:

— А я с тобой… понимаешь?

Весь дурман с него тут же слетел, и, помедлив мгновение, Алексей опустил руки. Марина отвела глаза, а потом сделала шаг назад.

— Так будет правильно, Лёш, — забормотала она в сторону. — Пойми. Подумай о своих родителях. Тебе тридцать пять почти, они и так слишком долго ждали, у них должен быть внук. Родной, понимаешь, они заслужили. Так же как и ты. Никто не виноват… просто так случилось, и надо как-то жить дальше. А я не смогу каждый день думать о том, чего я тебя лишила. И их. Я с ума сойду от чувства вины, ты понимаешь? Я… Ты думаешь, мне легко? — Марина снова заревела, некрасиво, в голос, а Алексей минуту смотрел на её спину, на вздрагивающие от рыданий плечи, а потом ушёл. В первый и в последний раз он ушёл, когда она плакала и нуждалась в нём. А он тихо, но плотно прикрыл за собой дверь своей квартиры и больше туда никогда не возвращался.

За два прошедших года они с Мариной даже ни разу серьёзно не поговорили. Этого Алексею больше всего не хватало. Вспоминались именно их разговоры ночи напролёт. Им обоим так нравилось лежать рядом, закутавшись в одеяло, обнявшись, и разговаривать, разговаривать… А утром хохотать, споря, кто первый уснул.

— Я тебе рассказывал про рыбалку! — уверял её Асадов, а Марина смеялась.

— Какая рыбалка! Ты же уснул! Рыбалка тебе приснилась!

Ему уже давно ничего не снится…

Он просто живёт и очень старается, чтобы всё было не зря.

= 3 =

Калерия Львовна снова была не в духе, гремела посудой на кухне, и Марина даже о причине этого её утреннего негодования догадывалась. Вышла из спальни и плотно прикрыла за собой дверь. Но прежде чем появиться на кухне, посмотрела на себя в зеркало и поправила волосы, оттягивая момент встречи. Утро и без того тяжёлое, день обещал быть вообще кошмарным, а придётся ещё Калерию обманывать. Говорить ей о том, что сегодня встретится с Алексеем — никак нельзя. Калерия тут же разволнуется, начнёт её увещевать, просить не переживать и постоянно дёргать, сбивая весь настрой. Начнёт придирчиво осматривать выбранный ею наряд, давать советы, а потом ещё и звонить каждые полчаса с целой кучей "осторожных" вопросов. Марина уже давно поняла, что такие новости лучше сообщать после, как родителям, так и Калерии. Чтобы не отвлекали и не мешали сосредоточиться. Встреча с бывшим мужем всегда оставляла её опустошённой, и требовалось время, чтобы восстановить душевные силы, а когда приходится со всеми объясняться и улыбаться натужно, притворяясь безразличной, период восстановления значительно затягивается.

Но сейчас о том, что ей сегодня предстоит встреча с Алексеем, ещё никто не знал, и возмущалась Калерия совсем по-другому поводу. И этот "повод", Марину тоже вгонял в тоску, точнее то, что успокоения Калерия никак не находила.

— Доброе утро, — поздоровалась она, внедряясь на кухню бочком и стараясь в глаза Калерии не смотреть. — Как сегодня погода, Калерия Львовна?

— А что погода? — проворчала домработница, намеренно проигнорировав Маринино заявление о том, что утро всё-таки доброе. — Конец света какой-то, а не погода. По телевизору говорят, что это всё глобальное потепление виновато. А разве оно виновато? Наша вина, всё нам что-то нужно, куда-то залезть, что-то попробовать, кого-то куда-то запустить…

Марина присела у окна, облокотилась на подоконник и посмотрела на улицу. Действительно, конец света. Или глобальное потепление?

— Что-то ты грустная, — заметила Калерия, оглянувшись на неё через плечо. — Что-то случилось?

Марина встрепенулась.

— Нет, всё хорошо.

— Опять работы много?

Она кивнула.

— Да. Работа, работа… Сегодня у меня весь день занят, — соврала Марина.

Калерия покачала головой, хотела ещё что-то сказать, но из комнаты послышался мужской голос:

— Марин, который час? Будильник встал.

Домработница выразительно поджала губы и отвернулась к плите, а Марина тихонько вздохнула в сторону.

— Девять, Аркаш.

— Уже девять?!

Калерия громко фыркнула.

— Опять проспал! Никакой ответственности в человеке!

Марина поднялась и поспешила скрыться в ванной комнате. Включила воду, а сама присела на бортик ванны, даже в душ себя засунуть моральных сил не было.

Аркаша явился вчера вечером. Марина совершенно не ждала его появления, так как точно знала, что он десять дней назад уехал в командировку и по его же словам, если очень повезёт, вернуться должен был только к её дню рождения, а появился вчера, довольный и гордый собой, вручил ей в качестве подарка трёхлитровую банку мочёной брусники и целый пакет кедровых орешков, потребовал сытный ужин и завалился спать. Марина его появлению не обрадовалась, не до Аркаши ей было, но поднимать его среди ночи и выпроваживать по месту прописки не стала. Пришлось бы это как-то объяснять, просить не обижаться, успокаивать, а время к тому моменту уже перевалило за полночь, и нужно было выспаться, чтобы не предстать на завтра перед бывшими родственниками с залёгшими под глазами тёмными кругами.

Аркаша, или Аркадий Исаев, довольно известный политический журналист, звал её замуж. Уже два раза звал и говорил, что это для него личный рекорд. То есть, ни одну женщину до этого дважды ему просить не приходилось. Это, конечно, была шутка. К своей жизни Аркаша относился очень серьёзно, и если замуж звал, значит, пришёл к выводу, что Марина ему по всем статьям подходит. Марина обещала подумать. И на самом деле всерьёз размышляла, даже с подругой Ниной Башинской по этому поводу советовалась, а та сказала, что Исаев на самом деле хорошая партия. А так как опыта в общении с мужчинами у Нины было гораздо, чем у неё самой, Марина поверила, но само определение "хорошая партия", ей не понравилось.

Хорошая партия! Когда за Асадова замуж выходила, Марина совершенно не задумывалась о том, хорошая Лёшка партия или нет. У них любовь была, которая полностью перекрывала все остальные мысли. А вот с Аркашей всё было по-другому, и сам он был другой, и Марина рядом с ним была другой.

— А чего ты ожидала? — удивлялась Нина, наблюдая, как подруга мучается сомнениями. — Очередной сказки?

— Я уже давно не верю в сказки, Нин.

— Вот это правильно. — Подумала немного и добавила: — А может, и нет. Но, Марин, Аркаша на самом деле хорошая партия. — Рассмеялась. — Будет у президента интервью брать, а ты гордиться будешь.

Марина улыбнулась.

— Да уж…

В первый раз, когда Аркадий сделал ей предложение — торжественно, в ресторане, под аккомпанемент скрипача — Марина жутко перепугалась. Далее последовал очень трудный для неё разговор, с признаниями и комком в горле, а Исаев лишь плечами пожал. Дети его не очень интересовали. После такого заявления, Марина, по идее, должна была почувствовать облегчение или ещё что-то (она не совсем поняла, какой реакции Аркаша от неё ожидал), но в задумчивость впала надолго.

— Ну не будешь же ты вечно одна! — восклицала Нина чуть ли не в гневе.

— Марина, надо устраивать свою жизнь, — осторожно говорили родители.

— Хватит чахнуть, — ответственно заявляла Калерия.

— Мариш, ну это глупо, — вздыхал Аркаша, привозя вечером костюм в чехле, приготовленный для завтрашнего рабочего дня. — Я туда-сюда вожу вещи. Не хочешь замуж, давай хоть съедемся, что ли! Или всё-таки распишемся?

8
{"b":"222083","o":1}