ЛитМир - Электронная Библиотека

— Да что вы всякий бред несете! — Тошик стал ходить взад-вперед. — Ничего она не забеременела. Гномы от людей, между прочим, не беременеют, понятно. Просто решили пожить вместе…

— Ну и вали. — Колян был само спокойствие, снаружи.

— Что, так просто? — мина вечно обиженного у Тохи получилась профессионально, щеки покраснели, черты лица заострились, а взгляд сделался… никаким он не сделался, просто в нем появились какие-то чересчур индивидуальные черты. При всем при этом, он старался изобразить из себя полного пофигиста, владение мимикой — талант. — Ну тогда я пошел?

— Денег дать?

— Своими обойдусь, за долей с продаж попозже зайду.

— Ну и вали.

Дверь громко захлопнулась.

Колян еще долго разорялся какой Тоха подлец и как с ним за это следовало бы поступить. Алексей со всем соглашался, кивал и поддакивал, а сам уже прикидывал, как и кого припахать для изготовления первой партии.

Способ производства пороха известен с давних пор и какой либо технической проблемы не представляет. Собираются ингредиенты, измельчаются до состоянии пыли, тщательно перемешиваются до получения однородности в пропорции: сера — одна часть, уголь — полторы части и селитра — семь с половиной частей, затем все это прессуется и зернится. Алексей это знал с детства, дедушка охотник обстоятельно рассказывал, что и как надо делать и где это брать. А какой мальчишка не интересуется тем, что можно поджечь или (что лучше) взорвать? Ах да… Колян не интересовался. А Тоха? Наверняка, и, скорее всего, пытался сделать, но потом плюнул и благополучно все забыл.

В общем раз-два и порох готов!

На словах все просто до опупения, а на деле…

На деле Алексей припахал Коляна измельчать селитру, примотав к кожаному рюкзаку рейки (мелких досок всегда хватало, очаг растапливать чем-то ведь надо), внутрь закинул окатые камешки (с этим проблем нет, бери сколько хочешь, если не лень к полу нагибаться) и заставил трясти. На вопрос о том, долго ли надо этим заниматься, авторитетно заявил, что пока не превратится в мелкую пыль.

Сам же направился на базар, посмотреть, может дровами можно разжиться без всяческих предварительных заказов.

Как исстари повелось, того что надо, в том месте где его можно взять, не оказалось, зато всего другого было навалом. Алексей ходил вдоль рядов, разглядывал разноцветные ткани, украшения, немного задержался возле прилавка с оружием. На расспросы о том, где можно купить древесного угля утвердительно никто не ответил. А кому он нужен этот деревянный, вон каменный намного лучше и жару от него больше. В голову пришла мысль, а почему бы в самом деле не взять каменный? Но Леха, следуя логике, решил не экспериментировать, если у себя (эх, где это еще) на родине каменный уголь в пороходеланье не использовали, то и мы не будем…

За раздумьями он забрел в район кузен.

Вскоре праздное шатание Алексею надоело. Он прислонился к стене и стал наблюдать, как два кряжистых здоровячка кочегара, орудуя длиннющими кочергами, выдергивают из топки перегоревший шлак, укладывают его в тачку и отвозят куда-то за угол.

— Эй, работяги, а уголька древесного у вас нет? — это так, для проформы.

— Есть конечно… как без него печь то растопить — работяги только сейчас обратили на него внимание. — А тебе он зачем? Никак в кузне поработать захотел?

Гномы заржали. По мнению подгорного народца, любые кузнечные поделки всех, кроме, разумеется, гномов, — это так, баловство.

— Да какой из меня кузнец…

— Это верно. А уголь вон валяется, если не ковать, — то много тебе не надо, бери, сколько влезет. А если золотой подкинешь, то мы тебе его получше подберем.

Алексей снял с пояса мешочек.

— Здесь двадцать пять золотых. — гномы приосанились, глаза их алчно заблестели, — если вы мне наберете самого лучшего уголька, да еще разотрете его в мелкую пыль, он — Леха постукал пальцем по кошельку, для наглядности, — будет ваш.

Кочегары переглянулись и старший из них шагнул вперед.

— Тереть, — работы много, одним кошельком не обойтись…

— Ну если не хотите…

— Хорошо, — гном махнул рукой, мол, пропадай все пропадом, а для хорошего человека ничего не жалко. — давай сорок золотых и порешим.

— Экий ты, давай двадцать и бутылку самогонки.

Гном растерялся, он искал подвох и не находил, самогонка стоит двадцать (это у Свини), и на руки столько же.

— Давай так, ты мне пятнадцать золотых, бутылку самогонки, и объясняешь в чем здесь хитрость.

— Договорились, как сделаете, приходите на верхнюю террасу, там и расплатимся.

— Это там где дымоходы?

— Нет, это там где самогонку делают.

Вернувшись домой Алексей застал умилительнейшую картину: Колян возлежал на наре и пинал (ПИНАЛ!!!) рюкзак, подвешенный на кожаном ремне к потолку. Рюкзак от тычка отлетал, бился о стену и возвращался обратно к расслабляющемуся обалдую. Этак, значит мы трудимся в поте лица!? Воистину, лень не только двигатель прогресса, но и его первопричина.

Увидев вошедшего, Колян привстал, впрочем, это не мешало ему продолжать пинать уже потертый мешок рюкзачного тапа.

— Ну как с углем?

— Порядок, скоро принесут, — Леха поймал "дробилку", — Ну как получается?

— Все в пыль!

— Ну принимайся за второй.

— Это и есть второй.

Алексей посмотрел на потертый кусок завязанной кожи.

— Ты чего, в моем рюкзаке ее толчешь!?

— Ага, — Колян растянул улыбку.

— У тебя совесть есть? — обидно за хорошую веешь, — Чем тебе твой-то не понравился?

— Как раз понравился, он с рейками намного удобней стал. А совесть, мне еще в детстве "ампутировали", за ненадобностью.

Весомые доводы, чего уж тут делать.

— Ладно, давай ссыпаем все в один, перекусим и двинем к Дмалину.

Глава 5

— Вот это "желтое" и есть сера? — Алексей рассматривал порошок в глиняной мисочке.

— А что по твоему? — Дмалин, который выложил это на стол, насупился, — Ты вообще серу-то видел?

— Ну видел наверное… Да и Колян тоже, скорее всего видел, — Леха повернулся к товарищу в поисках поддержки.

— Видел, видел, только она красная была и горела… — все знают, что в спичках сера применяется.

— Ну эта тоже горит. — гном зачерпнул желтого порошка чем-то похожим на ложку-наперсток. — Сейчас покажу.

Дмалин зашуршал по полкам, переставлял различные склянки, заглядывал в горшки.

— А вот он лежит!

— Что лежит?

— Да поджег!

— Что? — парни смотрели с недоумением.

Желая прояснить ситуацию, гном подхватил со стола стальной брусочек, толщиной в большой палец и длиной сантиметров десять, испещренную кучей всевозможных рун и рычажком сбоку.

— Вот. — он щелкнул по рычажку, из дальнего конца брусочка, направленного на Коляна, выскочила раскаленная иголка, гном опустил ее в серу, та вспыхнула, снова щелкнул, — иголка въехала обратно.

Дело было сделано.

— Нормальная сера, лучше у меня все равно нет, — и утвердительно, — вот.

Леха с Коляном стояли обалдевши: мало того, что после сжигания серы едкий газ щипал глаза, так еще и раскаленные иголки выскакивают из всех щелей.

— И чего, она у тебя всегда горячая или ты ее подогреваешь?

— Всегда, всегда — Дмалин ухмыльнулся, — это же магия металла, самые азы. Любой гном такую сделать может.

— А можно сделать так, чтобы она, после нажатия рычажка выскочила, и сразу обратно заскочила?

— Конечно можно. Ты серу-то берешь или мне ее уже убирать можно?

— Давай свою серу, и таких штук нам штук пять тоже сваргань, только рычажок по длиннее и с такой вот загогулиной. — Алексей изобразил на столе полумесяц.

Гном задумчиво почесал затылок.

— Тогда приходи завтра… и с тебя… — мысленно подсчитал- сто золотых.

Колян аж крякнул.

— Да ладно тебе, Дмалин, давай восемьдесят золотых и порукам…

9
{"b":"222091","o":1}