ЛитМир - Электронная Библиотека

Он отошел на два шага, затем исчез в циркулирующей черной яме под ним. Аная сделала глубокий, судорожный вдох и посмотрела мимо меня на блестящее здание, стоящее на расстоянии. Его зеркальные стены отражали небытие вокруг него, делая его трудно определяемым.

- Пошли, - сказала она. - Он нас ждет.

- Что произойдет?

- Я... я точно не знаю. - Я последовал за ней, глядя на стеклянный пол под ногами, пока мы шли. Звезды кружились под нами, как рыбки под лодкой со стеклянным дном.

- Но я буду работать на этого парня, верно? - сказал я. - Как ты.

Аная кивнула.

- Таков план.

Она остановилась на ступеньках стеклянного здания, и я притормозил около нее. На лестнице стоял мужчина со странной улыбкой на лице. Его серебристо-голубые глаза блестели. Белая одежда шевелилась от ветерка, который я не мог чувствовать.

- Ну... это приятная неожиданность, - сказал он, спускаясь, чтобы обойти нас. Его взгляд оставил холодную электрическую дрожь катиться по моему позвоночнику. - Буду честен, Аная, не думал, что ты справишься с задачей. Но я должен признать, где есть что признавать.

- Мне не пришлось ни с чем справляться, - сказала она. - Он сам хочет сделать это.

- Хорошо, - сказал он, разворачиваясь на пятках и начиная подниматься по холодной мраморной лестнице. - Тогда это должно быть достаточно легко. Следуйте за мной.

Аная шла на безопасном расстоянии от меня, когда мы проходили через залы. Изображения мерцали и вспыхивали на стенах. Это было похоже на тысячу телевизоров с плоским экраном, на всех них шла трансляция смерти. На одном мужчина упал с трапа самолета. Его голова раскололась о взлетно-посадочную полосу. Крошечный отблеск девочки забрал его душу, и изображение исчезло, сменившись на другое. Следующий экран показал мужчину, давящегося куском омара. Он осел на своем стуле, сорвав вниз баннер «Счастливой Пенсии», который висел за ним. Я закрыл глаза, не в состоянии продолжать смотреть на изображения на экране. Все в этом месте кричало «смерть».

- Так... ты - Бальтазар, верно?

Он засмеялся и бросил на меня удивленный взгляд через плечо.

- Да. Я не такой, как ты ожидал?

- Честно говоря, я не знал, чего ожидать, - сказал я.

Я покачал головой, пытаясь отвести свой взгляд подальше от стены с умирающими лицами. Один за другим они вспыхивали на стене. Некоторые в боли. Некоторые в мирном сне. Все это складывалось в адскую картину. Ужасающую, но тихую. Я потянулся и провел пальцем по изображению лица девочки, и оно слегка заколебалось, как вода, от моего прикосновения.

Бальтазар откашлялся, отрывая мое внимание от стены. Аная стояла около него, терпеливо ожидая, что я приму все это.

- Пожалуйста, заходите. - Бальтазар протянул руку и сопроводил нас в офис. Внутри, стены были похожи, будто они были сделаны из звезд. Бальтазар сел позади большого стеклянного стола и жестом пригласил нас сесть.

- Скажи мне, что ты уже знаешь, Кэш.

Я обменялся взглядом с Анаей и сложил руки на колени, чувствуя себя так, будто я был на собеседовании. Что было чертовски странно, учитывая, что я был мертв.

- Э... ты хочешь, чтобы я на тебя работал.

Он кивнул.

- Да. Но это гораздо больше. Думаю, что можно сказать, что я хочу, чтобы ты помог в чистке наших земных улиц. Стал своего рода охотником за головами. Только ты не получишь никаких подарков в конце работы.

- Что ты имеешь в виду?

- У нас эпидемия. - Бальтазар указал руками на стеклянный стол на рябь изображений по всей его поверхности. Образ души, терроризирующей семью. Девочка сидела, скорчившись в углу, когда душа с большими темными глазами и бледно-золотыми волосами швырнула стул через всю комнату. Он раскололся о стену, и крик девочки отскочил от стены, как сирена. - Заблудшие души. Души, которые сбежали от их жнецов. Души, которые сумели сбежать из Межграничья с корыстными целями, как Мэв. Души, которые как та, которая терроризировала твою подругу-человека.

Я отмахнулся от него.

- Я знаю, кто такая Мэв. - Я мельком взглянул на Анаю, ее выражение лица было удивленным. - Эм мне рассказала.

Бальтазар кивнул.

- Я не могу, чтобы они сеяли там хаос. Это нарушает баланс.

Я пожал плечами и откинулся в кресле.

- Так почему бы не позволить теневым демонам забрать их, если они уж такая большая проблема?

- Потому что они не все плохие. Но это не важно, - сказал он. - Им не место среди живых. Мне нужно собрать их, привести сюда для сортировки. У нас есть система. И эта система не дает нижнему миру разрастись сильнее.

Я подумал об орде демонов, над которыми я болтался всего час ранее, и вздрогнул. Я тоже не хотел помогать им становиться сильнее.

- Так, почему я? К чему столько неприятностей, чтобы я оказался здесь?

Бальтазар рассмеялся и склонился над столом.

- Ты понятия не имеешь, насколько ты редкий, не так ли? Насколько особенный?

- Послушай. - Я почесал затылок. - Я могу быть многими вещами, но «особенный» - это не про меня. У меня действительно однажды была девушка, которая сказала мне, что я - особенный вид придурка, но я не думаю, что это то, о чем ты здесь говоришь.

- Твоей душе более тысячи лет. Она перерождалась множество раз, каждый раз получая больше силы. Для души просто неслыханно переродиться так много раз и в конце оказаться передо мной. У тебя есть сила, чтобы ходить между мирами. Материальность ничего не значит для тебя. Кэш, ты - ценное оружие.

Я не чувствовал себя каким-то ценным оружием. Я все еще чувствовал себя собой. Мальчишкой, который напился в пятницу ночью и закончил среднюю школу в среднем на «С с минусом»[20]

- система оценивания знаний в США)..

- Ты причинишь им боль? - Я подумал о детях из заброшенного здания, которых мы с Ноем забрали. - Душам, которые я принес?

Бальтазар поднял бровь.

- Почему тебе это важно?

- Потому что я не монстр. - Я рассмеялся. - Послушай, я видел то, что они делают с ними с другой стороны. Если это то, о чем мы говорим, можешь рассчитывать на меня.

Он изучал меня мгновение, постукивая костяшками пальцев по стеклу, будто он не знал, что со мной делать.

- Они будут отсортированы. Некоторые из них будут находиться в Межграничье. Души, которых ты только что видел, попадут в Ад. Они будут возвращены на то место, которому они принадлежат. Вот и все.

Я кивнул.

- Получу ли я жизнь?

Бальтазар рассмеялся.

- Жизнь? Ты же понимаешь, что ты мертв, сынок. Аная объясняла это тебе так много раз, по крайней мере, я на это надеюсь.

Я закатил глаза, и теплая рука Анаи оказалась на моей руке. Я мельком взглянул и переплел пальцы. Энергии, гудящей под моей кожей, было почти слишком много. Как будто фейерверк взрывался в моих венах. Но когда она коснулась меня, все успокоилось, почти успокоилось от ее тепла.

- Это не то, что я имел в виду.

Бальтазар вздохнул и откинулся назад на своем кресле.

- Подойди сюда.

Мы с Анаей одновременно уставились на него.

- Зачем?

- Потому что ты должен пройти через переход. Ты думал, что это оно и было?

Я недоверчиво рассмеялся.

- Ну... да. Я умер.

Он поднял бровь, и электричество затрещало в воздухе, вытаскивая меня с моего места. Я подошел к столу, и он встал, чтобы встретить меня.

- Ты можешь быть сильным, но есть одна вещь, которую ты должен запомнить. - Он наклонился настолько близко, что его дыхание создало ледяные кристаллы вдоль футболки на моем плече.

- Я могу закончить твое существование, - прошептал он.

Дрожа, я рассмеялся, затем проглотил звук.

- Так, тогда мне не нужно ждать рождественскую премию?

Бальтазар встал с улыбкой и положил свою ладонь на мое плечо. Холод ударил меня шоком впервые, и я посмотрел на Анаю, которая стояла рядом с ее стулом. Она выглядела испуганной. Я попытался улыбнуться, покачал головой и поморщился:

вернуться

20

С с минусом - C-minus - В США, как правило, используется шкала из пяти буквенных обозначений: «A», «B», «C», «D» и «F». «A» — высшая оценка, «F» - низшая, означающая неудовлетворительный результат. Индекс качества A-F обычно классифицируется по следующей пятибалльной шкале: A = 4,0; B = 3,0; C = 2,0; D = 1,0; F = 0,0.

Широко используются варианты с расширением шкалы за счет знаков + и — широко используются. Их обычно считают, как соответственно x+0,3 и x-0,3. Например, так как B = 3,0, то B+ = 3,3 и B- = 2,7. Некоторые образовательные учреждения используют единственную среднюю точку между единицами шкалы. Они считают оценки A- и B+ одинаковыми. В таких случаях оценка AB заменяет опции A-/B+ и считается как 3,5.

Оценка А+ — нововведение в американском образовании. Меньшая часть институтов, которые используют её, оценивают её как 4.3 или 4.5, но многие оценивают А+ как 4,0, так как считают, что 4,0 шкала не может пойти выше, чем 4,0.

54
{"b":"222098","o":1}