ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Посею нежность – взойдет любовь
Смотри в лицо ветру
Крыс. Восстание машин
Ледовые странники
Список ненависти
Первый шаг к мечте
Т-34. Выход с боем
Выбор в пользу любви. Как обрести счастливые и гармоничные отношения
Призрак

Нет. Он не был обычным человеком. Если бы был таким, то он был бы мертв.

Глава 5

Кэш

В библиотеке было слишком тихо. Мне нужен был шум. Отвлечение. Я чувствовал себя ходячей мишенью. Не то чтобы я наивно полагал, что мог скрыть от маленьких ублюдков, но я не хотел сделаться легкой целью для них. То, что я был в одном и том же месте дважды в течение двух дней, заставило меня чувствовать себя слишком очевидным. Я не высовывался, ныряя от полки к полке. Затхлый запах страниц, которых не касались уже десятилетия, заставил мое горло зудеть.

Я остановился в художественной секции всего на минуту и провел пальцами по корешку нескольких красочных книг, собирающих пыль. То, что я действительно хотел сделать, было - свернуться у полки с картинами Джексона Поллока[2] и притвориться, что мой мир не разваливался на части вокруг меня. В конце концов, моя потребность в ответах победила. Я даже не вытащил картину с полки. Вместо этого я прошел по узкому, темному проходу, который содержал большие, пыльные, неполные книги по мифологии, религии и сверхъестественному. Жители Лоун-Пайн, очевидно, не часто пользовались этой секцией. Я, возможно, пожарил бы Финна на гриле немного, но честно говоря, идея звучала столь же привлекательно, как потушить сигарету об мою руку.

Я взял несколько книг, оставляя те, что прочел днем ранее, позволил моему рюкзаку соскользнуть с плеча и поставил его на пол. Я не знал, что я искал вчера, и до сих пор не знал. Руководство для того, кто обманул смерть? Заклинание, чтобы отпугнуть демонов? Это казалось настолько чертовски глупым, когда я обдумывал все, что я не мог сидеть без дела и ничего не делать, ожидая какого-то мертвого парня, у которого могли быть ответы.

Я застегнул пальто, чтобы отбить холод, поглощающий меня, несмотря на то, что в этом карцере для книг было около восьмидесяти градусов[3], просмотрел две книги по мифологии и ничего не нашел.

Ничего реального, что могло бы ко мне хоть как-то относиться. С другой стороны, кто я, чтобы говорить, что реально, а что нет? Ничто больше не чувствовалось реальным. Все, что я знал, что сам Зевс, возможно, смеялся надо мной прямо сейчас, на пару с вампиром, когда они готовили зомби-апокалипсис.

Я прищурился на последнюю книгу и нашел раздел о демонах. Несколько эскизов. Несколько событий с очевидцами. Я замер и провел пальцем по одному из рисунков. Это был один из них. Теневой демон.

Теневые демоны часто связаны с полтергейстами. Не считая призраков, эти демоны обычно описываются как черные, бесформенные, подобные теням существа, которые видны только краем глаза. Некоторые люди говорили, что тени появляются рядом с их кроватями, в то время как они спят. Эти особые демоны, как правило, питаются эмоциями. Страхом. Депрессией. Гневом.

Они... Я потер глаза и моргнул, когда буквы начали сливаться. Они, что? Я смотрел на страницу снова, но слова оставались размытыми и не в фокусе.

- Проклятие. - Я сжал переносицу, отбивая головную боль, приближающуюся ко мне. Холодная колющая боль расходилась по внутренней части моей груди, моего черепа, стенок моего горла. Что со мной было не так? Я прислонил голову к стеллажу с книгами позади меня и смерил взглядом высокие полки. Одно из окон в крыше просто заканчивалось в проходе, таким образом, можно было увидеть, как пылинки вращались в случайных лучах света, который падал в мою секцию. Если бы только те лучи принесли мне немного тепла. Я начинал задаваться вопросом, что должно произойти, чтобы выбить из меня этот холод.

Телефон начал вибрировать в кармане, и я вздрогнул. Я посмотрел на экран и вздохнул. Дерьмо.

- Привет, пап, - сказал я.

- Привет, пап? - кипел он. - Где ты, черт возьми? Я знаю, что ты не на занятиях. Твой директор звонил мне. Снова.

Я позволил затылку удариться о книжную полку позади.

- Я... в библиотеке.

- Не ври мне, Кэш.

- Я не вру, - сказал я. - Я действительно в библиотеке.

- Мне все равно, даже если ты в церкви на исповеди у священника. Ты, как предполагается, должен быть на уроке. - Что-то ударило по его столу на другом конце проводу, и я вздрогнул. - Сын Ричарда был принят в Гарвард сегодня. В Гарвард. А что делает мой сын? Ведет себя как сумасшедший. Пропускает школу. Просирает каждую возможность иметь успешную жизнь, которую я даю ему.

Я сжимал челюсти до тех пор, пока зубы не заболели.

- Тогда, возможно, тебе лучше усыновить сына Ричарда. Вы, парни, могли бы поменяться, раз уж я - такое разочарование.

Папин стул заскрипел, и он вздохнул. Я мог представить, как он откинулся на своем кожаном кресле, зажимая переносицу, будто он больше не мог выносить меня.

- Поверь мне, Ричард не стал бы выносить твое дерьмо, как это делаю я. Ты был бы в военном училище к понедельнику. Черт, возможно, это то, что я должен был сделать давным-давно. Возможно, поэтому я терплю неудачу.

- Послушай, папа...

- Нет, это ты послушай, - сказал он. - Мы заключили соглашение. Ты нарушил его. Я звоню доктору Фарберу.

Я осел.

- Психиатру?

- Не начинай. Ты пойдешь к нему.

- Но пап...

- Иди на занятия.

Я открыл рот, но сдержался. Я смотрел на телефон в течение минуты, кипя, гнев превращал все те холодные колючки боли в огонь. Прямо сейчас мне не нужно было это дерьмо. Мне не нужно было слушать его, говорящего мне, каким разочарованием я был. Его не волновало, была ли у меня хорошая жизнь... он хотел трофей, еще одно чертово достижение, висящее на стене. Но если бы я действительно мог сделать что-нибудь для своей жизни, то будь я проклят, если бы у него было влияние на нее. Мне больше не было нужно его одобрение. То, в чем я нуждался, было кем-то, кто мог фактически помочь мне вернуть мою жизнь.

- Проклятие! - Я бросил телефон через проход. Я хотел попасть во что-нибудь. Я хотел, чтобы кому-то было также больно, как и мне. Где было оцепенение, когда оно было так нужно? Я сжался от всего гнева и боли внутри и попытался вытащить их из моего тела выдохом. Это не сработало. Почему я решил, что сработает?

Больше ничего не помогало.

Я дрожал под пальто, когда гусиная кожа поднялась по моей шее, неспособный стряхнуть чувство, что кто-то был здесь. Наблюдал за мной. Почти болезненное ощущение растеклось по моим пальцам, странный гул пульсировал в каждом кончике пальца, и я согнул руку, пытаясь вытащить его.

Я сел, сердце колотилось, я искал тени и никого не находил. Мои глаза поймали вспышку серого пальто, исчезающего с другого конца книжного стеллажа, и я вскочил, сжимая книгу в руке.

- Эй? - Я пробрался по проходу, прислушиваясь. Это был он. Паренек, которого я видел в холле в тот день.

Это должен быть он. Он видел тени. Черт побери, он не просто видел тени, он казался... удивленным ими.

В этих книгах не было ответов, которые были нужны мне. А у него были.

- Парень, подожди, я просто хочу поговорить.

Нет ответа. Когда я добрался до конца прохода, я остановился и осмотрелся в полном одиночестве. Я видел его? Это было реально? Я знал, что внутри был сломан и рассыпался все больше с каждым днем. Я мог чувствовать это, эхо смерти, заражающее каждый вдох кислорода, который я делал. То, что я не хотел принимать, было тем, что мой разум тоже мог быть не стабильным. Я прижал прохладную обложку книги ко лбу и ругнулся.

- Так ты не сможешь прочесть ответы. - Голос девушки нарушил тишину. - В последний раз, когда я проверяла, нужно открыть книгу и прочитать слова внутри.

- Возможно, я пытаюсь читать осмосом[4], - ответил я, опуская книгу. Я повернулся, ожидая увидеть такого же студента, который собрался меня учить, но замер, когда мой взгляд упал на незнакомую девушку передо мной.

- Привет, - сказала она, прислонилась спиной к полкам, держа сотовый телефон, на расстоянии всего в несколько футов. Ее золотые глаза вспыхнули, когда посмотрели на меня. Она была похожа на сиявший жемчуг рядом с пыльными старыми книгами.

вернуться

2

Джексон Поллок - Jackson Pollock - американский художник, идеолог и лидер абстрактного экспрессионизма, оказавший значительное влияние на искусство второй половины XX века.

вернуться

3

80 градусов по Фаренгейту = около 27 градусов по Цельсию.

вернуться

4

Осмос - osmosis - от греч. фsmуs — толчок, давление, это диффузия вещества, обычно растворителя, через полупроницаемую мембрану, разделяющую раствор и чистый растворитель или два раствора различной концентрации.

9
{"b":"222098","o":1}